Светлана всю жизнь проработала в библиотеке. Тихая, скромная работа среди книг и читателей. Женщина овдовела пять лет назад и уже привыкла жить одна. Дочь давно переехала в другой город, внуки росли быстро. Жизнь текла размеренно и спокойно.
В шестьдесят лет она решила поехать в турпоездку по Золотому кольцу. Всегда мечтала посмотреть на старинные города, но раньше не складывалось. Собрала сумку, купила билет, села в автобус.
В Суздале к их группе присоединился мужчина. Владимир, высокий, подтянутый, с приятной улыбкой. Он сразу начал разговор, шутил, рассказывал анекдоты. Женщины в группе заулыбались, оживились.
— А вы откуда? — спросил он у Светланы.
— Из Москвы. Работаю в библиотеке.
— О, интеллигентная профессия. Я вот на заводе всю жизнь. Слесарем. Но книги люблю.
Они разговорились. Оказалось, у них много общего. Оба овдовели, оба любят старину, оба одиноки. Владимир был галантен, придерживал её под руку на ступеньках, носил её сумку, угощал чаем в кафе.
За неделю поездки они стали близки. Обменялись телефонами, договорились встретиться в Москве.
Следующие полгода были как в сказке. Владимир звонил каждый день, приезжал к ней, приносил цветы. Водил в театры, на выставки. Рассказывал о себе, слушал её. Светлана расцвела. Она забыла, как это, когда кто-то заботится о тебе.
— Света, а давай поженимся? — предложил он однажды за чаем.
— Ты серьёзно?
— Абсолютно. Зачем нам жить порознь? Мы оба одни, нам хорошо вместе.
Женщина не знала, что ответить. С одной стороны, боязно. Привыкла жить одна. С другой стороны, так хочется тепла, заботы, чтобы кто-то был рядом.
— Хорошо. Давай поженимся.
Они расписались через месяц. Без пышной свадьбы, без гостей. Дочь приехала, поздравила, но в глазах её читалось сомнение.
— Мам, ты его хорошо знаешь?
— Знаю. Он хороший человек.
— Просто будь осторожна.
Светлана отмахнулась. Дочь перестраховывается.
Владимир переехал к ней. Свою квартиру сдал в аренду.
— Так будет выгоднее. Деньги лишние не помешают.
Первый месяц был действительно сказочным. Муж вставал раньше неё, готовил завтрак, приносил в постель. Мыл посуду, ходил в магазин, убирался. Светлана не могла нарадоваться. Вот он, поздний подарок судьбы.
Но на третий месяц что-то изменилось. Сначала незаметно, потом всё отчётливее.
Женщина собралась в бассейн. Она ходила туда два раза в неделю уже несколько лет. Любила плавать, это помогало держать форму.
— Куда ты? — спросил Владимир.
— В бассейн. Как обычно.
— Света, отменяй свой бассейн.
— Как отменяй? У меня абонемент.
— Там на тебя смотрят другие мужчины. Мне это неприятно. Ты теперь моя жена. Должна понимать.
Женщина растерялась.
— Володя, там никто на меня не смотрит. Я просто плаваю.
— Сказал, отменяй. Не хочу, чтобы моя жена ходила в купальнике перед чужими.
Она попыталась возразить, но он так резко посмотрел, что слова застряли в горле. В тот день она пропустила бассейн.
Потом он начал отваживать её от подруг. Галя позвонила, пригласила на чай.
— Не ходи к ней, — сказал муж.
— Почему?
— Пустая сплетница. Она тебе мозги пудрит. Лучше дома посиди, со мной.
— Но мы же с Галей двадцать лет дружим.
— Ну и что? Дружба дружбой, а семья важнее.
Света позвонила Гале, извинилась, отменила встречу. Подруга обиделась, сказала, что муж ею командует. Пару раз таких отмен и Галя перестала звонить.
Разговоры с мужем всё чаще стали сводиться только к нему. К его здоровью, к его обидам на бывших коллег, к его нереализованным талантам.
— Знаешь, Света, меня на заводе недооценивали. Я столько идей подавал, а начальство их присваивало себе.
— Да, тяжело.
— Вот именно. А теперь у меня радикулит прихватывает, всё здоровье на заводе оставил. Надо бы в поликлинику сходить. Ты сходи, запиши меня.
— Хорошо.
Любая попытка рассказать о себе, о работе, о книгах тут же переводилась на него.
— Володя, я сегодня интересную книгу читала.
— О чём?
— Про историю России.
— А знаешь, я в школе по истории всегда пятёрки получал. Учитель говорил, что я талант. Мог бы историком стать, но родители были против.
И он снова начинал рассказ о себе. Светлана слушала, кивала, но внутри росло разочарование.
Через четыре месяца брака Владимир перестал вообще что-либо делать по дому.
— Света, ужин готов?
— Нет ещё. Я только пришла из библиотеки.
— Как нет? Я голодный. Я же своё уже отработал, теперь твоя очередь меня баловать.
— Но ты же раньше готовил.
— Раньше мы встречались. А теперь женаты. Жена должна готовить мужу.
Женщина молча пошла на кухню. Начала резать овощи. Было обидно, но в очередной раз она промолчала.
Романтические ужины исчезли. Завтрак в постель тоже. Теперь он требовал, чтобы она вставала первой и готовила ему еду.
— Как положено. Жена встаёт первой, готовит мужу завтрак, подаёт к столу.
— А откуда это правило?
— Так было всегда. Так мама делала.
Светлана пыталась говорить с ним. Напоминала о том человеке, за которого выходила замуж. О том обаятельном, заботливом Владимире из поездки.
— Володя, что случилось? Ты изменился.
— Ничего не изменилось. Просто теперь мы муж и жена. И должны жить, как положено.
— Но раньше ты был другим.
— Раньше я ухаживал. А теперь зачем? Ты уже моя.
— Я же не вещь.
— Не начинай, Света. У меня голова болит.
Он включил телевизор, демонстративно отвернулся. Разговор был закончен.
Женщина со временем поняла, что его обаяние было лишь приманкой. Чтобы заполучить тихую, удобную гавань. Квартиру, заботу, обслуживание. А когда он получил желаемое, маска спала.
В конце зимы она заболела. Поднялась температура, ломило тело, болело горло. Лежала в постели, не могла встать.
— Володя, сходи в аптеку, пожалуйста. Мне лекарства нужны.
— Сейчас не могу. Передачу смотрю.
— Но мне плохо.
— Да ты притворяешься. Женщины всегда так делают, когда не хотят готовить и убираться.
— Я не притворяюсь. У меня температура тридцать восемь с половиной.
— Потерпишь. После передачи схожу.
Передача закончилась. Он не пошёл. Лёг спать.
Света лежала и плакала. Тихо, чтобы он не услышал. В этот момент она окончательно поняла, что ошиблась. Что вышла замуж не за человека, а за эгоиста, который искал не партнёрства, а обслуживания.
Утром она набрала номер дочери.
— Алло, мам? Как дела?
— Ленка, забери меня отсюда, — женщина не выдержала, расплакалась.
— Что случилось?
Света рассказала всё. Про запреты, про эмоциональный шантаж, про то, что он отказался сходить в аптеку.
— Собирай вещи. Я завтра приеду.
Дочь приехала на следующий день. Молча помогла матери собрать чемодан. Владимир сидел на диване, смотрел телевизор.
— Света, ты куда?
— К дочери.
— Как? А кто мне готовить будет?
— Не знаю. Сам, наверное.
— Ты не можешь просто уйти. Мы же женаты.
— Можем развестись.
Он вскочил, начал кричать. Обвинять её в неблагодарности, в эгоизме. Говорил, что он столько для неё сделал, а она вот так.
Дочь встала между ними.
— Хватит. Мама уезжает, пока не выздоровеет.
Они вышли из квартиры. Владимир не пытался их остановить. Просто стоял и смотрел.
В машине Светлана плакала. Дочь гладила её по руке.
— Мам, он оказался подлецом.
— Я так хотела счастья. Думала, нашла родственную душу на закате жизни.
— Ты нашла манипулятора, который искал бесплатную домработницу.
Женщина кивнула. Да, так и есть.
Развод оформили через три месяца. Светлана вернулась к своей прежней жизни. К библиотеке, к книгам, к одиночеству. Но теперь это одиночество не казалось ей таким страшным. Оно было лучше, чем жизнь с тираном в маске обаятельного кавалера.
Она позвонила Гале, извинилась. Подруга приняла извинения, и они снова начали встречаться. Купила новый абонемент в бассейн. Плавала с удовольствием.
Поздняя любовь оказалась с горьким привкусом.