В память о нашей юности.
«Ну и пусть,
Будет не лёгким мой путь
Тянут ко дну боль и грусть
Прежних ошибок груз».
Юрий Лоза.
КНИГА ТРЕТЬЯ
Глава 11. Изменения в жизни Виктора.
Говорят, что время лечит. Но, наверное, не до конца. Прошёл месяц после моей свадьбы, я не видел, чтобы Виктор улыбнулся. Я уже три раза съездил в Брест за это время. Акулина узнала от меня о событиях в жизни Виктора. Понятно, что через некоторое время, узнали об этом Лена и её отец Владимир Борисович. Он стал больше внимания обращать на семью подруги дочери.
Однажды даже пригласил нас к себе в свою двухэтажную дачу.
В тот день там был и дядя Лены, Никита Вячеславович проректор БИСИ, и избранный вновь первый секретарь обкома Бреста, бывший подчинённый Владимира Борисовича. По его указке, подчинённый занял место своего начальника. В этот вечер была решена судьба Николая Геннадьевича, ещё на пять лет его оставят Управляющим треста и не отправят на пенсию. Только сейчас, я увидел моего тестя таким растерянным, и понял, что мои родственники целиком и полностью зависят в городе от клана Владимира Борисовича. Зная, что у него скоро наступит пенсионный возраст, Владимир Борисович не стал искушать судьбу и ждать когда его попросят на пенсию. Он сам подал заявление об уходе, сказал, что пара уходить на менее ответственную работу и давать дорогу молодым. Он сделал первым лицом области своего зама, который сейчас будет благодарен до конца дней своих, такому нежданному подарку. Оставил при этом свой клан, который обычно менял новый начальник, назначенный со стороны. Сам получил тёпленькое место начальника таможни
и возможность забирать к себе несколько ребят призывного возраста, два раза в год. Оставленные нужные люди, в любой момент по указке Владимира Борисовича могли не поддержать его ставленника, и тот продолжал зависеть от бывшего шефа. На эту встречу меня пригласил хозяин области, не потому что он уважает моего тестя, а потому что я ему буду нужен в дальнейшем. Я был к этому времени уже взрослый мальчик, решил больше не подвергать опасности себя и мою родню. И когда Владимир Борисович, невзначай, начал расспрашивать меня о Викторе, я всё выложил ему, что знал сам, хотя любому другому человеку я этого не сделал бы. Я только не сказал ему, что часто не понимал своего друга.
– Значит, говоришь из бедной семьи, хороший, душевный парень, очень талантливый, недавно похоронил девушку, равнодушен к женскому полу, после окончания института должен был остаться в аспирантуре, но сейчас точно уедет из города, потому что ему тяжело забыть свою девушку. Куда уедет, ты не знаешь? Службы в армии не боится.
Подытожил мой рассказ Владимир Борисович. Немного подумав, добавил:
– Бедность не порок. Будем думать.
Потом похлопал меня по плечу и велел оповещать об изменениях в жизни моего друга. Видя, что я интересую Владимира Борисовича больше, чем мой тесть, ко мне в дальнейшем стали с почтением относится друзья тестя. Акулина меня ждала, мы проводили дни вместе. Иногда нас приглашали в гости знакомые жены. Лена всегда навещала нас, расспрашивала о Викторе. Я рассказывал, как Виктор очень изменился, и чем он занимается сейчас. Но не всё, а только то, что было приятно для ушей Лены. На самом деле Виктор чудил. Если в том году он практически не занимался спортом, то в этом году он постепенно втянулся в соревнование факультета. Обычно после второго курса стариков заменяла молодёжь. После того, как незаменимая Наташа, трёхлетний физорг факультета ПГС в том году оставила свой пост, сославшись на старость, спортивные дела на факультете резко ухудшились. В этом году декан факультета насильно вернул Наташу, к её прежним обязанностям, пообещав предоставить ей с мужем места на кафедре, после окончания института. Наташа как-то пожаловалась нам с Виктором, что на факультет пришла непутёвая молодежь, которой совершенно безразличны спортивные дела факультета. У Виктора после смерти Вали появилось свободное время, и он тогда посочувствовал Наташе, сказал:
– Если будет невмоготу, обращайся, мы с Григорием вспомним молодость и поможем. Если ни, как участники то, как тренеры.
Виктор к этому времени уже помог Игорю сдать все хвосты. Объявился Дима, он опять встретил какую-то крашеную блондинку в порту Калининграда, не встретив свою юную подругу, к которой он уехал, и задержался у неё на несколько дней. Сейчас он вспомнил про свои хвосты, и сумел снова, как два года тому назад войти в доверие к Виктору и нагло пользовался его добротой. Виктор начал помогать Наташе. Произошло это, когда я первый раз после свадьбы уехал в Брест. Тогда я подумал о Викторе: «Чем бы дитя, не тешилось, лишь бы не плакало». Но потом вспомнил о его спортивных успехах в нашем институте, когда посмотреть на него ходили многие. Сейчас он будет чем-то, напоминать своих учителей школы из его рассказа, в впервые дни нашего знакомства. Я вспомнил рассказ Виктора:
– В футбол я играл ещё с детства, а навыки к другим видам спорта приобрёл уже в школе от физруков, которые приезжали к нам по распределению после окончания физкультурных факультетов и имели разную специализацию. Они менялись у нас, как перчатки, отработав свой срок по распределению, уезжали. И каждый из них таскал меня по соревнованиям, как более обучаемого.
Я рассмеялся, потому что тогда он был юн и по инерции продолжал заниматься этими видами спорта в институте. Потом не выдержал и рассказал ему о причине своего смеха. На что Виктор ответил:
– Талант не пропьёшь! А чем чёрт не шутит, когда ангел спит?
Давай попробуем.
– Нет уж, уволь. Можешь пробовать, но только без меня, – ответил ему я.
Наташа начала отбирать ребят, по своим физическим данным способных к различным спортивным дисциплинам, сама тестировала девчонок, а юношей просила тестировать Виктора. Таким образам были сформированы команды юношей по мини футболу и гандболу. Команды не плохие, ребята крепкие, рослые, но игра у них не шла, они проигрывали почти все товарищеские встречи. Они быстро двигались, хорошо исполняли отдельные элементы, но командная комбинационная игра, никуда не годилась. Сколько Виктор ни занимался с ними по тактике игры, результатов не было. Наташа, смотревшая очередную товарищескую игру, когда после первого тайма играя в гандбол, факультет ПГС выигрывал у эксплуатационного факультета десять мячей, и в итоге, проиграл один мяч, сказала:
– Пора тебе Виктор из тренера, переквалифицироваться в играющего тренера и на личном примере учить ребят комбинациям.
Её замечание принесло плоды и в гандболе и в мини футболе. Когда начались официальные соревнования, у ребят были свои наигранные комбинации, Виктор часто выходил на поле и воодушевлял ребят. Команды боролись за каждый мяч и возродили былую славу нашего факультета. Когда лёг снег, обнаглевшая Наташа уговорила Виктора бежать десять километров на лыжах, за факультет. На первых курсах он показывал неплохие результаты, а сейчас даже не вошёл в первую десятку, хотя быстрее его с нашего факультета пробежал, всего один студент.
С каждой моей поездкой в Брест я замечал, как менялись лицо и фигура моей жены в худшую сторону. Она раньше времени сдала последнюю сессию, и когда выпал первый снег, боялась выходить на улицу. Жила она в городской квартире в своей комнате, и корректировала данный ей Леной дипломный проект под своё задание. Лена, даже, и этого не делала. Она просто с ребятами должна была сдать сессию. Дипломный проект за неё уже сделали другие люди за деньги отца. Вокруг её вилась куча поклонников, среди них выделялся Станислав, по национальности поляк, сын начальника телефонной станции. Он был красив собой, очень вежлив, одет лучше всех ребят. Во время моего приезда Лена обязательно навещала Акулину, и на фоне моей жены выглядела просто красавицей. Когда я вел жену под руку на прогулку в парк, с нами увязывалась и Лена. Она расспрашивала о причудах Виктора и говорила, что скоро мой друг свихнётся без женщины, и собиралась его навестить. Из разговора подруг я узнал, почему Акулина боится выходить на улицу. Оказывается, её мать поскользнулась на снегу. Из-за падения, дочь родилась семимесячной. Тогда Акулину еле выходили, а сейчас она выше и больше Лены, которая родилась во время и была тяжелее её на много.
Когда я снова вернулся в Гомель, к нам понаехали покупатели из разных строительных железнодорожных организаций. Они выбирали себе студентов и агитировали к ним приехать, лучшие студенты тоже выбирали себе хозяев. С Брестской дистанции гражданских сооружений приехал уже знакомый мне кадровик, оставил персональный запрос на меня в институте. Я расписался в договоре, по которому должен буду отработать два года в их организации. Виктора разыскивал какой-то Поляков, он догнал нас, когда мы шли по коридору второго этажа. Это был пожилой мужчина не высокого роста с орденоносной планкой на груди. Он сообщил, что выбрал его, если Виктор вдруг передумает поступать в аспирантуру. О себе сообщил, что он с города Куйбышева, это город на берегу Волги. Это самая дальняя точка в этом году, куда направляют ваших студентов, мы платим самые большие подъёмные. Ваш друг, Дима Громович, уже записался и записал вас. Я человек честный, всё о вас разузнал, такие люди на Волге нужны. Вот решил посмотреть на вас воочию. Если вы останетесь в аспирантуре, то эта подпись потеряет свою силу, если вы приедете к нам, вас обязательно через пару месяцев, заберут в армию. После окончания службы вам присвоят звание и будут агитировать остаться служить, такие люди там тоже нужны. Вдруг вы за месяц полюбите Волгу,
и вернётесь к нам после армии. Я надеюсь только на это, такие случаи иногда случались в моей практике, поэтому если вам не трудно поставьте свою подпись, так будет честнее. Виктор взял лист, и хотел было расписаться. Но увидел там свою, уже, кем-то сделанную роспись. Она ничем не отличалась от его подписи, хотя была сделана рукой Димы. Тогда он сказал:
– Зря волновались, подпись моя уже стоит, и лучше я не распишусь. Мне было приято встретить порядочного человека, я вам благодарен за участие в моей судьбе. Считайте, что я вам дал согласие, и не волнуйтесь, я всегда подтвержу эту подпись.
На этом они распрощались, и мы ушли по своим делам. За месяц до нового года в комнату вернулся Алексей. В комнате стало весело. Алексей и Дима часто не ладили между собой, подтрунивали друг над другом. Я посмеивался над их шутками. Они усиленно работали над «хвостами», их предъявили им в деканате. Виктор пропадал на тренировках с молодёжью или выводил своих подопечных на очередные игры. Я продолжал ездить каждую неделю в Брест. Лена просила организовать ей нечаянную встречу с Виктором. Она прилетит на юбилей своей дальней родственницы в январе. Лена с Акулиной жили у неё на квартире, когда были в Гомеле на практике. Сопровождать её будет Станислав. Я понимал, что с их встречи ничего хорошего не получиться, но не смог отказать ей по понятным причинам, и дал своё согласие. Виктор первым сдал последнюю сессию досрочно на отлично. Он уехал на две недели в свой любимый профилакторий, бесплатно от института. Путёвку ему вручила Наташа, чем он там занимался, я не знаю, но в комнате он не появлялся.
Дима и Алексей погасили долги, накопившиеся за четыре года, с начала учёбы и их допустили к последней сессии. Когда Виктор сдавал последнюю сессию, его вызвали в деканат. Декан напомнил ему, чтобы получить красный диплом ему надо пересдать английский язык и получить четвёрку. На что Виктор ответил:
– Я не заслужил красный диплом, английский больше, чем на тройку я не знаю, технический текст со словарём я переведу, за границу я не поеду и Киплинга в оригинале читать не буду. Если бы меня правильно учили языку с семи лет, то я его знал бы. Начинать учить язык с семнадцати лет, уже поздно. Не переживайте, в институте я получил хорошие технические знания, теперь моя задача строить и применять их в деле.
Декан засмеялся и сказал:
– Посмотрю на тебя, если доживу, что ты скажешь, когда будешь защищать докторскую диссертацию. А сейчас иди, набирайся ума, если не желаешь слушать совета старших. К этому разговору мы вернёмся ещё не раз.
Виктора декан иногда совершенно не понимал, но он ему очень нравился, и он по-отечески пытался направить его на путь истинный. Вскоре я сдал сессию без троек и уехал на три дня в Брест, встречать Новый 1974 год в кругу родни.
Когда я приехал обратно в Гомель Дима и Алексей сдали последний экзамен и разъезжались по своим подругам. Алексей высказался перед уходом из комнаты:
– Вот мы и дипломники. Дипломник это без пяти минут инженер. За эти пять минут нужно сделать многое. Как минимум найти одну невесту, а в свободное от поисков время писать дипломный проект.
Мне предстояло решить трудную задачу, организовать не принуждённую встречу Виктора с Леной. Но для этого мне, вначале, нужно было разыскать самого Виктора, между делом, узнать о его планах, где он будет находиться в эти дни?