Самое страшное оружие массового поражения — матерное слово. Не ядерное оружие, не экономический кризис, не коррупция на миллиарды, а именно три-четыре сакральных выражения, которые живут в народе веками, питают речь энергией, добавляют ей эмоций и, по сути, являются народным культурным достоянием. Госдума, известная вечной борьбой за духовные скрепы, решили, что пора перекрыть кислород последнему источнику народного самовыражения — мату в интернете.
Автором этого культурного крестового похода стал депутат Андрей Свинцов, известный своей особой любовью к чистоте языка, хотя, если верить слухам, в быту он, как и большинство россиян, наверняка не прочь выразиться крепким словцом, особенно когда в холодильнике пусто или когда в Госдуме не проходит какой-нибудь законопроект. Но на публике он предстает в образе благородного рыцаря, который готов защищать уши сограждан от «четырех общеизвестных слов», на которых держится половина русского фольклора и добрая часть современной музыки.
Суть идеи проста: если сегодня мат приравнивается к мелкому хулиганству в общественных местах вроде метро или ресторана, то завтра, то же самое будет распространяться и на интернет. Представьте себе — пишешь ты в комментариях «Да пош…» (дальше сами знаете), а на следующий день твой пост пропадает, как будто его и не было. Роскомнадзор, который и так сидит без работы и скучает, получит уникальное право автоматически вычищать неугодные выражения. Причем не отдельные слова, а целые страницы, сайты и, возможно, целые платформы, если на них кто-то решится нецензурно выразиться.
Чтобы не перегружать правоохранительную систему, депутат предлагает автоматическую блокировку. То есть мы движемся в сторону государства, где цензура будет работать на автопилоте. Написал кто-то крепкое словцо — и всё, «до свидания, товарищ». Твой пост исчезает, твой канал уходит в бан, а твой сайт вдруг оказывается недоступен для всей страны. Роскомнадзор в восторге:
- Никаких усилий, никакой бумаги, всё само собой блокируется.
Конечно, сразу возникает масса вопросов:
- А как быть с классикой?
Например, что делать с поэзией Сергея Есенина, где слова иногда покрепче депутатских инициатив? - Как быть с современными рэперами?
...чей творческий метод строится на связке «рифма-мат-рифма». - Что делать с народными анекдотами?
... где половина смысла держится именно на том, что можно выразить только крепким словом?
Может, их всех сразу в «иноагенты» записать?
Роскомнадзор же уже заранее подготовил методичку:
- Под запрет попадают четыре слова на буквы «х», «п», «е» и «б».
Казалось бы, ничего страшного — всего-то четыре слова. Но любой русский человек знает, что комбинаций этих слов хватит, чтобы написать эпос на пять томов, философский трактат и еще сценарий к любой голливудской драме. И каждое сочетание будет иметь свой оттенок, свою краску и свою эмоциональную силу. То, что для иностранца звучит одинаково, у русского человека может иметь десять разных смыслов — от выражения нежной тоски до величайшего восторга.
Но кто ж объяснит это депутатам?
Для них главное, чтобы всё было стерильно. Чтобы интернет превратился в такую же комнату с белыми стенами, где даже муха боится пролететь. Там можно будет писать о погоде, о прекрасной роли депутатов в жизни страны, можно будет хвалить правительство и с умилением рассматривать котиков. Но вот эмоций, настоящих человеческих эмоций, которые иногда требуют мата, уже не будет.
Впрочем, у таких инициатив всегда есть скрытые мотивы. Ведь зачем запрещать мат? Чтобы показать борьбу за мораль. Чтобы создать ощущение, что Госдума не сидит без дела, а занимается важными вопросами. Это ведь гораздо проще, чем реально бороться с бедностью, дороговизной или коррупцией. Решение простое: уберем мат — и всё, страна стала духовно чище, народ перестал материться, экономика взлетела, рубль укрепился.
Ирония в том, что сам запрет никогда не работал. Вспомним советские времена, когда официально мат был под запретом. И что? Народ матерился ещё больше. На заводах, в очередях, на кухнях. И матерился с такой изобретательностью, что ни один депутат и близко бы не смог конкурировать. Более того, именно тогда мат превратился в искусство. Люди создавали такие лингвистические конструкции, что современные филологи до сих пор разбирают их как примеры уникального народного творчества.
Но сегодня мы снова идем по старому кругу. Депутат Свинцов предлагает запретить мат в интернете, а значит, завтра нас ждут новые смешные истории. Например, автоматическая блокировка страниц туристов, которые пишут отзывы про плохие отели. Или исчезновение форумов автолюбителей, потому что невозможно описать «Жигули», не используя хотя бы одно из запрещенных слов. Или блокировка целых чатов, где геймеры обсуждают свои неудачи.
Представьте, что будет с онлайн-играми: там ведь мат — это часть игрового процесса. Как выразить эмоции, когда тебя в очередной раз убивают в «Counter-Strike» или когда команда сливает матч? Написать: «Ай, неприятно, товарищи»? Сомневаюсь, что это произведет нужный эффект. Скорее всего, игроки начнут придумывать новые слова-заглушки. И вместо «п…ц» появится, скажем, «пицца». Так и будем материться пиццами и енотами, пока автоматическая система не научится блокировать и их.
А ведь впереди у нас перспективы просто грандиозные. Если уж блокировать мат, то почему бы не запретить сарказм? Ведь сарказм тоже обижает. А потом, может быть, иронию. Потом смех. А дальше вообще можно оставить только один официальный язык — язык пресс-релизов, где всё гладко, ровно, без эмоций. Тогда интернет действительно станет стерильным. Но, правда, и жить в нем станет скучно.
Тем временем в самой Госдуме объясняют, что россияне стали материться чаще. Конечно, стали. Когда зарплаты тают, цены растут, пенсии замораживаются, а новости каждый день напоминают анекдот, трудно удержаться от крепкого словца.
Народ реагирует так, как умеет: МАТОМ!
Это универсальный способ выразить и боль, и радость, и отчаяние, и восторг. Но, вместо того чтобы разбираться с причинами, депутаты решили бороться со следствием. Это всё равно что пытаться лечить температуру, ломая градусники.
Так все сайты Тёмы вычистят вообще, там одни картинки останутся.
Так что впереди нас ждет удивительное будущее. Будем сидеть в интернете без мата, но зато с чувством, что нас снова обложили со всех сторон. Интернет превратится в зал ожидания на вокзале, где все сидят тихо, культурно, и максимум, что можно услышать — это жалобное «Ох, как же так вышло». Но в кулуарах, на кухнях и в гаражах всё останется по-старому. Народ снова найдет лазейки, снова изобретет новые формы выражения, снова обойдет запрет.
И если вдруг вы заметите, что в вашем любимом чате все слова заменились на «пицца», «енот» и «мармеладка», знайте — закон Свинцова вступил в силу.
P.S.
Примечание: статья написана нейросетью