Михаил всегда любил и ценил домашний уют. И, как и все современные люди был накрепко привязан к телефону. Узы были настолько крепкими, что Михаил буквально не выпускал его из рук. Даже во время походов в туалет. Он листал там новости, читал заметки и время летело незаметно.
Вскоре для Михаила туалет стал чем-то вроде личного святилища, убежищем от суеты мира, от вечных "Миша, почему ты не купил курицу?", "Папа, помоги с уроками!" и "Михаил, опять тарелки не помыты!". Там, за запертой дверью, в полумраке, освещенном лишь синеватым светом экрана, он находил свой дзен.
Это начиналось незаметно. Сначала такие посиделки не длились больше пяти минут. Потом растянулись еще на десять-пятнадцать. А после процесс превратился в полноценный сеанс погружения в интернет реальность. Михаил мог часами просиживать там, листая ленты соцсетей, играя в игры, смотря видео или просто бездумно прокручивая картинки. Время в туалете для него текло иначе, растягиваясь в бесконечное блаженство.
Проблема была в том, что семья Михаила – жена Авдотья и двое детей: десятилетний Серафим и семилетняя Снежана не разделяли его любви к туалетным медитациям. Для них туалет был просто туалетом. Местом, куда нужно было попасть, когда приспичит. А приспичивало, как назло, именно тогда, когда Михаил находился в своем цифровом раю.
Таким образом первыми страдали дети. Серафим, будучи мальчиком более терпеливым, мог еще постоять, пыхтя и пританцовывая, но Снежана, с ее детской непосредственностью, не знала никаких границ.
"Папа! Папа, выходи!" – раздавался ее тоненький голосок, полный отчаяния. Стук в дверь становился все настойчивее, переходя от легкого постукивания к отчаянным барабанам.
"Миша, ну сколько можно!" – вторил ей голос Авдотьи, обычно спокойный, но сейчас звучащий с явным раздражением. – "Ты что вообще счет времени потерял?"
Но Михаил, погруженный в свои виртуальные миры, часто не слышал. Или слышал, но игнорировал. Его пальцы ловко скользили по экрану, а реальность за дверью казалась далекой и неважной. Иногда он даже слышал, как Авдотья пыталась договориться: "Миша, ну хоть на пять минут выйди, пожалуйста! Дети не могут терпеть!"
Стуки становились громче, мольбы – настойчивее. Авдотья иногда даже пыталась применить силу, дергая ручку двери, но Михаил, предвидя такое развитие событий, всегда надежно запирался.
"Михаил, я тебя умоляю!" – кричала Авдотья, прижимаясь ухом к двери. – "Серафим уже не может терпеть!"
"Папа, я хочу пи-пи!" – всхлипывала Серафим.
Когда терпение жены иссякало окончательно, она начинала стучать сама, с такой силой, что казалось, дверь вот-вот вылетит из петель.
"Михаил! Если ты сейчас же не выйдешь, я вышибу дверь!" – угрожала она, и в ее голосе звучала настоящая ярость.
Эти угрозы действовали. Михаил, выныривая из своего цифрового тумана, с неохотой отрывался от телефона. Он еле выходил на ватных ногах, и был раздражен.
"Что случилось? Чего пристали? И здесь нет мне покоя от вас. " – зло спрашивал он
"Случилось то, что ты уже полчаса сидишь в туалете, а мы все ждем!" – язвительно отвечала Авдотья.
"Я проверял новости," – оправдывался Михаил, хотя сам понимал, что это была лишь отговорка.
С тех пор Авдотья поняла, что нужно принимать меры. Когда Михаил слишком уж засиживался в туалете, она отключала вай-фай. Действовало безотказно. Михаил пулей вылетал, ругаясь, что опять отключили интернет за неуплату. Авдотья посмеивалась над ним.
Михаил и сам начал осознавать свою зависимость от гаджета. Он даже установил таймер на своем телефоне, чтобы не забывать о времени. Каждый раз, когда он запирался в туалете, он ставил его на 15 минут.
Авдотья заметила некоторые изменения. Михаил периодически стал выходить из туалета вовремя, и даже иногда помогал детям с уроками, когда они его об этом просили. Кажется он начал понимать, что настоящая радость заключается не в уединении, а в общении с семьей.
Однако, иногда, когда Михаил все же чувствовал необходимость уединиться, он находил другие способы. Он стал выходить на прогулки, где мог спокойно послушать музыку или почитать книгу. Это стало его новым способом расслабления, и он заметил, что это даже лучше, чем сидеть в туалете с телефоном.