Здравствуйте, я — мама полуторагодовалой девочки. Мне 34 года, но иногда я ощущаю себя на 86. И морально, и физически. Потому что каждый день я слышу одну и ту же фразу от бабушек, пап, женщин на площадке: «Она вела себя идеально! Пока ты не пришла...»
И это удивительно. Я, человек, который не может спокойно поесть и только недавно стал более-менее нормально спать, стою в полном недоумении. Как же так получается, что ее отец может делать в ее присутствии абсолютно все – от уборки дома до просмотра роликов в интернете, – а я… а я не могу ничего? Как только на пороге появляется мама, ребенок превращается из Гизмо в гремлина.
«Ты что-то делаешь не так, ты ее избаловала»
Ага, конечно, спасибо. Попробуйте посидеть с ребенком круглые сутки без выходных, праздников и какой-либо помощи, и я посмотрю на вас, на то, как «вы все делаете неправильно». Особенно прикольно это слышать от людей, которые не знают ни меня, ни ребенка, но делают выводы. Ведь целых семь минут она была такая спокойная, такая ласковая! Как с такой милой девочкой вообще могут быть какие-то сложности? На капризы и намека нет.
Итак, основные народные версии, почему мой ребёнок в моем присутствии ведёт себя «не так»:
- «Ты её избаловала» — особенно смешно, когда ты только что отказала ей в мультиках пятнадцатый раз за утро.
- «Она тебя не уважает» — да, извините, я пока еще не прописала нам кодекс корпоративной этики.
- «Она с тобой чувствует себя в безопасности и манипулирует» — стоп, стоп, стоп. А это разве плохо, что ребенку с мамой спокойно?
И вот тут я решила копнуть глубже. Не просто тонуть в самоанализе и вариться в чувстве вины, а реально разобраться, почему мой малыш устраивает истерики только в моем присутствии.
Версия психологов: «Мама — это безопасная гавань»
Итак, всем мамам, чьи дети кошмарят только их, посвящается: ваш ребёнок, как и мой, — не тиран, не манипулятор и не разрушитель домашнего уюта. Он — крошечный человек, для которого мама — это теплое, уютное место, где можно выдохнуть и отпустить себя.
Да, именно вам ребёнок устраивает концерт. Но это не потому, что он не уважает вас. А потому что вы — на 100% «его» человек. На вас можно орать, злиться, просить объятий, одновременно отталкивая ногой. Это самая настоящая любовь, просто в форме капризов и слёз.
По мнению психологов, все происходит примерно так: вы — уставший взрослый, которого весь день долбали с разных сторон. Вы сдерживались, чтобы не нахамить начальнику, улыбались надоедливым коллегам, вежливо отвечали на дурацкие имейлы, подавляли в себе желание укусить кого-то в очереди в супермаркете. И вот вы приходите домой... и начинаете:
- хлопать дверями,
- закатывать глаза,
- ныть близким о том, как вы устали, и о том, как вам тяжело.
Ну и что? Это значит, что вы плохой человек? Нет. Просто вы дома — там, где можно быть собой, даже в худшей своей версии.
Точно так же — и с ребёнком. Пока он с бабушкой, он старается быть «хорошим», держится, адаптируется. А как только видит маму — всё! Фасад рушится. Ему не надо больше притворяться.
Симптомы «домашнего монстрика»:
- Истерику можно спровоцировать фразой «пойдем мыть попу» — даже если вы сказали это ласково и с песней.
- Дочь начинает швырять игрушки, внезапно забывает, как пользоваться ложкой, хотя с папой только что ела борщ аж с тремя приборами.
- Она хочет только маму — но маму же и бьёт, царапает и требует «уйти!».
- Она капризничает по поводу всего: чая, тапка, дождя, моей куртки, собственного носа.
- Она устраивает шоу в общественных местах, как будто подрабатывает актёром в турецком сериале.
Что с этим делать?
Я, конечно, не детский психолог, но порой мне кажется, что я понимаю больше, чем они. Повторюсь, мне никто не помогает с ребенком, а я каким-то образом не просто живу и выполняю свои обязанности, но еще и чувство юмора сохранила. Итак, вот несколько моих персональных советов. Самой себе и тем, кто в такой же ситуации:
Не надо принимать все на свой счёт. Да, именно вам ребёнок устраивает концерт. Но это не потому, что он не уважает вас. А потому что вы — на 100% «его» человек. На вас можно орать, злиться, просить объятий, одновременно отталкивая ногой. Это самая настоящая любовь, просто в форме капризов и слёз. Это — доверие.
Поддержите, а не исправляйте. Когда начинается буря в пустыне, не надо злиться и кричать. Так делу не поможешь. В моменты истерики очень порой хочется сорваться и заорать: «Ну что за поведение! Как ты себя ведешь?» Но на самом деле ребёнок не устраивает спектакль — он перерабатывает эмоции. Поэтому лучше обними, посиди рядом, дай понять, что мама любит. При любых обстоятельствах. На своем опыте знаю: это срабатывает лучше, чем уговоры, угрозы или ругань. Логические объяснения того, почему мы не пойдем гулять под проливным дождем, — тоже мимо. Полтора года — это еще слишком мало, чтобы понимать столь тонкую философию.
Вводите ритуалы перехода. Переход от одной среды к другой — стресс. Вернулись с прогулки? Не сразу бежим мыть руки (с драмой, само собой), а, например, пять минут сидим в прихожей и играем с ботинком. Это поможет «переключить режим» с внешнего мира на домашний. Ну а потом, конечно, моем руки.
Берегите себя. Усталая мама — это как смартфон со старым аккумулятором. Помните, да, как самсунги взрывались прямо в руках? Кроме того, что можно просто выгореть, голова начинает работать через раз и медленно. Не надо ждать катастрофы для кукухи. Попросите помощи. Посидите три минуты на унитазе с закрытой дверью (даже если придётся слушать крики под). И помните: мама не обязана быть идеальной. Мама должна быть живой и счастливой.
Пусть папа и бабушки знают правду. Ну-ка хватит им говорить, что ребенок с ними золотой, а с вами «что-то не то». Покажите им эту статью. Пусть прочитают и поймут: если ребёнок у них «золотой», а у вас «гремлин, после попадания воды», это не значит, что «вы — плохая мама». Это значит, что вы — та, кого ребёнок любит больше всех, кому доверяет больше всех и кому не боится показывать своё настоящее «я».
Вместо вывода: пусть орёт — значит, доверяет
Знаете, я вообще иногда думаю, что, если бы дочь вдруг начала вести себя со мной сдержанно, по-взрослому, тихо и вежливо, — я бы напряглась. Потому что это могло бы значить, что она больше не чувствует себя в безопасности рядом со мной. Что ей нужно держать этот фасад «золотого малыша» даже дома.
А пока она яростно швыряет игрушки, пытаясь найти спрятанный от нее пульт, — я понимаю: всё идёт по плану. Она дома. Она со мной. Ей можно быть собой. И я — не плохая мама, с которой она капризничает. Я — её гавань. Просто иногда в этой гавани шторм.