Меня зовут Анна Ивановна. Мне 62 года. И я — педиатр. Я не просто «врач», я — педиатр с 40-летним стажем. Я заведовала отделением. Я вытаскивала детей с того света. Я — «врач от Бога», как говорят мои пациенты.
Я думала, что когда моя дочь, Иринка, родит, я буду самой счастливой и полезной бабушкой на свете.
Я ошиблась. Я стала «врагом».
Иринка родила полгода назад. Мой внук, мой Андрюша. Я была счастлива. Но с первого дня что-то пошло не так.
«Мама, — сказала мне Ира, когда я попыталась дать внуку водички, — ты что! ВОЗ не рекомендует! Только грудное молоко!»
Я, педиатр, которая вырастила тысячи детей на этой «водичке», промолчала. Ладно. ВОЗ так ВОЗ.
Но потом начался ад.
Моя дочь, мой умный, образованный ребенок, превратилась... в адепта «мамских чатов». Она не спит ночами не из-за ребенка. Она не спит, потому что сидит на форумах. Она знает все о «вреде прививок», «токсичности» лекарств и «силе» гомеопатии.
Вчера у Андрюши поднялась температура. 39.5. Ребенок горит. Ира в панике звонит мне. Я, как была, в халате, прилетаю к ним.
Картина: ребенок красный, вялый. Ира пытается обтереть его... водой с уксусом.
«Ты что делаешь?! — закричала я, отбирая у нее тряпку. — Ты с ума сошла? Ты спазм сосудов вызовешь! Немедленно дай жаропонижающее!»
Я достала из сумки детский «Нурофен». Проверенный, надежный.
Ира выхватила у меня из рук флакон.
«Я не буду травить своего ребенка этой „химией“! — зашипела она. — Я читала! Он печень сажает! Я дам ему...»
И она достает... шарики. Гомеопатические. «От температуры».
В тот момент я, кажется, перестала быть «мамой» и стала «заведующей отделением».
«Ирина, — сказала я ледяным голосом, — ты сейчас же дала ребенку лекарство. У него могут начаться фебрильные судороги. Ты понимаешь, что ты делаешь? Ты вредишь своему сыну, начитавшись шарлатанов в интернете!»
«А ты! — закричала она. — Ты — „совок“! Ты лечишь по протоколам 80-х! Сейчас так никто не делает! Это мой ребенок! И я не позволю тебе его калечить!»
«Твой ребенок?! — я не выдержала. — Да я на твоего ребенка 40 лет стажа положила! Я знаю о детях больше, чем все твои „блогеры“ вместе взятые!»
Мы орали друг на друга. А ребенок плакал.
Я не смогла. Я просто силой взяла внука, влила ему в рот эту несчастную ложку «Нурофена». Через полчаса температура спала. Андрюша уснул.
А Ира... Ира собрала мои вещи и выставила меня за дверь.
«Чтобы я тебя, — сказала она, глядя мне в глаза с ненавистью, — рядом с моим сыном не видела. Ты — токсичная. Ты нарушаешь мои границы. Ты — не бабушка. Ты — тиран».
Я сижу у себя дома. Мне звонят пациенты, советуются. А я — «тиран».
Милые женщины, рассудите! Я — врач! Я давала клятву. Я видела, что моему внуку грозит опасность. Я должна была стоять и смотреть, как моя дочь, одурманенная интернетом, «лечит» его сахарными шариками?
Или я, как врач и как бабушка, поступила правильно? Но... я, кажется, навсегда потеряла дочь.
