«Напролом» — фантастический триллер Люка Бессона о преступниках, отбывающих наказание в анабиозе на орбитальной космической станции.
2079 год. Бывший агент ЦРУ Сноу (Гай Пирс), отличающийся неисчерпаемым чувством юмора, задержан за убийство, которого он не совершал, и без суда и следствия принудительно на тридцать лет погружен в сон. Однако, тем временем дочь президента США Эмили Уорнок (Мэгги Грэйс) отправляется инспектировать новейшую, расположенную на Орбите тюрьму особого режима, где в таком же состоянии искусственного сна находятся 500 опасных преступников. Как и положено, во время осмотра один из заключенных совершает побег, освобождает остальных и берет в плен дочь президента. В ответ на это главы Секретной службы (Питер Стормаре) и ЦРУ (Ленни Джеймс) поручают толком не успевшему поспать Сноу отправиться на станцию и найти-спасти девушку. Снятый за 20 миллионов дебютный фильм Джеймса Мэтера и Стивена Ст. Лэджера «Напролом» на деле оказывается даже не столько обычным клишированным малобюджетным боевиком, а достаточно топорным посвящением классике жанра (которая, в общем-то, также топорна). К примеру, основная сюжетная линия – почти дословный пересказ «Побега из Нью-Йорка» Карпентера, а декорации отсылают то к «Бегущему по лезвию» (как в начале фильма), то к «Чужому». Гай Пирс усилено старается быть Брюсом Уиллисом из другого американо-французского фильма производства Люка Бессона, и, надо сказать, по количеству шуток в минуту экранного времени даже обходит его, и вообще, предстает человеком мгновенной, молниеносной реакции, касается ли дело дробовика или слова. Мэгги Грейс с ним активно переругивается, Питер Стормаре на протяжении всего фильма постоянно на кого-то зло смотрит или кричит, а остальные притворяются разной степени сумасшедшими.
Особенно в этом отношении стараются заключенные, выписанные сюда прямиком из «Воздушной тюрьмы» (по крайней мере, оранжевые костюмы навевают именно такую ассоциацию), остальные же стараются соответствовать. В какие-то моменты фильм фокусируется на абсурдных, выхолощенных диалогах и превращается в действительно наглую комедию. Апофеозом наглости представляется сцена финального спасения, которую лучше видеть самим. Мотивировки поступков сознательно опущены, и всему хронометражу фильма сопутствует ощущение тотального, клинического безумия – видимо, космические станции развивают клаустрофобию. Этому ощущению способствуют постоянный динамический монтаж, благодаря которому герои возникают из ниоткуда и возвращаются в никуда с пугающей частотой. Но есть и особо запоминающиеся сцены – например, превращение героини Мэгги Грейс в короткостриженную брюнетку или финальное спасение, карты которого лучше не раскрывать. Несмотря на всю свою тотальную вторичность, напористость создателей фильма берет свое, и в идиотических диалогах и немотивированных поступках героев проскакивает нечто стопроцентно родное и настоящее, но безнадежно забытое. Тут пора вспомнить, недавний, не в пример интеллектуальный «Нокаут» Содерберга. Дух откровенно плохого кино эры видеосалонов вернулся. И если «Нокаут» был скорее про Сталлоне, Ван Дамма или Сигала, то «Напролом» однозначно про Уиллиса.