Я была уверена, что свою черную смородину знаю лучше всех: каждый побег, каждую почку, каждую ее прихоть, как она ведет себя после дождей и жары. Но этим летом она впервые поставила меня в тупик — ягоды начали засыхать еще зелеными. Я переживала, ходила вокруг кустов, а потом наконец-то смогла разобраться в том, что происходило, хотя ответ оказался совершенно не таким, как я ожидала.
Поверьте, эта история стоит того, чтобы дочитать ее до последней строки.
В один не самый прекрасный июньский день я заметила неладное. Несколько веток на одном из кустов черной смородины выглядели подвявшими. Сначала я решила, что это просто солнце припекло сильнее обычного. Однако, когда присмотрелась, сердце неприятно екнуло: ягоды, едва завязавшиеся, уже начали темнеть, ссыхаться и осыпаться при малейшем прикосновении. Маленькие зеленые бусинки не росли, не наливались — а наоборот, превращались в сморщенные черные точки, будто кто-то украл у них жизнь.
Листайте галерею.
И листья — зеленые, гладкие, без пятен, без намека на болезни — вдруг начали осыпаться. Причем только на отдельных ветках. Какая-то избирательная беда. Куст в целом выглядел крепким, мощным, густым, но эти ветки будто жили своей отдельной жизнью и стремительно угасали.
Первым делом я начала искать вредителей. Перевернула каждый лист, проверила свежие приросты, ощупала побеги снизу доверху — ничего. Ни тли, ни галлиц, ни грибных налетов, никаких дырочек от насекомых. Все чисто. И это пугало еще сильнее, чем если бы на кустах кишели вредители: когда ты видишь проблему — ты знаешь, как бороться, но когда причина бьет изподтишка, от этого становится вдвойне тревожнее.
Я решила, что, возможно, это стеклянница. Вредитель из тех, что не увидишь снаружи. Она живет внутри побега, выедает сердцевину, и ветка вянет прямо на глазах. Я срезала одну из засыхающих веточек, чтобы проверить: пахнет ли древесина, есть ли ходы, потемнения. Но внутри все было идеально — плотная сердцевина, чистая древесина, ни личинки, ни следа.
Листайте галерею.
Я стояла с этой веточкой в руках и чувствовала себя настолько растерянной, что даже села на корточки прямо возле куста. Ну что еще? Почва влажная. Полив хороший. Корни здоровые. Листья, кроме части побегов, зеленые. На соседних кустах все прекрасно. Откуда же эта напасть?
Тем временем ситуация ухудшалась. Те ягоды, что завязались первыми, продолжали сохнуть и отваливаться. Новые завязи были крепкими, их было много, но тревога уже сидела внутри — а вдруг и они повторят судьбу первых?
Я решила усилить поливы. Проливала кусты глубоко, чтобы влага доходила до нижних корней. Подкормки тоже внесла — легкую органику и немного калия, чтобы помочь ягодам наливаться. Но, увы, все это не дало никаких перемен. Засыхающие ветки не заметили моих стараний.
А потом — как будто по щелчку — в июле все закончилось само собой. Я стояла перед кустом и видела, что остальные ягоды набирают вес, наливаются соком, ровно и дружно темнеют. Листья свежие, живые, плотные. Куст будто сказал: «Ну все, я пошалил — и хватит». К концу лета я собрала вполне приличный урожай, а о той странной июньской истории напоминали только редкие пустые веточки.
И вот уже год прошел, а я до сих пор не знаю, что это было. Ни одна болезнь не подходит по симптомам. Ни один вредитель не оставил следов. Моя смородина просто решила сбросить первые завязи — но почему одновременно с этим облетели листья? Почему засохли только отдельные ветки?
Иногда мне кажется, что растения живут по своим правилам, не всегда понятным нам, людям. Мы можем много знать, но некоторые их прихоти остаются загадкой. Я месяц думала, перебирала версии, читала, смотрела, советовалась — так и не нашла ни одного убедительного объяснения.
Если вдруг кто-то из тех, кто сейчас читает эти строки, сталкивался с подобным — я очень прошу, расскажите в комментариях. Мне самой до сих пор неспокойно от того, что эта загадка осталась без ответа.
Смородина, как капризный музыкант, может сыграть свою мелодию и замолчать, не объяснив смысла.
Если вам близки мои истории из сада — подпишитесь на блог. Я с радостью продолжу делиться с вами тем, что происходит на моем участке.