Ленка Снегирева очень замуж хотела, пусть даже без «любви» какой-то необыкновенной. Да только мало надежды на то имела.
«Какая любовь?- думала она часто.- Ее только в кино показывают, да в книжках. Да кто меня полюбит-то может? Это, вон, артисток любят известных... и вообще...красавиц! В деревне нашей есть такие, как мама говорит -«кровь с молоком». Лидка, вон, Ванеева- красавица- идет не дышит, а я...замухрышка...не зря меня так иной раз называют».
Росточка она была невысокого, худенькая, с лица не видная, но жилистая выносливая. А куда от деревенской работы денешься? И матери кто помогать будет, если дома братьев младших двое, да отец-выпивоха?
Ой, как хотелось ей временами красавицей быть- кто бы знал! Размечтается так иной раз- пройдет, как артистка по избе по половику полосатому, а потом...в зеркало на себя глянет, расстроится.
«Говорят, сейчас в городе что только не делают! Могут так намазать, накрасить, нос подпилить, что сам себя не узнаешь».
Да только понимала ясно, что деньжищ это стоит немалых. А если бы ей вдруг счастье привалило- и выиграла бы она, к примеру, в лотерею денег много- то уж точно не в город бы помчалась за красотой.
« Купила бы себе новое пальто зимнее, и платье, что в магазине примеряла, и... маме бы купила сапоги, а то бегает всю зиму в валенках подшитых, а еще для дома бы кой-чего купила...кресло бы, к примеру... у соседки тети Лиды два кресла стоят, а посреди столик- так, по-городскому...красиво...а у нас – кровати, стулья, да топчан...а еще...» .
Мечтала вот так порой. А потом ей смешно становилось и немного грустно- потому что денег вечно ни на что не хватало. На мальчишках обувь просто «горела», да хозяйство, да сахара- крупы купить, да комбикорм, да на платье выкроить...мало ли расходов. И еще отец порой- свои кровные потратив, -начинал у них клянчить деньги. Мать ему ни копейки не давала, а Ленка все-таки совала втихаря «трешку». Мать потом ругалась, но Ленка отца жалела- сильно мучился он без опохмелки.
« Так-то он хороший, когда трезвый...маленькую меня в лес брал за ягодой, грибами...смеялся, помню, рассказывал мне что-то из истории –когда цари жили...книжки читал- вон, сколько книг в шкафу, а потом...времена такие были- там сям сшибал денег- огорчался, что развалилось всё, вот и начал попивать...и пошло-поехало».
В школе она неважно училась- так...на «тройки»- не давалась ей наука, после школы в город, как многие поступать не поехала- «куда с такими оценками?», да и помогать надо матери. Устроилась сначала в клубе убираться, потом на почте поработала, а этим летом взяли ее в хлебопекарню на работу.
Там всем Марфа Ивановна заправляла- женщина крупная, сильная румяная- на пышные хлебные буханки похожая- что она из печи доставала. Она Ленку сначала на работу брать не хотела- «дюже худая ты- куда тебе тут ворочать». Но все-таки пожалела- взяла в помощницы.
Приработалась Ленка, стала помогать опару делать, познавать секреты производства. Теперь в магазине, глядя, как народ расхватывает буханки с хрустящей корочкой да белым мякишем гордилась, что есть в них и частица ее труда.
Иной раз к Марфе Ивановне на работу сын Леонид приходил- полный, застенчивый, в очках круглых. Был он единственным поздним сыном – потому мать за него шибко переживала.
- Видать, я виновата ! Носила тяжело,- сказала она очередной раз Степановне- расторопной стряпухе, что булочки выпекала.- В очках, а к ученью совсем негодный оказался, еле- еле вытянул семилетку...пришлось мне учителям покланяться! Хорошо, что муж его слесарничать научил, да по дому все делать. Работает мал-мал, но самая печаль берет, что один ведь! К девчонкам подходу нет совсем...стеснительный. Век что ли подле нас жить будет? А с нами- не дай Бог чего- как останется-то? Один как перст? Родня хоть и есть, да нету у меня надежи на них...больно нужен он кому?
- Чего ты!- успокаивала ее Степановна, как обычно.- Работает, вы еще в силе! Радость, прям, чтоб женился! Мой, вон, женился после армии, все спорят чего-то, нервы мотают мне. Хоть бы съехали что ли ! Своего мужика будто мало. Погулял бы сын еще! Я б не возражала.
- Так если б мой гулял! А то ведь от девчонок шарахается, да и они на него с пробором. А годочки-то идут, 28 ведь скоро.
- Да, в 28 пора уж,- согласилась Степановна, ловко формируя булочки.- А то годы быстро летят. Так от внуков вовсе не дождешься... Слушай, а ты его сама ожени!- подкинула она вдруг идею.
- Как это?- удивилась Марфа Ивановна.
- Так это...пригляди подходящую! Чтоб девчонка хорошая, без претензий особых, чтоб ровня ему- не шибко заумная! Слышь, подь сюда!
Марфа Ивановна подошла ближе. Степановна зашептала ей в ухо:
- Вон, хоть, эта...замухрышка-то наша! Ленка-то! Хорошая же девчонка, жалостливая, а с кавалерами у нее негусто. Старательная! Ты как-то это...посодействуй! У меня вот так сестра двоюродная сына женила. Тюфяк был- сама подходящую на работе у себя присмотрела, да и свела. Ниче, живут уж который год, ребятенка народили.
Ленка их разговор не слушала- смотрела в это время, как ловко вынимают из печи одуряюще пахнущий хлеб - не знала, что в этот момент судьба ее решается.
Марфу Ивановну эта идея сначала озадачила, но- пораскинув мозгами так и сяк- решила она, что «попытка не пытка». Только вот придумать надо - с чего начать-это тебе не булку состряпать!
Однажды подкатила к Ленке с разговором:
- Лен, а вечерами-то чего делаешь?
- Ой, Марфа Иванна, дел что ли мало! Пока придешь- то да се, уже спать пора.
- И чего? В клуб что ли не бегаешь в кино?
- Хожу иногда с подружкой.
- От это хорошо, что у тебя компания есть. А мой-то...Леня...прям клещами его из дому не вытянешь, да и компании нету...а тут, говорят, такую картину хорошую привезли!
- Ага, я слышала, хочу сходить...
- Слушай!- Марфа Ивановна вид сделала, что ее «осенило».- Лен, а вытащи моего из дому-то. Сделай милость! Пусть это...с тобой сходит! Ты не против? Скажу ему, что компании у тебя нету. Билеты купит, газировки в буфете!...Парень он смирный, без глупостей каких. Не застесняешься с ним в люди выйти?
- Ой, ну что вы!- Ленка смотрела озадаченно.- Это он, может, застесняется, сами же говорили он у вас такой...
- А чего он тебя стесняться-то будет?- удивилась Марфа Ивановна.- Такая девчонка симпатичная, все при тебе...он знаешь,- Марфа Ивановна шепнула доверительно.- Сам мне как-то говорил, что , мол, хорошая мама помощница у тебя!
Соврала, и глазом не моргнула. Иной раз для хорошего дела и приврать можно.
- Так чего? Согласная?
- Хорошо!- Ленка кивнула. Похвалу в свой адрес приятно слышать было, да и начальнице отказать- не резон.
«Фу,- выдохнула Марфа Ивановна, возвращаясь к работе.- Сдвинула дело с мертвой точки- теперь бы Леньку уболтать».
С сыном разговор вышел долгий. Опыта-то по кино ходить с девушками у него не имелось вовсе- сопротивлялся. Да и вообще- одичал чуток за эти годы.
Тоже врать пришлось, что Ленка им интересуется и не против бы в кино с ним сходить- сама говорила, но не самой же ей к нему подкатывать- нехорошо девушке проявлять инициативу.
- А чего ты упираешься- не пойму!- наседала Марфа Ивановна на сына.- От тебя убудет что ли? Пришел, билеты купил, да и сел на стул. Кино смотри- даже разговаривать не надо! Потом до дому проводил- все одно в нашу сторону идти. Вот ведь работа какая! Ленка чего тебе- страхолюдина какая-нос крючком? Да с такой сходить куда для другого кого, может, за счастье! А ты тут кочевряжишься! Совсем не нравится что ли?
- Не знаю, сдался сын, наконец.- Я ее не разглядывал...
- Вот и погляди! За погляд денег не берут!
На том и порешили.
Ленка к клубу шла, нервничала. Первый раз ее парень ждет- непривычно было. Весь вечер чепурилась у зеркала, сначала даже губы накрасила, тени навела- потом как-то неловко стало- смыла все.
«Неужто он ко мне и правда симпатию имеет? Чудной он какой-то. Слышала, как его как-то малохольным назвали. А так-то парень как парень...полный только немного-это его Марфа Ивановна все пичкает. Работает, не пьет, не курит вовсе...о чем говорит-то с ним? Ладно...в кино же пойдем- можно и не говорить ничего».
Леонид ждал у входа в клуб. Пыхтел от смущения, билеты протянул- в фойе зашли. По углам некоторые зашушукались, на них глядя. Но они оба- попав в столь непривычную ситуацию- ничего не замечали, мечтали скорее на места свои «приземлиться».
После фильма пошел Ленька ее провожать.
- Понравилась картина?- спросила Ленка, потому как совсем молча идти нехорошо было.
- Нет,- буркнул он.- Хотя, я в кино не очень разбираюсь...
- Я тоже,- сказала она искренне.- Мне больше нравится, как хлеб пекут! Мама твоя ловко так все делает- думаю, вот мне бы так научиться.
- Я тоже смотреть люблю, как она работает,- сказал вдруг Леня, его губы тронула улыбка.- Но мне больше на станке нравится...детали точить...
- Трудно, наверное!
- Не-а...
Можно было еще разговор продолжить, но как назло -подошли к дому Ленки, распрощались неловко.
Марфа Ивановна тем временем, сына поджидала в нетерпении.
- Ну чего, не съела Ленка-то тебя?- спросила, едва он порог переступил.
- Не-а...
- То-то!
- Картина-то понравилась?
- Ерунда,- буркнул сын.
- С Ленкой –то поговорили малость?
- Угу, сказала ей нравится, как ты хлеб печешь...
- Ишь ты! Ладно, спать ступай!
« Вот и ладно! Пошли дела потихоньку... теперь надо еще дровишек подбросить в этот костерок...а как?».
На работе все обсказала Степановне, пока Ленка не пришла. Та ей снова идею подкинула.
Ленке она «спасибочки» сказала утром за кино, да и примолкла. А после обеда, когда «горячая пора» закончилась, да сели чаю пошвыргать- пожаловалась Марфа Ивановна вслух:
- У тетки моей юбилей же скоро! Гостей наприглашала, а с меня вроде как пироги. Чтоб с рыбой, да мясом, да сладкие...Устряпаюсь, однако, попробуй это все одолей без помощника!
- А чего маешься,- подхватила Степановна разговор.- Вон, хоть Лену попроси! Заодно, наука будет- лучше твоих пирогов нету!
- Конечно,- тут же вскинулась Лена.- Я с удовольствием! А когда?
- Дак, через неделю только! Придешь к нам. Дом-то мой знаешь?
- Знаю.
- Ну, вот и хорошо,- обрадовано сказала Марфа Ивановна. Степановна ей подмигнула с довольным видом.
В назначенное время через неделю Ленка робко постучала в высокие ворота дома Матвеевых. Открыл ей Леонид. Оробела!
- Заходи, маманя ждет,- буркнул он смущенно, и поспешно ушел в свою мастерскую.
Марфа Ивановна ее радушно встретила на крыльце.
- Да ты, заходь! Не робей! Вот так-от живем!- Марфа Ивановна с гордостью оглядела свой большой двор. Ленка тоже посмотрела с любопытством на высокий бревенчатый дом, на целый ряд строений под одной крышей во дворе.
- Тут сразу мастерская у нас, и гараж,- пояснила хозяйка.- Там от баня и кухня летняя, да мед там качаем- держим же пять ульев, там курятник, да свиньи.
«Надо же...как все хорошо устроено,- подумала Ленка, заходя в прохладу сеней.- Нам бы так! Мед еще, пчелки...здорово...можно же жить хорошо, если муж хороший и сам стараешься».
- Вот, тесто подошло уже,- сказала Марфа Ивановна довольно.- Гляди, как пух! Ты мне начинки делать помоги, да раскатаем...А чего это? Где это еще помощник-то мой?
Вышла на крыльцо, крикнула зычно:
- Леонид! Ленька, мать ити!
Леня появился в кухне, на Ленку он не смотрел. Марфа Ивановна ему поручений дала, закипела работа. Постепенно у Ленки неловкость прошла, да и Ленька вел себя спокойней. А к моменту, когда все пироги были готовы, да чай пить их с Ленькой Марфа Ивановна усадила, они и вовсе расслабились.
«Гляди- ка, говорит ей чего-то- молчун-то мой...про станок какой-то рассказывает...ой...нашел об чем ...да ладно, вроде слушает...хорошая девчонка- не балованная...спокойная...»,- думала довольная Марфа Ивановна, развалившись в плетеном кресле.- Ой, руки отваливаются...давай, сынок, не подведи...кто за тобой доглядывать будет».
- Спасибо, Марфа Ивановна,- сказала Лена, перед уходом- держа в руке пирог, бережно завернутый в вощеную бумагу.- Мои обрадуются! У нас с мамкой никогда такое тесто не выходит.
- А ты приди, как-нибудь, покажу, как опару делаю, секретами поделюсь...
- Крыльцо у вас какое красивое! Перила резные!- восхитилась Ленка, спускаясь во двор.- А у нас одна ступенька совсем негодная- папке все некогда, чуть не брякнулась вчера,- добавила она бесхитростно.
«О!»- тут же сообразила Марфа Ивановна.
- А ты и не переживай! Ленька, вон, поможет по- свойски.
Ленька меж тем, топтался возле своей мастерской, стеснялся прощаться.
- Лень,- крикнула мать.- Тут у Ленки-то крыльцо починить надо! Сможешь помочь-то?
- Смогу,- буркнул Ленька и скрылся в мастерской.
- Да что вы!- запротестовала Ленка.- Я же не для этого сказала, чтоб жаловаться!
- Ой,- перебила ее Марфа Ивановна.- Велика работа! Придет, глянет, сделает- не сомневайся. А то свалишься- ногу подвернешь или поломаешь. Не шутки это!...Кто помогать мне будет?
На сей раз долго уламывать Леньку матери не пришлось. Робел, конечно, но это ж не свидание, а помощь. Собрал инструменты, вечером другого дня потопал.
- Могу отца с тобой наладить,- сказала Марфа Ивановна.
- Сам справлюсь!
« Да, сынок,- подумала.- Жизнь вот такая! Хош не хош- другой ее за тебя не проживет! Самому надо иной раз».
Сына Марфа Ивановна с нетерпением ждала- как он там-бедолага- справился. Увидела, что довольный пришел, обрадовалась, спросила небрежно:
- Ну, что, сынок? Много работы было?
- Пришлось повозиться, но папка Ленкин помог чуток...отпиливал, да держал...а остальное я сам.
- Да ты что! Тверезый, значит, сегодня! Вот ведь хуже нету, когда выпивают. А какой мужик видный был! А теперь вот...Ленка с матерью надрываются. Ленка, молодец, вот какая! Тянет воз, да молчит. Старательная, не жалуется, худая больно-на мой взгляд, но это дело наживное...были бы кости. Радая, что ты сделал им крылечко?
- Ага, обрадовалась,- сказал сын серьезно.- Там у них порядка нету, конечно, и мамка ее тоже благодарила...хотела чаем поить- отказался.
- И ладно! Главно, папаня рюмку не поднес,- развеселилась Марфа Ивановна.- Молодец ты, Леня!
Ох и хотелось его еще расспрашивать, но не стала.
Вот так и начала понемногу сына с Ленкой сводить- то один повод найдет, то другой. Мужа в свои планы особо не посвящала- он в ее дела и так сроду не совался. А дела пошли потихоньку- в кино сын с Ленкой стал ходить.
- И вот как теперь? До пенсии, видать, в кино ходить и будут. Она робеет, и с него толку нету,- пожаловалась Степановне через два месяца.- Думала-только толкни, и там пойдет процесс, а они все бродят...как эти...дрожжи.
- Ха,- развеселилась та.- Ну чем не пара? Слушай, ты с Ленкой поговори! Выясни, как он ей -глянется или нет? И как она насчет брака?...Поговори, вреда не будет!
- Ладно!
Тянуть резину не стала, прямо после обеда к Ленке обратилась:
- Лен, сын-то мой-то к тебе с почтением, а тебе он –то как, глянется?
- Хороший у вас сын,- сказала Ленка смущенно, подбивая тесто на большом столе.
- Лен, а замуж бы за него пошла? Раз он тебе по нраву!
Ленка уставилась на нее удивленно.
- А чего смотришь? Или кто у тебя на примете есть? Или любви какой ждешь необыкновенной?
- Нету у меня никого...но...как я могу...это... замуж? Никто не звал...Леня же это...такой...стеснительный...
- Вот то-то и оно-то. Я сына знаю...ежли ждать пока предложит- состариться можно. Тут дело вот какое- если ты согласная- то ты это...как-то сама его ...вот так-от в щеку чмокни ненароком. Ну, действуй, так это...исподволь...Это же только мужики привередливые да наглые нахрапом лезут! Мой бы муж тоже мялся незнамо сколько- самой как-то пришлось.Я тебе помогу всяко, ежли ты серьезно на это дело смотришь. А если уж тебя от Леньки моего воротит- тут уж, конечно...
- Ну что вы!- запротестовала Ленка так яростно, что душа Марфы Ивановны возликовала.
« Ага, есть, значит, интерес...теперь надо на сына поднажать...прямо, как в кино... родня согласна, невеста согласна...только вот жених у нас».
С сыном обошлась куда как деликатнее. Крутила так разговоры- что сама себе удивлялась - «хорошая, однако, сваха бы из меня вышла».
Но все-таки вновь пришлось со Степановной совет держать.
- Не могу напрямки. Замкнется в себе...забоится...не целованный же ни разу...
- От мать ити! Бывают же такие! Ниче...так и скажи, прямо: «Мается, мол, девчонка. Ходите вроде, а ты ни тру ни ну! ...Припугнуть можешь- «мол, мало, возьмет кто-то шустрый, да и присватается к ней».
- Думаешь, поможет?
- А чего не рискнуть?
Вечером, после ужина, когда сын чай допивал- решилась!
- Сынок, я чего-то понять не могу- у тебя с Леной-то как?
Сын покраснел.
- Ты не сердись, да только дело такое- она все ж таки у меня работает- хочу ее на курсы послать – чтоб поучилась на хлебопека. А там вот уедет- мало ли... сам знаешь, парни шустрые бывают! Если у тебя с ней так...разговоры- так пусть едет- дам добро! А если имеешь к ней интерес- так это...как- то определяйся- замуж позови что ли! Ты же взрослый мужик уже!Девчонка-то к тебе с интересом- что я не вижу что ли...
Ленька замялся, видно было как в голове его шла напряженная работа.
- Да ты это...не майся, спать иди- просто подумай как-то чего хочешь ...никто не неволит...
Ушла из кухни. Стало жаль сына до ужаса.
«Думай, сынок, поглядим, что надумаешь...переживает, поди...трудно ему все дается! Ой, может, ну ее- всю эту затею! Не женится если и что? Судьба, видать, такая у него на роду написана. А то вот так лезешь- а выйдет вдруг черти что! Всё- не буду я, однако, более встревать».
От этой мысли стало легче. Вернулась в кухню- посуду помыла, пошла в комнату сына. Ленька лежал уже в кровати.
- Ты прости, сынок! Я вот сказать хочу- никто тебя не неволит! Что с Леной в кино ходил- дак никаких обязательств нету- не майся! С девушками можно и дружить...жениться- это все ж-таки заботу о человеке другом на себя брать! Это трудно... нет желания такого и ладно...живи, как живется- лишь бы мир в твоей душе был.
- Я вот, мама, думаю,- сын вдруг сел в кровати.- Ты ...Ленку спроси- если она не против- то я и жениться могу...она хорошая, слушает меня, недавно даже поцеловала...в щеку...на прощание,- сын засмущался.
- Ой, Господи, сынок! – Марфа Ивановна такой прыти от сына не ожидала.- Дак и ладно! Спрошу, непременно спрошу, только все ж-таки и тебе надо будет ей вопрос этот задать...
- Сначала ты...
«Ой, дите- сущее дите!».
- Ладно, и помни, мы с отцом во всем поможем тебе...если трудности- у нас совета проси!
Ленька кивнул.
А что ей было спрашивать- Ленка согласна была.
Свадьбу решили пышно не справлять. Ленка была только «за»- нервничала. Это ничего-это нормально для любой невесты. Платье белое справили, туфли, прическу ей знакомая Марфы Ивановны накрутила. Куда с добром невеста вышла! Больше Марфа Ивановна волновалась за сына- ходил одуревший какой-то.
«Еще бы чего не выкинул с перепугу...». Но ничего- обошлось.Ленку в семью приняли, как родную.
Через полтора года внучка родилась- то-то счастья было!
...
Марфе Ивановне юбилей отмечали. Вместе с Ленкой наготовили, настряпали, стол ломился.
После часа шумного застолья- мужики вышли во двор-покурить, женщины некоторые тоже на улицу подались- размять ноги. Марфа Ивановна подсела к Степановне. Вместе уже не работали- так, встречались порой...
- Ох, и хороший праздник у тебя,- сказала Степановна довольным голосом. – Вишь, невестка какая! Расстаралась, только и шуршит возле стола...
- Да уж,- откликнулась Марфа Ивановна.- Спасибочки тебе! Если б не ты-в жизнь бы не додумалась, но ведь и я тоже не промах!
Посмеялись довольные, рюмками чокнулись- вина пригубили.
- Ленка-то, гляди, прям расцвела после родов-то,- заметила Степановна.- И не скажет никто, что прежде замухрышкой звали. Сейчас вот тебя заменит- в начальство выбьется...Молодчина! Только никак не пойму, а чего вы их отделили-то- дом большой- ладили...
- Так тут я все ж таки хозяйка, пусть сама хозяйничает в своем дому- помогли купить им. Она там все на свой манер- креслы купила, ковер, шторы бархатные...да и Леонид сам теперь голова-на отца не заглядывает...а мы тут всегда на подхвате- через два дома же от нас живут.
- А мои отделились аж на другой конец деревни,- посмеялась Степановна.- Глаз туда не кажу, сами только забегают. Пожалуй и правильно- вместе жить-тока отношения портить...Ладно живут?
- Ладно! Леня старается, она все подле него. Тут слышала- шумнула на него, что соседка Зуева все ему глазки вроде строит- ревнует, значит! Помощница ему во всем...что еще надо? Слюбились!- Марфа Ивановна улыбнулась.- И так бывает. Ой,как Леня переживал, когда Ленка рожала- лица, прям, на нем не было, а Машеньку привезли- так все глядел на нее, как на чудо какое- в руки взять боялся...
- По мне так это любовь и есть- жалость да забота,- философски заметила Степановна.
Марфа Ивановна на Лену поглядела. Невестка сидела в платье нарядном, дочку на руках держала, с матерью свой разговаривала. На Машеньке платьице белое, банты на голове. Привычно умилилась слезно на внучку глядя.
- Сват-то твой седня, смотрю, лишнего не пьет,- заметила Степановна.
- Держится! Наказ, видать, получил... А так-то...выпивает, чего ему! Но к моим в дом выпивши не ходит. Ленка ему условие выставила! Приходит- Машеньку буквам учит. Умная такая- почти ведь все буквы знает уже!... Ой, а куда это гости –то мои разбрелись? Скоро Петрович с гармошкой придет. Пригласила, чтоб попеть душевно, а то включат свою музыку- бум, бум...
На улицу пошла. Только дверь открыла, услышала, как сын с гостем разговаривает степенно:
- Как живешь-то Леонид?
- Дак как все- дом свой, жена, дочка вот...работаю,- в голосе Леньки слышалась гордость.
« И то правда, сынок, живешь не хуже, а может, и лучше многих,- подумала Марфа Ивановна.- Что мне подарки? Вот он самый большой мне подарок. Спасибо тебе, Господи!».
Вышла из двери. Раскраснелась, разрумянилась, запела звонко:
- Эх, пить будем, гулять будем, а смерть придет- помирать будем!
«Ой, чего пьяная я сегодня- то ли от вина, то ли о счастья...»
- В дом прошу, гости дорогие! А то пироги стынут!