Твери повезло – в Музейно-выставочном центре на Советской демонстрируются работы знаменитого художника Василия Кандинского. Несколько лет назад здесь экспонировались работы Дали, и вот теперь – другого всемирно известного мастера.
«Моя пятилетняя дочь так нарисует»
Экспозиция размещена во всех трех залах центра – это порядка пятидесяти оригинальных графических работ (литография, ксилография). Их представила галерея питерская Bashmakov Gallery, собиравшая эту коллекцию более десяти лет.
Работы относятся к разным периодам творчества художника. О некоторых, человек, мало что понимающий в изобразительном искусстве, но мнящий себя знатоком, и, разумеется, не только искусстве, но и вообще во всем, что только есть в мире, сказал бы: «Каляки-маляки, моя пятилетняя дочь так нарисует».
Ах, эти бы слова – в уши Пикассо, утверждавшего, что лучшие художники дети, и, что он мечтает научиться рисовать так, как рисуют они. Но не буду полемизировать – дело это неблагодарное – со счастливыми родителями отпрысков, которые уже в пятилетнем возрасте превосходят в мастерстве гениев прошлого. Однако ж справедливости ради отмечу, что работы Кандинского, и его эстетические идеи, действительно, весьма непросты для понимания.
Дабы не утомлять читателя искусствоведческими терминами и рассказами о том или ином периоде творчества мастера, скажу – да простят меня искусствоведы – без затей: поначалу Кандинский рисовал так, что, в общем и целом, было понятно, что именно изображено на рисунке, затем предметы стали «расплываться» и приобретать загадочные формы. Со временем же они становились все лаконичнее и яснее, как бы выкристаллизовываясь. И наконец, Кандинский стал тем, кого называют художником, стоявшим у истоков абстракционизма. Более того, он попытался соединить изображение и цвета со звуками музыки. Кстати, именно поэтому выставка в Твери и называется «Цветозвуки».
***
Отдельно замечу: желающие понять творчество Кандинского, его идеи и работы, могут обратиться к замечательным экскурсоводам-искусствоведам тверского выставочного центра Екатерине Гришкиной и Ксении Диковской. Знающие, неравнодушные, обе они – просто золото, и олицетворяют надежду на то, что музейно-выставочное дело в Твери получит светлое будущее.
Кандинский и его женщины
Личная жизнь художника в той или иной мере всегда отражается в его творчестве. Говоря о Кандинском, нельзя обойти вниманием женщин, которые играли большую роль в его жизни, дарили ему силу и вдохновение.
Первой женой Василия Кандинского (родился в Москве в 1866 году) стала его кузина Анна Чемякина. С нею художник был счастлив – во всяком случае, так утверждают биографы. С Анной он прожил восемнадцать лет в браке, и она поддерживала мужа во всем. Поддержала она его и тогда, когда он решил завершить карьеру ученого и заняться художественным творчеством.
Надо сказать, Кандинского всегда интересовало искусство, еще в юности он получил музыкально-художественное образование. Но окончательно побудило его посвятить жизнь творчеству два обстоятельства. Первое – однажды он услышал оперу Вагнера «Лоэнгрин». После этого Василий решительно заявил: «совершенно стало мне ясно, что искусство вообще обладает гораздо большей мощью, чем это мне представлялось».
Второе – в 1896 году на выставке импрессионистов в Москве он увидел картину Клода Монэ «Стог сена».
Музыка и живопись так поразили Василия, что он «потерял голову». Заявив, что «создание произведения есть мироздание», он с жаром принялся за художественную работу.
Уехав в Германию, Кандинский вошел в состав русской художественной колонии в Мюнхене, участвовал в выставках, в различных творческих союзах.
В 1902 году в Мюнхене ученицей Василия Кандинского стала Габриеле Мюнтер. Они были единомышленниками и, как это водится, скоро полюбили друг друга. От оставшейся в России жены, Кандинский поначалу скрывал, что он живет теперь с другой женщиной, и не торопился и расторгать брак, чтобы жениться на Габриеле.
В 1916 году он все ж таки уехал в Россию, чтобы оформить развод с Анной Чемякиной. Та с достоинством выдержала этот удар судьбы. Но вот ведь какой казус – после развода Василий не поспешил к Габриеле в Германию. Дело в том, что в Москве он снова влюбился. Влюбился в Нину Андреевскую, даже не видя ее, а только услышав ее голос по телефону. Он встречался с Ниной несколько месяцев, а в феврале 1917 года они вступили в брак.
Габриеле тем временем писала возлюбленному письма, тщетно дожидаясь ответа, а когда узнала, что Василий женился в России, была так огорчена, что, как сообщают биографы, десять лет не могла взять руки кисть и вернуться к живописи. Насколько переживал разрыв Кандинский трудно сказать (биографы об этом умалчивают), но известно, что через адвоката он потребовал, чтобы Габриеле вернула ему картины и его личные вещи.
Та исполнила это требование, но часть картин все-таки оставила себе. Забегая вперед, надо сказать, что, когда фашисты оккупировали Францию, где находилась Габриеле, она подвергала себя большой опасности, храня работы Кандинского. Они у немцев считались дегенеративным искусством, и за их хранение можно было поплатиться жизнью. Но Габриеле их не отдала – так она любила Кандинского, так высоко ценила его работы.
Но вернемся в послереволюционную Россию. Новой жене Кандинского Нине, однажды приснился странный сон: она играла в шахматы с мужем, но вместо шахматных фигур на доске были крупные бриллианты, а на них сверкали капельки крови. Нина сочла этот сон зловещим и якобы уговорила Васика (так она иногда называла мужа) уехать из России. Впрочем, есть и другая, более прозаическая версия отъезда четы из России – это трудные условия жизни в послереволюционной стране: голод, холод, нужда, а не мистический сон.
Как бы то ни было, в 1921 году чета иммигрировала из России в Германию, а картина «Красное пятно II», по мнению экспертов, стала своего рода прощанием художника с Советской Россией. И тут надо отметить, что эта работа, но только не масло, а графика, представлена и на нынешней выставке в Твери.
…Сон с окровавленными бриллиантами получил неожиданное продолжение. В Германии в ювелирном магазине Нина увидела крупный бриллиант – вроде тех, что ей когда-то приснились на шахматной доске. Нина сочла это знаком судьбы и начала скупать драгоценности (картины Кандинского уже тогда весьма ценились).
Когда же после смерти Кандинского в 1944 году его картины стали пользоваться еще большим спросом, скупка бриллиантов и вовсе стала для нее страстью. Это ее погубило: 2 сентября 1980 года Нина Кандинская была найдена убитой в своём шале «Эсмеральда» в Гштаде (Швейцария). Предполагаемым мотивом преступления было ограбление – при осмотре дома не досчитались драгоценностей. Интересно, что при этом картины Кандинского, которые стоили больше, чем бриллианты вдовы, не похитили.
Нина Кандинская была похоронена в одной могиле с мужем на Новом кладбище Нейи-сюр-Сен, а преступление осталось нераскрытым, убийцу 84-летней вдовы Кандинского так и не нашли.
Миссия невыполнима/выполнима
Когда я знакомился в музейно-выставочном центре с работами Кандинского, на ум пришли такие поэтические строчки:
«Сколько лет нужно было морскому коньку,
чтобы выйти на берег и стать человеком»?
Да, миллионы лет назад морское создание вышло на сушу, а его потомки ее освоили. Нечто подобное пытался сделать и Василий Кандинский: синтезировать несоединяемое: линии, цвета и звуки музыки. На мой взгляд, он поставил перед собой задачу, быть может, даже более грандиозную, чем ставит сейчас Илон Маск – освоить Марс, поселив там сто тысяч человек.
Да, «морской конек вышел когда-то на берег и стал человеком», а Кандинский хотел, чтобы тот, кто стал человеком, теперь воспарил над землей и открыл для себя за горизонтами обетованную/необетованную землю. Удалось ли Кандинскому решить поставленную перед собой задачу? Бог весть. Полёт продолжается.
В качестве справки
13 декабря 1944 года Кандинский умер от инсульта, за три дня до своего 78-летия. В опубликованной в 1973 году книге «Кандинский и я» Нина писала: «Он умер, и я подумала: это конец всему. Ни один мужчина не сможет сравниться с ним. Поэтому я посвятила жизнь его памяти и наследию».
Действительно, последняя жена Кандинского до конца своей жизни устраивала выставки его картин, судилась за права на них, передавала их музеям и т.д. В 1979 году Нина Кандинская оставила завещание, согласно которому работы художника, должны были передать после ее смерти Центру Жоржа Помпиду.
Выставка «Василий Кандинский «Цветозвуки» продлится до 16 ноября.
Возрастное ограничение: 0+.
Евгений Новиков, фото автора и работников музейно-выставочного центра
Теги: Новости Твери, МВЦ, Кандинский, Тверь69,