- Не надо было выбиваться из толпы, - дочери одноклассники наплевали в волосы жвачек, а учительница обвинила ее саму

В этом году моя дочь Марина пошла в выпускной класс. Ничего не предвещало беды. У нее всегда были хорошие оценки, отношения с учителями и одноклассниками складывались хорошие.

Я переживала только за поступление в университет. Нет, я верила, что дочь сделает все возможное, что она хорошо сдаст ЕГЭ. Но все равно же есть фактор случайности: любого количества баллов может не хватить. Оказалось, что я не за то переживала. Рядом с моей дочерью все эти годы были настоящие звери, которые назывались одноклассниками. И она не замечала этого.

За неделю до осенних каникул класс дочери собрался в планетарий. В этот же день, но вечером уже, мы всей семьей были приглашены на день рождения к моей сестре.

- Я хочу локоны сделать, чтобы на празднике быть красивой, - сказала мне дочь.

Я записала ее в парикмахерскую возле дома. Там было место только утром, поэтому было решено, что в планетарий Марина пойдет с кудрявыми волосами. Мне и в голову не могло прийти, что аккуратная прическа станет такой проблемой в компании одноклассников.

- Я буду дома около 3 часов дня, - сказала мне Марина. – Мы хотим после планетария с Полиной зайти в магазин.

На праздник вечером мы в любом случае успевали, поэтому я не стала возражать. Только пришла дочка гораздо раньше, чем сказала. Была она в слезах.

- Что случилось, Марина? – спросила я, когда ее увидела. – Чего ты рыдаешь?

Дочь была в истерике. Она не сказала ни единого слова, а повернулась ко мне спиной. Это был какой-то кошмар! У Марины все волосы ниже плеча были в жвачке! Как это могло произойти? Когда дочь немного успокоилась, она мне сказала, что обнаружила эту жвачку после того, как вышла из планетария.

- Там было темно, поэтому я не увидела сразу. А потом мне Полина сказала, что у меня жвачка в волосах. Мы тогда только на улицу вышли.

Я поняла, что нужно как-то спасать шевелюру дочки. И я отвела ее к знакомой, у которой сама стригусь. Она – опытный мастер.

- Тут столько жвачки, что только под каре стричь нужно волосы, - озвучила неутешительный вердикт мастер.

А у Марины шевелюра до пояса была. Ей было жалко обрезать ее. Она чуть ли не по полу в истерике каталась, когда увидела себя с новой короткой стрижкой. Нет, она ей шла, подчеркивала красоту ее лица. Но это не грело дочери душу.

В тот вечер мы не пошли ни на какой юбилей. Я позвонила сестре, объяснила ситуацию. Она тоже была в ужасе. И не она посоветовала не спускать все это на тормозах. Я и не собиралась закрывать глаза на случившееся. В понедельник я отправилась в школу, чтобы поговорить с Елизаветой Павловной, классной дочери. Я думала, что она поймет меня, поможет мне найти виновных.

- А что я могу? – спросила учительница. – Я даже не знала о том, что случилось. В планетарии темно было. Я же не могла видеть, кто жвачками кидался. - Но Вы же можете мне помочь виновных вычислить! Поговорите с ребятами! У Вас же педагогическое образование есть, такой опыт работы имеется. Вы же должны уметь находить подход к детям. - Я не буду этим заниматься. Сами можете это сделать.

Я пошла в кабинет, где тогда занимался класс дочери, стала разговаривать с ребятами. Но только никто не сознался. Все лишь посмеялись с меня и с того, что произошло у Марины. Классная руководительница наблюдала эту сцену. И она ничего не сказала детям. А вот для меня у нее нашлись слова.

- Не надо было выбиваться из толпы, - прозвучало от Елизаветы Павловны. – Тогда бы точно ничего не случилось. Так можете и передать своей дочери.

Получается, что Марина еще и виноватой осталась! А она каким боком к тому, что другие делают такие гадости? Этот вопрос я задала директору школы. Но только Василий Петрович не смог объяснить поведение классной. Он пообещал поговорить с учительницей и с детьми. Но только что-то до сих не видно результатов его разговоров. Так никто и не сознался в проступке. Хуже всего то, что эти дети, точнее, они уже взрослые, так и останутся гадами. И такими они войдут во взрослую жизнь. Сделать с этим ничего нельзя.

Пока что Марина отказывается идти в школу. Она просит перевести ее на домашнее обучение. Я ее понимаю в чем-то. Но я не уверена, что так будет правильно и хорошо для нее. Вариант с новой школой я не рассматриваю. Сложно будет в новом коллективе в выпускном классе.