Борис смотрел в одну точку. Не то, чтоб он совсем в ступор впал, но… Эмоциональный шок его накрыл, что называется, по полной программе! Всего несколько часов минуло с тех пор, как он очнулся, а считай - вся жизнь промелькнула!
Причем, вполне буквально. Тот же старенький доктор дал совет - мол, рискует пациент совсем с ума сойти, если ему правду по щепотке будут выдавать, так что лучше все и сразу.
— Тут хотя бы психиатр сможет проконтролировать его состояние и дать успокоительные, — сказал он.
Наталья Валерьевна кивнула. И взяла на себя эту нелегкую задачу! А докторша по мозгам, то есть психиатр, присутствовавшая при этом разговоре непростом, аж прослезилась - очень уж уникальный был случай, за живое задевал, что называется!
И так Борис узнал, что университет он окончил, но начальником не стал, отработал вообще не в том месте, где хотел и вообще - с недавних пор он безработный. И это было только во-первых! А во-вторых, Борис узнал о том, что он женат.
— На этом чучеле?! — воскликнул он, в ужасе глядя на Клавдию, — мам, ты шутишь?! Да ей же… Лет сорок! Она же старая!
— Сынок, — Наталья было страшно жалко сына, но еще ей было стыдно за его поведение.
Вон, доктора еще какие-то стоят в уголке и чего-то строчат в блокнотах - интересен им этот случай, видите ли!
— Сынок, — повторила Наталья, добавляя строгости. — Ты и Клава женаты двадцать лет. Юбилей у вас! Вот… Послезавтра праздник! Не знаю, получится ли его теперь устроить, — поджала она губы недовольно.
И вообразив степень нездорового такого любопытства, которое соседей, родных и знакомых, друзей захлестнет, когда они про все это узнают, пришла в ужас! И тогда Наталья Валерьевна твердо решила - празднику быть! Тем более, что она за свои денежки с пенсии уже заказала торт у Любочки - жила у них одна женщина в доме, работала частным кондитером.
— Боря! Хватит уже! — Наталья Валерьевна прекрасно помнила, что на сына ее в любом возрасте действовало это - грозное, угрожающее пуще извергающегося вулкана, недовольство матери, — не позорь меня! Память к тебе вернется… Обязательно! Но, жизнь продолжается. И надо все делать, как положено! Доктор, — повернулась она к специалистам, даже не дожидаясь ответа сына — знала, что он подчинится, — скажите, можно его уже выписать?!
Борис вернулся домой в глубокой задумчивости. И долго ходил по квартире. А потом мама усадила его на диван и вывалила перед ним гору семейных фотоальбомов - мол, гляди, вспоминай! Сама присела рядышком. И начала говорить тихонько, объяснять, да напоминать…
Наталья Валерьевна была так погружена в то, чтобы помочь сыну все вспомнить, что в этот день даже поступила немыслимым для своей натуры образом - не стала ни сама ужин готовить, ни невестке о нем напоминать. И вечером - вся семья ела пельмени.
На следующий день, собственно, ничего нового сперва, как казалось, не было - Борис все также был задумчив и молчалив. Но потом, по мере того, как в доме стала подниматься суета - на носу ведь был праздник! Он все больше начал оживляться. Но, как выяснилось вскоре - не особо к добру это было…
— Клавдия! — подошел он к супруге, — нам надо поговорить!
— Да, конечно, — ответила она и они присели в своей комнате рядышком.
И вот что было удивительно - Клава после случившегося изменила свое отношение к мужу. Нет, она по-прежнему осознавала, что недостатков у него - куча, и могла бы, теоретически, ему массу претензий предъявить, касательно их брака… Но! Еще ей было его бесконечно жаль. Она не могла и вообразить - какого это, когда большую часть жизни просто стерли у тебя из ума, будто ластиком прошлись по разуму?!
И в эти сутки с хвостиком Клава вспоминала о многом хорошем, что было между ней и супругом. Перебирала драгоценные эти воспоминания, точно жемчужины в бусах… И понимала - нет, остались еще чувства к Боре и есть, есть еще надежда на то, что жизнь у них войдет в нормальное русло, и что будут они счастливы!
Что же до Александра… Клавдия усилием воли запретила думать себе о нем в плане, ну, романтическом… И то, что он был ей симпатичен до невозможности, это, решила она, просто игра разума такая была! Просто обиделась на мужа, вот чисто по-женски и стала чудить! А так, нет, она не глупенькая зеленая девчонка, чтоб в любовь с первого взгляда верить! У нее есть муж… С которым вон, сколько уже прожито! И хочется еще столько же минимум еще!
— Так, о чем ты хочешь поговорить? — тепло улыбнулась Клава, беря Бориса за руку.
— Понимаешь, я тут много думал, — сказал он и как-то опасливо посмотрел на ее руку, — Мама мне рассказала про все… Я верю! Да и себя в зеркало видел. Только… Не мое это все! У меня, понимаешь, не только память отшибло, но и в голове будто что-то щелкнуло! Не мое это, Клавдия… Прости!
— Что не твое? — спросила она робко, но - с плохим предчувствием на сердце, — Боря! Ты… Пугаешь меня!
— Прости, не хотел, — хмыкнул он. Руку отнял. И даже - пересел подальше чуть, — ты, Клава, наверное, хорошая женщина! Раз мы столько лет женаты были. Но, больше я так не смогу! В смысле, я… Развожусь с тобой!
На какое-то время в комнате повисла тишина. Только слышно было, как в соседнем помещении - на кухне, хлопочет над завтрашним застольем, мурлыкая себе под нос какой-то незатейливый мотивчик, Наталья Валерьевна.
— Боря, но… Я же люблю тебя, — произнесла Клавдия бесцветным голосом, — мы же столько лет вместе! Почти двадцать лет… Да, всякое было! Но… Неужели мы зря тогда поженились?
Она не знала, что еще сказать. Умолять? Упрекать? Требовать быть мужиком ответственным?! Нет, Клава понимала - у нее нет ни сил, ни желания удерживать против воли рядом человека, с которым она надеялась когда-то прожить вместе всю жизнь.
— Но ведь память вернется, — из глаз Клавдии катились слезы, — ты все вспомнишь! Боря… Да двух дней не прошло! Как же ты можешь… Вычеркнуть все, что было и…
— Не будет у нас с тобой хорошей жизни, Клавдия, — сказал он, — может, я и вспомню все, как врачи говорят… А только решения своего не переменю! Может, — он улыбнулся криво, — верна поговорка, что не было счастья, да несчастье… Может, это мой шанс? Чтоб жизнь иначе прожить, ту, что осталась! Извини… Но я тебя совсем не люблю!
Клавдия медленно поднялась. И так ей хотелось заорать во все горло и разбить чего-нибудь! Но через мгновение - накатило, будто в одеяло толстое ватное укутало, спокойствие. Отрешенность пришла, что ли… Будто бы и не с нею это все происходит, а с персонажем драмы! А она - лишь сторонний наблюдатель, сочувствующий несчастной героине.
— Маме пока не говори, — попросил Борис.
Клавдия кивнула. Нет, она не собиралась ничего говорить! Зачем?! Это, в конце-концов, ее проблема…
А в это же время, на кухне, Наталья Валерьевна, хоть и не слышала того, что сын сказал жене, но думала примерно о том же, а именно - что этому браку, возможно, пришел конец. А к выводу такому она пришла потому, что видела, как сын реагирует на историю своей жизни!
И честно говоря, если бы совсем еще недавно Наталье Валерьевне предложили бы избавиться от ее невестки, то она бы уцепилась за эту возможность крепче, чем бульдог! Потому что всегда считала, что ее сын, женившись на Клавдии, совершил большую ошибку. Мог бы женщину, так сказать, классом повыше найти! И еще может… Потому что, какие его годы? Мужчины же, они как сыр - с годами лишь лучше становятся, тем более - Боренька!
Но сейчас… Ох, Наталья Валерьевна уже не была так уверена в том, что Клавдия - худшая на свете невестка! Более того - она прокручивала в голове все ее достоинства. Да, так и не научилась Клава готовить так же вкусно, как она! Но зато - не ленилась и на обед всегда было и первое, и второе и десертик какой-нибудь… А когда я заболела однажды гриппом, вспомнила Наталья, то Клава, чисто чтоб меня побаловать, аппетит вялый разбудить, кусочек красной рыбки раздобыла, хотя непросто тогда нам жилось и малосольную по-домашнему сделала, для меня капризной!
Да, подумала Наталья, не такой была ее невестка, чтоб все завидовали, но, разве так уж важно это - чтоб была и красавицей, и с успешной карьерой? В конце-концов, мы же сами с Борей, подумала Наталья, в свое время Клаву, считай, как «заперли» дома, так в чем же ее упрекать?! В общем, сейчас Наталья уже надеялась на то, что к Борису вернется память. И он перестанет чудить! Вспомнит, как нормально жили и вернется к тому же.
А юбилейная дата, меж тем, уже не приближалась, а наступила! В доме стало шумно, суетно и начали набиваться в него, точно сельди в бочку, разномастные гости.
Наталья Валерьевна с сыном провела, так сказать, разъяснительную беседу - чтоб вел себя прилично, не выдал, какая беда у него с головой стряслась, чтоб праздник - был праздником, а не превратился в балаган со сплетниками и сочувствующими!
— Вероничка! — ахнула Наталья, увидев на пороге гостью, про которую совсем забыла.
Пригласила ведь ее еще на зло невестке! И совсем про то забыла. Хотя… Уже нельзя было бы все равно отменить приглашение. Как бы это выглядело!
— Проходи, — состроила Наталья правдоподобно искреннюю улыбку.
Бывшая пассия ее сына выглядела сногсшибательно в изумрудно—зеленом атласном платье и с леопардовым ободком на кудрявых рыжих волосах. От нее сладко пахло духами и она сразу защебетала, стала рваться на кухню - помочь хозяйке дома.
— Да что ты, Вероника, — сказала ей Наталья, — ты в зал проходи лучше! У меня почти все готово…
Да, ситуация была критическая! Прямо опасная! Потому что накануне Борис сам вспомнил про Веронику. И причитал, чуть не плача - почему же, мол, я на ней не женился?! Наталья его пыталась урезонить - мол, о прошлом горевать глупо, ты смотри, актуальное, так сказать, благополучие свое семейное не разрушь!
А что же теперь, когда Вероника собственной персоной сюда явилась, будет, с ужасом подумала Наталья. И на всякий случай - посадила гостью за дальний угол стола, подальше от сына.
Настало время попробовать закуски, разлить по бокалам сок фруктовый и прочие напитки… Потек разговор. Обо всем болтали гости! Делились новостями из жизни своих семей, всякие шутки шутили…
— Ну, что же мы все о пустяках?! — вдруг перебил всех громким тоном Сергей - в невесть какой степени брат Натальи, — думаю, всем интересно знать вот что - как там, получили вы миллионы или нет?!
Гости сперва замолчали дружно, а потом - так же дружно поднялся гомон. Наталья скривилась - болтушка, сама виновата! Борис уткнулся взглядом в свою тарелку. Наталья сыну, естественно, уже про наследство его жены рассказала, но создалось впечатление - что Борису это вообще безразлично.
— А мне скрывать нечего! — перекрыла шум голосов Клава и все тут же навострили уши, — На самом деле - нет никаких миллионов!
Как это нет, стали вопросительно, разочарованно переглядываться гости.
Тогда Клавдия объяснила вкратце, что у покойного Демьяна, к несчастью, куча задолженностей обнаружилась, так что ни о каком богатстве и речи не идет, если получится сохранить некоторую сумму, чтоб ему памятник хватило поставить приличный, то уже хорошо!
Клава, кстати, сама уже давно смирилась с таким положением вещей. Нет, ей, как и всякому почти человеку, очень бы понравилось вдруг разбогатеть, но раз уж не сложилось, решила она, то какой смысл грустить? А вот об Александре она в этом плане очень переживала. Еще бы! Человек думал, что в память о старом друге получил сокровища такие ювелирные, а теперь, возможно и они в счет долгов уйдут!
Гости, тем временем, как бы уже и забыть успели про волнующую их тему и перетянули беседу в другое русло - теперь все обсуждали дела дачные. Клава вздохнула и подумала о том, что однажды ей, наверное, тоже хотелось бы иметь свою дачу…
— Внимание! — Борис так резко поднялся из-за стола и так резко слово это сказал, что кое-кто вздрогнул, — я хочу кое-что сказать! — гаркнул он.
За столом все стихли и уставились на него. Наталья Валерьевна заерзала на своем месте - почуяло материнское сердце, что не то что-то сын затеял!
— Боря, сядь, пожалуйста, — потянула она его за рукав, — я же просила…
— Нет, мама, прости, но не могу! — он вырвал рукав из ее пальцев. Потом одернул пиджак. Обвел собравшихся внимательным взглядом, — я память потерял. Отшибло на двадцать лет назад! Мама и жена мне, конечно, рассказали про все… Но я все равно - как новым человеком себя почувствовал!
Гости зашумели. Как это произошло? Что говорят врачи?!
— А у тебя способности экстрасенса не проснулись случайно? — спросил Сергей, — я в каком-то шоу про магов видел, что такое бывает!
— Нет, — ответил Борис, — но я понял теперь, как неправильно жил раньше!
— Да как же ты понял, если ничего не помнишь про свою жизнь прежнюю? — удивился Сергей.
— Я все понял, — с уверенностью человека, говорящего о том, что черное это черное, а белое - это белое, сказал Борис, — и кое-что решил. Что так больше продолжаться не может! — и он стукнул по столу так, что жалобно звякнул хрусталь, приберегаемый его матерью в секретере до «особого случая», например - вот как сегодняшний день.
— Ну? Чего тянешь? — Сергей ухмыльнулся. И пользуясь тем, что все отвлеклись - вывалил себе на тарелку остатки салата Мимоза, — говори уже! Чего ты задумал, чудак-человек?
— Я развожусь, — сказал Борис. Нашел взглядом одну женщину за столом и глядя на нее продолжил, — и собираюсь жениться на той, которая должна была стать моей женой двадцать лет назад! Вероника, — улыбнулся он, — я знаю, ты — одинока сейчас. Не побоюсь сказать, что ты, наверное, все это время меня одного и ждала! И вот… Теперь я все понял, Вероника. И я хочу, чтобы ты стала моей женой! Ты выйдешь за меня?
— Приехали! — Сергей не донес ложку салата до рта, — первый раз вижу, чтоб предложение делали, еще женатым будучи! Ну, вот это да… Ну, ты, Бориска, даешь! Ишь, что амнезия с людьми делает!
Смотря на мужа снизу вверх, Клавдия слушала каждое его слово и все они - будто отпечатывались в ее сознании, будто выжигались на нем! Сердце билось часто… И казалось - вот он момент, чтобы зарыдать в голос, излить свои боль и отчаяние! Но почему-то глаза оставались сухими и даже, как будто, не было больно.
С кристальной ясностью Клава поняла - прямо сейчас она теряет мужа. Это конец! И нет, в этом ее вины нет… Просто так сложились обстоятельства!
Клавдия встала из-за стола. Странной ощущалась окружающая реальность - будто во сне.
— Извините, мне надо уйти… — пробормотала Клава, пробираясь мимо гостей.
Кто-то окликнул ее. Позади слышался возмущенный голос свекрови - она стыдила сына за испорченный праздник.
Действуя машинально, Клавдия сунула ноги в туфли, открыла входную дверь и выскочила в подъезда. А потом - вниз по лестнице, быстро, словно в полете! Выйдя из подъезда, Клавдия зашагала вперед… Куда?! Да просто натурально - куда глаза глядят.
Так вот, как оно ощущается, подумала она, когда жизнь твоя разделяется - на до и после. Интересно, а что делать с этим после? Есть вообще какие-нибудь рецепты, как это пережить? Или каждый барахтается, как может? А если я никак не могу, то что мне делать?!
Она шла так быстро, что у нее сбилось дыхание. И тогда она остановилась. Как раз оказалась у лавочки и присела на нее. Клавдия уставилась на свою дамскую сумочку в руках - не помнила, как брала ее, но, видимо, сделала как и все прочее - на автомате. И почему-то вдруг стало очень важным проверить - а телефон там?! Он оказался на месте и тогда Клава выбрала одного человек из списка контактов и набрала ему.
— Привет, — сказала она, — можешь приехать и забрать меня? — голос ее впервые дрогнул.
Волею случая Александр как раз был неподалеку и поэтому подъехал ровно через десять минут. Клавдия молча залезла к нему в машину. Он сам захлопнул дверцу с ее стороны и не стал ни о чем спрашивать, а просто - поехал вперед. Потом затормозил, остановился. Вышел из салона, открыл дверцу со стороны Клавы и подал ей руку. Она вышла, не особо глядя по сторонам… Но тут же поняла - он привез ее в кофейню.
Клава шла рядом с ним тихо, покорно, точно кукла. Так же села за столик. Александр сделал заказ для себя и нее. Официантка принесла им по чашечке ароматного крепкого кофе и по эклеру в шапочке взбитых сливок со свежими ягодами…
И только когда на языке оказались поочередно сладость и горечь, Клава как бы вновь обрела способность говорить. И слезы! Потекли градом по лицу. Но она их даже не вытирала. Только говорила. Быстро, сбивчиво! Будто бы у нее мог в любой момент кончиться на это лимит… И так Александр узнал о том, что Борис ее бросил и о том, что она сама абсолютно теперь разочарована в своем браке.
— Скажи, что мне теперь делать? — Клава смотрела на него с мольбой, — пожалуйста, помоги мне!
Александр внимательно ее выслушал. Он протянул ей руку. И да, он хотел бы ей сказать, что все еще обязательно будет хорошо! Но еще он понимал, что в жизни - не все так просто. И поэтому он произнес то, в чем действительно был уверен.
— Я с тобой, — сказал он, — если не хочешь - можешь не возвращаться домой. Можешь пожить у меня.
Клавдия застыла. То, что она услышала… О, это было как раз то, в чем она так нуждалась и даже больше! И поэтому она с благодарностью приняла его приглашение. И на каком-то инстинктивном уровне почувствовала - вместе с этим начинается ее новая жизнь.
«Секретики» канала.
Интересно Ваше мнение, а лучшее поощрение лайк, подписка и поддержка ;)