В 30-е годы прошлого века в Черный Мыс, а также Лямина, Локосово и другие спецпоселки были сосланы около девяти тысяч репрессированных. С каждым годом все меньше и меньше становится свидетелей тех страшных событий. Долгое время об этом говорили лишь шепотом, а фотографии и другие личные вещи ссыльные прятали подальше от чужих глаз. Сейчас голос потомков пострадавших семей стал звучать все громче и уверенней – в стремлении рассказать о своих родных и близких, которые оказались вдруг без вины виноватыми.
Роковая молотилка
Семью матери Любови Ракчеевой выслали из деревни Шевелева Талицкого района Свердловской области. Под репрессию попали бабушка Анна Петровна и дедушка Савелий Дмитриевич Шевелевы, мама Агриппина и ее сестра Ксения. У супругов была еще одна дочь – Анастасия, но она была уже замужем, ее ссылка не коснулась. Глава семьи Савелий Дмитриевич не был особо зажиточен, скорее числился в середняках. Но перед свадьбой старшей дочери купил молотилку для зерна, чтобы с ее помощью подкопить денег.
– Эта покупка и стала роковой для судьбы нашей семьи, поскольку, если ты имел какой-то инструмент, который был не у каждого, значит, ты автоматически становился кулаком, – делится Любовь Михайловна. – Зимой 1930 года их увезли из родного дома под конвоем на обозах. С собой ничего не разрешалось брать, кроме хлеба и немного одежды.
Прибыли на Высокий Мыс, людей высадили на голый берег, и они начали рыть землянки, чтобы как-то пережить зиму. Суровый северный край испытывал новых жильцов на прочность, и, хотя Шевелевы не боялись никакой работы и были к ней приучены, голодное время подрывало силы.
– Дедушка работал на вырубке леса, семья голодала: ели опилки, лебеду. В то время в реке было очень много сорной рыбы. Но им не разрешали ее ловить. Если это сделать без спроса, чтобы прокормить детей, то можно было получить два-три года, – рассказывает Любовь Ракчеева.
1933 год был самый голодный, к тому же быстро распространялся тиф. Спецпереселенцы умирали целыми семьями. Для Шевелевых этот год оказался трагичным. Сначала от заворота кишок умер Савелий Дмитриевич, потом не стало его жены – не пережила голода. Спустя время старшая сестра Ксения вышла на лодке, чтобы поймать рыбу, и утонула в реке. Мать Любови Ракчеевой, Агриппина, в девять лет осталась совсем одна. Девочку приютила семейная пара.
– Однажды к дому подъехал «черный воронок», их увезли. Наверное, расстреляли за то, что помогли дочери врага народа. Моя мама снова осталась одна. Она скиталась по чужим людям, летом ела ягоды и как-то выживала. А потом одна женщина забрала ее в Тундрино. Там мама училась в школе, потом пошла в няньки, – добавляет Любовь Михайловна.
Документов у Агриппины не было, ее возраст определили навскидку, установили ей день рождения – 16 июля. В 17 лет девушку отправили в Ханты-Мансийск на курсы мастеров по обработке рыбы, вернулась она работать уже в Сургут, на рыбозавод. В 1946 году она познакомилась с отцом Любови Михайловны, который тоже подвергся репрессии.
Борьба за выживание
Семью отца Любови Ракчеевой выслали из деревни Тюрино Володарского района Астраханской области. Семья была большая и жила рыбным промыслом. Деда Жумагазы Байнакова забрали весной 1930 года, увезли на сборный пункт на границе с Казахстаном, а при попытке уйти оттуда расстреляли на месте. Его жену Жибек с 14-летней дочерью, средним сыном Насыром, его женой с годовалым ребенком и младшим сыном 17-летним Мухтаром (отец Любови Михайловны) выслали в суровый северный край. В товарном вагоне для скота их везли по России, а затем на барже по Оби. В дороге ребенок умер, похоронить его не разрешили, так и оставили тело на какой-то станции.
В июле 1930 года семью высадили на высоком мысу Оби, в пяти километрах от села Сургут. Позже это место получило название Черный Мыс. Там и началась борьба за выживание. Спецпереселенцы рыли землянки, добывали рыбу и перерабатывали ее, постепенно рубили лес и застраивали поселок.
– Люди, не имевшие опыта по рубке деревьев, калечились, болели, умирали. Кладбище росло с каждым днем. Не рассказать словами всего того, что они пережили. Тяжелый ручной труд был уделом всех мужчин, женщин, подростков. Астраханцы умели ловить рыбу, благо ее здесь было много, – рассказывает Любовь Ракчеева.
В браке у Мухтара Байнакова и Агриппины Шевелевой родились шестеро детей. Мужчина более 30 лет проработал на Сургутском рыбозаводе, всегда перевыполнял план по добыче рыбы. Имена братьев Байнаковых хорошо знали в районе, за свой труд в тылу они получили правительственные награды. Работая в тяжелых условиях, отец Любови Михайловны подорвал свое здоровье и в 45 лет умер в результате запущенного воспаления легких. Трагически оборвалась и жизнь его брата, оба они нашли упокоение на Черномысовском кладбище.
Здесь будет город!
Агриппине Савельевне пришлось самой поднимать четырех сыновей и двух дочерей. Дети учились в Черномысовской школе, построенной для детей спецпереселенцев.
– В 1957 году в Сургут прибыли геологи во главе с Фарманом Салмановым. Он сам ходил по домам и просил разместить членов своей экспедиции на постой. И вот он зашел к нам. А мы жили большой семьей в маленьком доме, с нами еще одинокий сосланный дедушка из Ишима жил, мы его приютили. Фарман Салманов и просил маму взять на подселение своего сотрудника, – вспоминает Любовь Михайловна. – Молодой такой, порывистый, глаза горящие. Он говорил: «Мы обязательно найдем нефть. Тут вырастет большой город, построят красивые здания, детские сады, школы…». Все так и произошло, как он обещал.
Шли годы. Любовь Михайловну не покидала мысль побывать на родине отца, и в 2004 году она поехала в Астраханскую область. Там ее тепло встретила большая семья Байнаковых: еще в 1955 году семья погибшего дяди Насыра вернулась на свою историческую родину.
– Вместе со всеми родственниками мы побывали на том месте, где была землянка, где родились наши отцы и откуда их изгнали, а нашли они свой покой на далеком Севере – в Сургуте. Я привезла с собой горсть земли с родины отца, на его могилу, через 70 лет. Слезы лились, когда я читала архивную справку, за что их сослали, – делится Любовь Ракчеева.
Именно поэтому она и сейчас, являясь членом совета общественной организации лиц, пострадавших от политических репрессий, проводит большую работу по сбору и сохранению историй семей, которые были раскулачены и сосланы в Сургут и Сургутский район. Они имеют право на память.
Читать статью и следить за актуальными новостями на сайте Сургутской трибуны