Земная жизнь
Происхождение и семья
Алексей родился в крестьянской семье в сибирской деревне. Он был третьим ребёнком из восьми, но до взрослого возраста дожили только пятеро. Детство прошло в условиях деревенской общины, где всё было подчинено циклам сельскохозяйственных работ и строгим правилам семейной иерархии.
«Крестьянская. Да, это в Сибири. Деревня. Третьим был. Детьми было восемь, до взрослых лет выжило пять» (Астурия).
С ранних лет Алексей учился выживать и трудиться. В церковно-приходской школе он освоил грамоту — умел читать, писать и считать. Знания ценил за практическую пользу: они давали уверенность и контроль над жизнью.
Характер и становление
По характеру он был прагматичным, серьёзным и упорным. Стремился к самостоятельности и контролю своей судьбы, а не других людей.
«Власть над другими не нужна. Нужна была власть над своей жизнью» (Астурия).
С возрастом становился более суровым: видел грубость и насилие мира и принимал это как реальность.
Брак и семья
В 18 лет Алексей женился на девушке из своей деревни. Брак был скорее необходимостью, чем романтическим выбором, но супруги жили в согласии, вели хозяйство и вскоре построили собственный дом.
«Принцип: женщина нужна, гулять не хотелось — решил, что нужна жена. Спокойная, работящая, хозяйственная» (Астурия).
Первой жене было около 15 лет. Она родила нескольких детей, известно о Диме 1918 г.р. и Мартыне 1915 г.р. Молодая жена трагически погибла в расцвете лет, когда сыну было 5–7 лет.
«Просматриваю… её убило — поле, дерево на неё упало... что-то такое» (Астурия).
Алексей женился даже раньше своего старшего брата, что для деревни выглядело необычно. Молодые сначала жили с его родителями, но при помощи обеих семей и родственников быстро начали строить свой дом. Уже через полгода, к зиме, они переселились в собственное хозяйство.
«Быстро начали строить свой дом. Родители с обеих сторон и родственники помогали. Довольно быстро — за полгода, к зиме, построили и перешли. Он даже раньше старшего брата женился — немного удивительно» (Астурия).
Вскоре после гибели первой жены Алексей женился снова. Вторая жена была вдовой с тремя детьми, позже у них родилось ещё двое общих. Этот брак был скорее практическим: отношения оставались холодными, без романтики.
Внешность и корни
В молодости Алексей был светловолосым, невысоким, крепким и мускулистым — «рабочим парнем» с простыми деревенскими чертами. Его жена, напротив, обладала несколько иным обликом: светловолосая, но со скуластым лицом и слегка узкими глазами.
«Тоже довольно светлый. Невысокий, крепкий, мускулистый, не волосатый» (Астурия).
«Светловолосая, но не совсем славянская внешность — такие скуластые черты, глаза немного узкие. По культуре — русская, внешность более „местная“» (Астурия).
Подобные черты нередко встречались у русского населения Сибири, где веками происходило смешение разных этнических групп. Среди возможных источников такой внешности могли быть:
- ханты и манси — угорские народы, но они жили более обособленно;
- селькупы и ненцы — самодийские народы тайги и севера;
- казахи — в южных районах, но влияние на сибирские деревни было ограниченным;
- татары (особенно барабинские) — земледельцы, вели оседлый образ жизни, массово вступали в браки с русскими, принимали православие и к XIX–XX векам во многом растворились в русском населении.
Наиболее вероятным источником таких черт были именно барабинские татары. Они жили в том же регионе, что и семья, и полностью интегрировались в деревенскую жизнь. Внешность жены прадеда Алексея можно рассматривать как отражение этого исторического смешения.
Хозяйство и быт
Алексей занимался обычным крестьянским хозяйством: держал скот, выращивал картошку. Хозяйство велось в общинных традициях, с помощью родственников и соседей. Главное для него было — чтобы семья была сыта, одета, в доме был порядок и все трудились.
«Критерии: сытые, чистые, дом и порядок. Без насилия, скандалов, избиений» (Астурия).
Отношения в семье
С родителями и братьями-сёстрами отношения были уважительными и иерархичными, без особой близости. Позже Алексей сам стал главой рода. Отношения детей с мачехой были прохладными, особенно у Дмитрия, но прадед считал, что в целом условия были нормальными: ребёнок получал еду, заботу и roof над головой.
Отношение к власти и обществу
К политике Алексей относился равнодушно. Для него главным было, чтобы можно было спокойно жить и работать.
«Если дают спокойно жить и работать — этого достаточно. Про политику не рассуждал. „Царь и царь. Большевики и большевики“» (Астурия).
Церковь он воспринимал как инструмент поддержания порядка в деревне. Когда её влияние ослабло, его внутренние ценности остались прежними: честный труд, семья и порядок.
Поздние годы и смерть
Жил он долго, примерно до 80 лет, и умер от сердечного приступа. Смерть была быстрой и относительно лёгкой. (Очевидно где-то между 1955–1961)
«Да, по возрасту, от старости. По-моему, сердце. Быстрая, лёгкая» (Астурия).
Алексей прожил жизнь честно, трудолюбиво, без серьёзных пороков. Свою задачу он выполнил почти полностью.
«На девяносто процентов выполнил планы на жизнь» (Астурия).
Духовный путь
Происхождение души и прошлые воплощения
Душа Алексея имела богатый опыт до земной жизни. Всего было около пятидесяти воплощений, причём значительная их часть проходила в плазмоидных формах существования. Эти воплощения были связаны преимущественно с земными стихиями — взаимодействием с растительным и животным миром.
«Пятьдесят. Много плазмоидных было. Больше земные стихии — с растениями, животными» (Астурия).
Гуманоидные воплощения на других планетах он не выделял, а основными оставались именно плазмоидные опыты. Это объясняет, почему духовная составляющая его земной жизни выражалась не в религиозных рассуждениях, а в непосредственном чувстве красоты природы.
Задача земного воплощения
В эту жизнь Алексей пришёл с седьмого уровня и ушёл на восьмой по системе Межзвёздного Союза. Его задача заключалась в том, чтобы пропустить через себя максимально тяжёлые земные энергии, погрузиться в материалистический опыт и вместе с тем начать подниматься по вибрациям, замечая духовное измерение жизни.
«С седьмого пришёл, на восьмой ушёл» (Астурия).
«Максимально провести через себя земные энергии. Материалистические цели» (Астурия).
План этого воплощения был прост — трудиться тяжело и много.
Духовные отклики и их источник
Хотя Алексей по складу был материалистом, у него время от времени возникал неожиданный отклик на красоту мира: рассвет, сияние снега, цвета природы. Эти чувства не имели для него практического смысла и вызывали недоумение.
«Видел проявление божественного в красоте мира — рассвет, красивые цвета. Ему нравилось и одновременно он спрашивал себя: зачем это, с кем поделиться, какой практический смысл?» (Астурия).
Такие отклики не были случайными. Их источником стали его духовные связи с плазмоидными цивилизациями, в которых он воплощался прежде. Эти цивилизации словно напоминали ему о более высоких уровнях существования, посылая импульсы восхищения красотой и гармонией природы.
«Поддерживали плазмоиды. Отсюда восхищение природной красотой — это их проявления. Связь была» (Астурия).
Таким образом, даже в условиях глубоко материального воплощения он сохранял незримую нить с прежними мирами.
Наследие в роду
Алексей оставил своим потомкам не столько духовные рассуждения, сколько программы трудолюбия, хозяйственности и устойчивости в материальном мире. Это стало фундаментом рода — опорой для выживания и стабильности.
«Трудолюбие, хозяйственность — полезные вещи оставил. Способность к материальному труду — это тоже программа, он её оставил» (Астурия).
«Много материальных „толстых“ энергий — может, духовная глухота» (Астурия)
Вместе с тем передалась и некая духовная глухота — склонность меньше размышлять о высших смыслах.
Дальнейший путь души
На данный момент Алексей не воплощен. Он готовился к воплощению в огненной плазмоидной цивилизации, ближе к звёздной материи.
«Готовится воплотиться плазмоидом огненным — ближе к звёздной материи» (Астурия).
Земное воплощение оказалось для него энергозатратным и тяжёлым, но опыт был выполнен. Теперь его развитие связано с другими формами бытия, где меньше материальной тяжести и больше свободы энергии.
Послесловие: быт и повседневность
Обыденность и крестьянский уклад жизни прадеда Алексея ярко проявляются в деталях, которые всплывают в рассказе. Это фразы, простые и прямые, но они создают очень конкретный образ жизни семьи.
«Рожали часто, сколько — столько. Дед Дима был, по-моему, тоже третьим. Кто-то умирал. У меня ощущение, что он (Алексей) это толком и не помнил — не было это значимым для него моментом. Кого рожали, сколько рожали — „было и было“. Взрослых детей, что выросли, помнит; моменты рождений — „бабское дело“»
«Своего „бизнеса“ не было — обычное хозяйство. Помогал своим и её родителям. Сельское хозяйство»
«Скотина, картошка… Не вижу зерна. Картошка, скотина. Больше скотина»
«Большой, но без множества комнат и личных пространств. Поэтому и строили свой. По сути одна большая „зала“, у каждого свой угол с занавесочкой. Лежанки, кто-то на печи, кто-то за печью. Мелкие дети кучкой на печи»
«Да. Родители с обеих сторон и родственники помогали. Довольно быстро — за полгода, к зиме, построили и перешли»
Имена супруги и её рода остались в памяти неясными:
«Матрёна… или что-то более национальное, на „Ма…“. Я точно не слышу. …-скова… -скова… Может Ускова, Носкова… что-то такое. Чётко не слышу»
Трагедия первой семьи была в том, что из всех детей выжил только один сын, Дмитрий.
«Чуть ли не он один (Дима) и выжил от той жены»
Послесловие: образ прадеда в его собственных словах
«Власть над другими не нужна. Нужна была власть над своей жизнью»
«По мере взросления видел больше грубости, насилия, сложностей мира и понимал, что это реальность. Осознанно становился черствее. Грубел»
«Критерии: сытые, чистые, дом и порядок. Без насилия, скандалов, избиений. У всех своё место, своё дело — и все выживают»
«Она [мачеха] отстранённая, холодная. Эмоций не давала, но не гнобила. Кормила, стирала, смотрела. Тумаки — как своим, так и ему»
«С точки зрения Алексея, он её ни в чём не упрекает. Чужого ребёнка сделала. Материально получал столько же, сколько другие дети. Духовно — нет»
«Это не злой изверг. Это человек, который даёт базовую безопасность. В тонкие материи не вникает, но и не ломает»
«Если дают спокойно жить и работать — этого достаточно. Про политику не рассуждал. „Царь и царь. Большевики и большевики“»
«Жутких грехов не делал»
«На девяносто процентов выполнил планы на жизнь»
Семейные воспоминания
Сохранились рассказы родственников, которые знали прадеда Алексея лично.
Рассказ жены Димы:
«В 1946 году после свадьбы приезжали в гости. Алексей был на пашне и не пришёл, пока не закончил работу. А ведь это была первая встреча после войны, и всю войну они не виделись».
Рассказ Валеры (1946 г.р.), сына Димы:
«В Литву приехал где-то в 1955–56 из Петрушихи с бидончиком, эмалированным с капустой. Простой крестьянин, мужик. Ел чай с сахаром в прикуску. Масло тонким слоем намазывал.
Молитву „Отче наш“ читал. Лет примерно 70 было».
«Дима был младшим — 1918 год. Мартын был 1915 года».
«В 1961 году все поехали в Петрушиху, станция Сокур. Прадеда уже не было».
«Его год рождения, возможно 1885–90».
Несостыковки с медиумическим сеансом
- В сеансе упоминалось, что Алексей умер в 1930-е годы. Семейные воспоминания говорят, что он дожил до середины 1950-х.
- В сеансе говорилось: «первая цифра — 80 лет». Если он родился в 1885–1890 и умер в 1950-х, это действительно совпадает — около 70–80 лет.
- В сеансе говорилось: «…чуть ли не он один (Дима) и выжил от той жены».
Однако семейные воспоминания называют как минимум двух сыновей — Мартына (1915 г.р.) и Дмитрия (1918 г.р.). - В бытовых деталях есть совпадения: трудолюбие, простая крестьянская жизнь, вера («Отче наш»).