Как я на свидания ходила, или почему мужчинам удобно жить с мамой

Мы сидели в уютном кафе, и беседа текла плавно, пока я не задала свой коронный вопрос. — Скажи, а жилье у тебя собственное или арендованное? Он замешкался, потупил взгляд в чашку с кофе. Мне пришлось переспросить, мягко подтолкнув его. — В общем-то, моё. Точнее, наше с матерью. Я кивнула, еще не понимая подвоха. — Ясно. В долевую собственность, значит, оформили? — Нет, — он наконец посмотрел на меня. — Квартира записана на маму. Воцарилась пауза, которую я поспешила заполнить. — Странно как-то. Ты там проживаешь, а прав у тебя никаких? Неуютно, наверное. — А мама где, по-твоему, живет? — он удивленно поднял брови. — Конечно, вместе со мной. Все очень комфортно. Последующие двадцать минут я внимала рассказу о том, в чем заключалось это комфортное существование. Мама и уборку ведет, и готовит вкуснейшие борщи, и белье сыночку гладит. И плату за жилищно-коммунальные услуги вносит исправно — у нее, пенсионерки, масса свободного времени. — Хорошо ты устроился, — выдавила я, стараясь, чтобы в голосе звучала лишь безобидная шутка. — А куда мне деваться? Она ведь в годах, одна не справится. Да и скучно ей будет по вечерам без меня, мы сериалы вместе любим посмотреть. — Мог бы рядом квартиру подыскать, навещать ежедневно, — предложила я. — Это зачем? — он искренне не понимал. — Какая необходимость в двух? Рано или поздно эта жилплощадь все равно останется мне. — Знаешь, Михаил, я только что вспомнила. Мой хомячок, кажется, плохо себя чувствует. Мне нужно срочно домой. Оставив на столе крохотный увядающий букет, явно купленный им по скидке, и деньги за свой десерт, я удалилась. После этого я стала задавать свой главный вопрос еще на стадии первого обмена сообщениями. И снова мир будто ополчился против меня. Очередной претендент, Владислав, тут же начал жаловаться на бывшую супругу. — Ипотечные кредиты? Это же кабала! А та, на которой я был женат, чего с моей матерью ужиться не смогла? Родная женщина, кормит отменно. В трехкомнатной хоромах всем хватало места. Нет, ушла. Снимает теперь клетку в новостройке, на двадцатом этаже. Естественно, средств не хватает, вот и клянчит постоянно. — Для чего же она просит? — поинтересовалась я. — Утверждает, что на ребенка. Но я-то знаю, ей на этот банковский долг нужно. — Дочка твоя? — Да. А мне наследника хотелось. Даже мальчика родить не сумела. — А почему просто не подать на алименты, по закону? — Чтобы я еще и ее долги оплачивал? Нет уж. — Но ребенку нужно питание, одежда... — Что она там много съест в свои пять лет? А поносить есть что — моя мама принесла от племянницы два чемодана старья. Колготки, платьица, даже пальто на зиму есть. Я снова поспешно ретировалась, сославшись на внезапный звонок из ветклиники. Следующий, Алексей, поначалу обрадовал меня. — С матерью? — Нет, один. Облегчение длилось недолго. Он с гордостью показал на телефоне фотографии своей «крепости». Однушка с потрескавшимися отклеившимися обоями и плиткой в ванной унылого болотного цвета. — Бабушка оставила. — Недавно, видимо? — вежливо поинтересовалась я. — Лет десять назад. — И ремонт делать не планируешь? — А зачем? Вполне прилично. Ничего не течет, не сыпется. Я молча вздохнула. Ему даже в голову не пришло сказать, что он хранит память о бабушке — эту отговорку я услышала от кого-то другого позже. Ни один из них и не думал о продаже и покупке чего-то более просторного и современного. Кредиты — удел неудачников. А они были философами, живущими в уютном, тесном мирке своего детства. Если что, квартира у меня есть. Но не хочу, чтобы туда пришел приживала. В один из вечеров я задала себе вопрос, глядя в потолок: а может, это я не права? Говорят же, что настоящая женщина способна вдохновить мужчину на свершения. Ради нее он горы свернет. Но тут же внутренний голос возразил: если человек не хочет менять собственную жизнь ради себя, станет ли он стараться ради тебя? Что вы думаете?