Света всегда была женщиной организованной. В её жизни всё шло по расписанию — завтрак в семь утра, работа с восьми до пяти, покупки по дороге домой. Даже когда случилась беда с мужем Николаем, она не позволила себе потерять контроль над ситуацией.
Инсульт настиг его внезапно. Утром собирался на работу, шутил, что начальник опять будет всех строить, а к вечеру уже лежал в реанимации с парализованной левой стороной тела. Врачи говорили осторожно — мол, восстановление возможно, но потребуется время и терпение.
Света была готова ждать. Тридцать три года брака научили её многому, в том числе и тому, что любовь измеряется не словами, а поступками. Когда Николая выписали домой, она превратила их двухкомнатную квартиру в маленький реабилитационный центр. Купила специальную кровать, установила поручни в ванной, научилась делать массаж и выполнять все процедуры.
— Светочка, ты измучаешься так, — говорила соседка Марина Ивановна, встречая её у подъезда с тяжёлыми сумками. — Может, в дом престарелых определить? Там специалисты, уход профессиональный.
— Какой дом престарелых! — возмущалась Света. — Коля всю жизнь для семьи работал, теперь моя очередь за ним ухаживать.
И она ухаживала. Кормила с ложечки, переворачивала каждые два часа, чтобы не было пролежней, читала вслух газеты и книги. Николай не мог говорить, только мычал что-то невразумительное, но Света научилась понимать его по глазам, по едва заметным движениям здоровой руки.
Работу пришлось бросить. Хорошо, что сын Андрей помогал деньгами — у него свой бизнес, строительная фирма, дела шли неплохо. Правда, приезжал редко, всё больше по телефону справлялся о здоровье отца.
— Мам, может, сиделку найдём? — предлагал он. — Чтобы ты хоть немного отдыхала.
— А чего мне отдыхать? — отвечала Света. — Дома сижу, никуда не тороплюсь. Твоему отцу нужен не чужой человек, а родной.
Месяцы превратились в годы. Света привыкла к новому ритму жизни. Утром — процедуры, завтрак для Николая, лекарства по расписанию. Днём — массаж, упражнения для здоровой руки, чтение. Вечером — опять процедуры, ужин, просмотр новостей вместе с мужем.
Единственной отдушиной стали походы в поликлинику за рецептами и в аптеку за лекарствами. Света наряжалась для этих выходов, как на праздник — надевала лучшее пальто, красила губы помадой, которую Николай подарил ещё до болезни.
В аптеке на улице Мира работал фармацевт Игорь. Света сначала даже не обратила на него внимания, но он всегда был особенно внимателен с ней, объяснял действие лекарств, интересовался состоянием больного.
— Светлана Петровна, а как дела у супруга? — спрашивал он, протягивая очередную упаковку таблеток.
— Да как обычно, Игорь Сергеевич. Держимся, — отвечала Света, неожиданно для себя ощущая тепло от простого человеческого участия.
Игорь был лет на пятнадцать моложе её, разведён, детей не имел. Как-то раз, когда Света пришла в аптеку перед самым закрытием, он предложил проводить её до дома.
— Темнеет рано, а дорога неблизкая, — объяснил он. — Да и тяжести у вас.
По дороге разговорились. Игорь рассказал про свою несложившуюся семью — жена ушла к другому, сказала, что аптекарь — не мужчина, а тряпка, денег не зарабатывает.
— А мне нравится моя работа, — говорил он. — Людям помогаю, советом, лекарством нужным. Не все же должны миллионерами быть.
Света слушала и думала, как давно с ней никто не разговаривал о жизни, о чувствах, о простых человеческих вещах. Дома ждал Николай, которому нужно было дать вечерние лекарства, покормить, подготовить ко сну. А здесь, рядом с этим мужчиной, она вдруг почувствовала себя не сиделкой, а женщиной.
Встречи стали регулярными. Игорь часто провожал Свету после работы, они подолгу стояли у её подъезда, разговаривая обо всём на свете. Он рассказывал смешные случаи из аптечной практики, она — делилась воспоминаниями о прежней жизни, когда Николай был здоров и они путешествовали, ходили в театры, принимали гостей.
— Вы очень сильная женщина, Светлана Петровна, — говорил Игорь. — Не каждая выдержала бы такое испытание.
— А что тут особенного? — пожимала плечами Света. — Муж мой, в горе и радости обещали быть вместе.
— Всё-таки вам нужно иногда и о себе думать. Вы же живой человек, у вас есть свои потребности.
Эти слова западали в душу. Света ловила себя на том, что стала чаще смотреться в зеркало, купила новую помаду, начала носить дома не застиранный халат, а красивую домашнюю одежду. Пусть Николай и не может этого оценить, но она сама чувствовала себя лучше.
Однажды вечером Игорь принёс ей букет хризантем.
— Это ещё за что? — удивилась Света.
— За то, что вы есть. За вашу доброту, за ваше мужество.
Дома, ставя цветы в вазу, Света заметила, что Николай внимательно следит за ней глазами. Неужели он что-то понимает? Но врач говорил, что высшие психические функции практически не работают, остались только базовые рефлексы.
— Красивые цветы, правда, Колечка? — сказала она мужу, показывая букет. — Игорь Сергеевич из аптеки подарил. Хороший человек, всегда поможет, посоветует.
Николай промычал что-то, но взгляд его оставался настороженным.
На следующий день Света отправилась в поликлинику за направлением на анализы для мужа. Врач-невролог Петрова, которая наблюдала Николая, была женщиной опытной и понимающей.
— Как дела дома, Светлана Петровна? — спросила она, выписывая направления. — Не устаёте?
— Привыкла уже, Елена Викторовна. Только иногда кажется, что время остановилось. Всё одно и то же, изо дня в день.
— Понимаю. А помощников никого нет? Может, хотя бы на несколько часов в день кого-то находить?
— Сын предлагал, но мне кажется, что чужой человек не сможет так за Колей ухаживать, как я.
Доктор внимательно посмотрела на Свету.
— Вы знаете, я уже много лет работаю с такими больными. И заметила одну закономерность — родственники часто жертвуют собой полностью. Это неправильно. Больному нужен здоровый, отдохнувший человек рядом, а не изнурённый и депрессивный.
— Я не депрессивная, — возразила Света.
— Может быть. Но посмотрите на себя в зеркало. Вы очень изменились за эти два года.
По дороге домой Света действительно зашла в магазин и посмотрелась в витринное зеркало. То, что она увидела, её не обрадовало. Постаревшее лицо, потухшие глаза, сгорбленные плечи. Неужели она действительно стала такой?
Дома её ждал сюрприз — Игорь стоял у подъезда с пакетом продуктов.
— Решил вам помочь, — объяснил он. — Всё равно мимо шёл, зашёл в магазин.
— Игорь Сергеевич, что это вы... Не надо было.
— А мне хочется. Вы столько для всех делаете, а для вас кто делает?
Поднимаясь на четвёртый этаж, Света вдруг поняла, что очень устала. Не только сегодня, а вообще. Устала от постоянного напряжения, от ответственности, от однообразия.
— А знаете что, — сказала она, останавливаясь на площадке, — зайдите на чашку чая. Давно никого в гости не приглашала.
— А как же супруг?
— Ничего, познакомитесь. Коля не против гостей, даже радуется, когда кто-то новенький приходит.
В квартире Игорь сразу прошёл в комнату к Николаю.
— Здравствуйте, — сказал он. — Я Игорь, работаю в аптеке, где ваша супруга лекарства покупает. Очень хорошая женщина, заботливая.
Николай смотрел на него долго и внимательно, потом перевёл взгляд на жену.
— Чай будете? — спросила Света. — Или кофе?
— Чай, пожалуйста.
На кухне, накрывая стол, Света размышляла о том, как странно всё складывается. Николай болен уже два года, она за это время ни разу не приглашала домой посторонних. А тут вдруг пригласила практически незнакомого человека.
— У вас очень уютно, — сказал Игорь, входя на кухню. — Чувствуется женская рука.
— Стараюсь поддерживать. Хоть Коля и не встаёт, но дом должен быть домом.
За чаем разговорились о жизни. Игорь рассказывал о своей работе, о сложных клиентах, о том, как иногда приходится быть не только фармацевтом, но и психологом.
— А вы не думали сменить профессию? — спросила Света. — Молодой мужчина, образование есть.
— Думал. Но потом понял — это моё. Нравится помогать людям. И потом, — он улыбнулся, — здесь я вас встретил.
Света почувствовала, как краска заливает лицо. Давно она не слышала таких слов.
— Игорь Сергеевич, не надо...
— А что не надо? Говорить правду? Светлана Петровна, вы удивительная женщина. И вы имеете право на счастье.
— На какое счастье? У меня муж лежачий, я не могу ни о чём таком думать.
— А почему не можете? Вы живой человек, у вас есть чувства, потребности. Это нормально.
Разговор прервал звук из комнаты — Николай что-то пытался сказать.
— Сейчас, Колечка, — откликнулась Света. — Наверное, неудобно лежит.
Они вместе прошли в комнату. Николай лежал с широко открытыми глазами и смотрел на Игоря так, будто хотел что-то сказать.
— Может, его повернуть? — предложил Игорь.
— Да, надо. Помогите, пожалуйста.
Они вместе осторожно повернули больного на другой бок. Николай при этом не сводил глаз с Игоря, и Свете показалось, что во взгляде мужа есть что-то тревожное.
После ухода гостя Света долго не могла уснуть. В голове крутились слова Игоря о том, что она имеет право на счастье. А имеет ли? И что это вообще такое — счастье для женщины в её положении?
Утром, делая Николаю массаж, она заметила, что муж внимательно следит за каждым её движением.
— Что, Колечка? — спросила она. — Что-то не так?
Николай попытался что-то сказать, но получилось только невнятное мычание.
— Не переживай, — успокоила его Света. — Игорь Сергеевич — хороший человек. Просто знакомый из аптеки.
Но в следующие дни она заметила, что состояние мужа ухудшилось. Он стал беспокойным, плохо спал, отказывался от еды. Света забеспокоилась и вызвала врача.
— Возможно, начинается депрессия, — сказала доктор Петрова после осмотра. — У лежачих больных это часто случается. Попробуем скорректировать лечение.
— А может ли он понимать, что происходит вокруг? — спросила Света.
— В какой-то степени да. Эмоциональная память часто сохраняется. Почему вы спрашиваете?
— Да так, показалось, что он как-то по-особенному реагирует на гостей.
— Вполне может быть. Попробуйте создать более спокойную обстановку.
Света задумалась. Неужели Николай действительно что-то чувствует? И если так, то как ей быть дальше?
Игорь стал приходить чаще. Иногда просто проводить до дома, иногда заходил на чай. Света ловила себя на том, что ждёт этих встреч, заранее готовится к ним.
— Светлана Петровна, — сказал он как-то вечером, — у меня к вам предложение.
— Какое?
— Завтра воскресенье. Может, погуляем в парке? Или в кафе сходим?
— Игорь Сергеевич, я же не могу Колю оставить.
— На два часа можно. Соседка посидит или сын приедет.
— Не знаю... Мне неловко как-то.
— Подумайте. Вам нужен отдых, смена обстановки.
Ночью Света долго размышляла. С одной стороны, действительно хочется выбраться из дома, побыть в обществе, почувствовать себя обычной женщиной. С другой — как можно оставлять больного мужа ради развлечений?
Утром она решила посоветоваться с сыном. Андрей приехал после обеда, привёз продукты и лекарства.
— Мам, ты как-то странно выглядишь, — сказал он. — Что-то случилось?
— Андрюша, а ты не мог бы иногда посидеть с папой? Я бы куда-нибудь выходила ненадолго.
— Конечно. А что, есть куда-то идти?
— Да так, знакомый из аптеки предлагал прогуляться.
Андрей внимательно посмотрел на мать.
— Мам, это мужчина?
— Ну да. А что?
— Ничего особенного. Наоборот, правильно. Ты слишком замкнулась, нужно больше общаться с людьми.
— Ты так думаешь?
— Конечно. Папе от твоей изоляции лучше не станет, а ты себя загонишь в депрессию.
Эти слова окончательно убедили Свету. В следующее воскресенье она надела лучшее платье, накрасилась и пошла гулять с Игорем.
Они сходили в кафе, прошлись по парку, поговорили о книгах и фильмах. Света чувствовала себя так, будто проснулась после долгого сна. Оказывается, она помнила, как смеяться, как флиртовать, как быть просто женщиной.
— Спасибо вам за этот день, — сказала она, когда они подходили к её дому.
— Это вам спасибо. Давно я так не отдыхал душой.
— Игорь Сергеевич, а можно вопрос? Зачем вам это всё? Я ведь женщина с проблемами, с больным мужем.
— А мне и не нужна женщина без проблем. Мне нужна та, которая умеет любить, заботиться, быть верной. А что касается мужа — это временно.
— Что значит временно?
— Ну, в таком состоянии долго не живут. Год, может два.
Слова эти неприятно резанули слух. Света поняла, что не готова думать о смерти Николая как о чём-то, что принесёт ей свободу.
— Не говорите так, — попросила она. — Мне неприятно.
Дома Андрей встретил её вопросом:
— Как прогулка?
— Хорошо. А как папа?
— Нормально. Правда, беспокойный какой-то был. Всё время в сторону двери смотрел, будто ждал кого-то.
— Меня ждал, наверное.
— Наверное. Мам, а этот твой знакомый — серьёзный мужчина?
— Почему ты спрашиваешь?
— Да так. Вижу, что ты после прогулки посвежела, повеселела. Хорошо бы у тебя появился друг.
Света не ответила. Она сама не понимала, чего хочет и к чему всё идёт.
Встречи с Игорем стали регулярными. По воскресеньям они гуляли, ходили в кино, сидели в кафе. Света расцветала на глазах — похорошела, стала внимательнее следить за собой, больше улыбаться.
Но состояние Николая ухудшалось. Он стал совсем беспокойным, плохо ел, часто стонал. Врач увеличивала дозы седативных препаратов, но это мало помогало.
— Может, он страдает от того, что понимает свою беспомощность? — предположила Света.
— Возможно. А может, чувствует ваше напряжение. Больные очень чувствительны к эмоциональному состоянию близких.
Света задумалась. А действительно, не влияет ли её новая жизнь на состояние мужа?
Однажды вечером Игорь сказал:
— Светлана Петровна, мне нужно кое-что вам сообщить. Меня переводят в другой город. Предложили заведовать аптекой в областном центре.
— И что вы решили?
— Пока не знаю. Многое зависит от вас.
— От меня?
— Поедете со мной?
Вопрос прозвучал как гром среди ясного неба. Света растерялась.
— Игорь Сергеевич, как я могу? У меня муж больной.
— Можно устроить его в хороший частный пансионат. Я заработаю денег, будем вместе его навещать.
— Нет, — твёрдо сказала Света. — Этого я не смогу. Не могу бросить человека, который всю жизнь со мной прожил.
— Тогда я откажусь от предложения.
— И не вздумайте! Из-за меня карьеру ломать. Мы взрослые люди, всё понимаем.
— Я понимаю одно — что люблю вас.
Эти слова Света слышала впервые за много лет. И хотя они грели душу, но и пугали одновременно.
— Дайте мне время подумать, — попросила она.
Дома, сидя рядом с кроватью Николая, Света размышляла о своей жизни. Что её ждёт дальше? Годы ухода за больным мужем, одиночество, постепенное увядание? Или шанс на новое счастье с человеком, который её любит?
— Коленька, — тихо сказала она, — если бы ты мог говорить, что бы ты мне посоветовал?
Николай лежал с открытыми глазами и смотрел на неё. И вдруг Свете показалось, что во взгляде мужа есть понимание и грусть.
На следующий день она решила рано сходить в магазин, чтобы успеть приготовить обед до прихода массажистки. Но в магазине встретила соседку, которая рассказала длинную историю про свою невестку, потом зашла в аптеку за витаминами для Николая.
Домой Света вернулась на час раньше обычного времени. Поднимаясь по лестнице, она услышала голоса из своей квартиры. Дверь была приоткрыта.
Зайдя в прихожую, Света замерла от удивления. В комнате, рядом с кроватью Николая, стоял Игорь и что-то говорил. А самое поразительное — Николай отвечал ему. Не мычал, как обычно, а говорил нормальным человеческим голосом, хотя и с трудом.
— Я... не позволю... тебе... забрать... мою жену... — медленно, с большими паузами, произносил Николай.
— Послушайте, — отвечал Игорь, — вы же понимаете, что обречены. Зачем держать её возле себя? Отпустите, дайте ей возможность быть счастливой.
— Никогда... Света... моя... и только моя...
— Но вы же видите, как она мучается. Она молодая ещё женщина, имеет право на жизнь.
— Я... буду... бороться... за неё...
Света стояла, не в силах сдвинуться с места. Муж мог говорить! Всё это время он мог говорить и всё понимал!
Игорь заметил её первым.
— Светлана Петровна... Я могу всё объяснить.
— Что тут объяснять? — тихо сказала Света, проходя в комнату. — Коля, это правда? Ты можешь говорить?
Николай с трудом повернул голову к жене.
— Прости... меня... Светочка... Я боялся... что ты... меня бросишь...
— Как ты мог? — слёзы катились по лицу Светы. — Как мог меня так обманывать?
— Любил... тебя... Хотел... чтобы ты... была рядом...
Света опустилась на стул. В голове был сумбур — злость, жалость, удивление, разочарование.
— Как ты сюда вошел? — спросила она у Игоря.
— Соседку попросил...
— И для чего?
— Хотел убедиться, что вы верная жена. Но это не значит, что должны жертвовать своим счастьем.
— Уходите, — тихо сказала Света. —
— Светлана Петровна...
— Уходите! — повысила голос Света. — Мне нужно остаться одной и всё обдумать.
Игорь молча ушёл. Николай лежал и смотрел на жену виноватыми глазами.
— Коля, — наконец сказала она, — ты понимаешь, что натворил? Ты лишил меня права выбора. Я думала, что ухаживаю за беспомощным человеком, а ты всё время меня обманывал.
— Прости... Я так боялся... что ты уйдёшь...
— А теперь что? Как мы будем жить дальше?
— Не знаю... Я исправлюсь... буду хорошим мужем...
Света горько усмехнулась.
— Хорошим мужем? Коля, хорошие мужья не лгут жёнам. Хорошие мужья не заставляют их годами ухаживать за мнимыми больными.
— Но я же болен... правда болен... Ноги не слушаются... А говорить… Я только недавно смог… Правда… Я старался ради тебя…
— А голова? Голова-то у тебя работает прекрасно. Ты мог объяснить мне правду, мог попросить помощи как равный равному. А ты предпочёл превратить меня в сиделку.
Света встала и подошла к окну. На улице была весна, цвели деревья, люди радовались теплу. А она два года просидела в этой комнате, думая, что муж нуждается в её постоянной заботе.
— Света... милая... давай начнём сначала... — просил Николай.
— Сначала? А как же те два года, что я потратила? Как же моя молодость, моё здоровье?
— Я верну... всё верну... Буду любить... заботиться...
— Чем ты будешь заботиться? Ты же сам нуждаешься в уходе.
— Но я люблю тебя... всегда любил...
— Любовь не даёт права на ложь, Коля. Любовь — это доверие, честность, уважение.
Света села на край кровати и взяла мужа за руку.
— Знаешь, что самое страшное? Я готова была всю оставшуюся жизнь посвятить уходу за тобой. Готова была забыть о себе, о своих потребностях. А ты даже не дал мне возможности сделать этот выбор осознанно.
— Что теперь будет? — прошептал Николай.
— Не знаю. Мне нужно время, чтобы понять, смогу ли я тебя простить. И смогу ли жить дальше.
Вечером позвонил сын. Света рассказала ему всё, что произошло. Андрей долго молчал, а потом сказал:
— Мам, а ты не думала, что папа просто испугался? Болезнь — это страшно, особенно для мужчины. Может, он действительно думал, что потеряет тебя, если будет выглядеть слабым?
— Андрюша, ложь есть ложь. Какими бы мотивами она ни была продиктована.
— Согласен. Но люди иногда совершают глупости от большой любви.
— А я? А моя жизнь? Два года я жила как монахиня, думая, что выполняю священный долг. А оказывается, меня просто использовали.
— Мам, не принимай поспешных решений. Подумай хорошенько. Папа всё-таки больной, ему нужна помощь.
После разговора с сыном Света долго сидела на кухне, попивая чай и размышляя. В соседней комнате лежал Николай — её муж, с которым она прожила тридцать три года. Человек, который обманывал её, но делал это, как ему казалось, из любви.
А где-то в городе живёт Игорь — мужчина, который тоже её обманывал, но с совсем другими целями. Он хотел проверить её верность, чтобы понять, стоит ли связывать с ней жизнь.
— Коля, — сказала она, входя в комнату, — нам нужно серьёзно поговорить.
— Слушаю тебя...
— Если мы остаёмся вместе, то больше никакой лжи. Ты говоришь мне правду о своём состоянии, о том, что можешь, а что нет. Я имею право знать, за кем ухаживаю.
— Обещаю... Света, я правда болен... Ноги совсем не слушаются... Иногда голова болит так, что кажется, взорвётся...
— Почему ты не говорил об этом раньше?
— Думал, ты испугаешься... решишь, что я совсем безнадёжный...
— Коля, я твоя жена. Мой долг — быть рядом в болезни. Но этот долг должен быть основан на правде, а не на обмане.
Николай кивнул, в его глазах блестели слёзы.
— А теперь о втором условии, — продолжала Света. — Я не буду сидеть дома безвылазно. Буду ходить к подругам, в театр, на выставки. Найму сиделку на несколько часов в день.
— Но денег у нас...
— Деньги найдём. Андрей поможет, я подработаю. Главное — ты должен понять, что я тоже живой человек.
— Понимаю... Согласен на всё...
Света посмотрела на мужа. Он действительно выглядел больным и несчастным. Гнев её понемногу остывал, уступая место усталости и жалости.
— Хорошо. Попробуем жить по-новому. Но помни — это последний шанс.
Наутро Света пошла в поликлинику к доктору Петровой. Рассказала о том, что муж может говорить.
— Значит, речевые функции восстанавливаются, — обрадовалась врач. — Это очень хороший признак. Нужно будет показать его логопеду, назначить дополнительные процедуры.
— А он действительно болен? Или может притворяться?
— Светлана Петровна, поражения мозга не подделаешь. Да, ваш муж мог скрывать, что к нему возвращается речь. Но паралич ног — это реальность.
По дороге домой Света зашла в аптеку. Игоря за прилавком не было.
— А где Игорь Сергеевич? — спросила она у другого фармацевта.
— Уволился. Сказал, что переезжает в другой город.
— Когда?
— Позавчера. А что-то срочное было?
— Нет, ничего.
Дома Света рассказала Николаю о визите к врачу, о новых процедурах и лекарствах. Он слушал внимательно, иногда задавал вопросы. Постепенно между ними восстанавливался нормальный человеческий диалог.
— Света, — сказал он вечером, — я понимаю, что натворил. И понимаю, что ты могла бы уйти. Спасибо тебе за то, что даёшь мне шанс.
— Не благодари раньше времени. Посмотрим, как дальше сложится.
— А того мужчину... ты его любила?
Света долго молчала.
— Не знаю. Возможно. Он заставил меня вспомнить, что я женщина. За это я ему благодарна.
— А теперь?
— А теперь мне нужно понять, кто я такая на самом деле. Сиделка, жена или просто женщина, которая имеет право на собственную жизнь.
Николай ничего не ответил. Он понял, что слов теперь недостаточно. Нужны дела, время и терпение, чтобы вернуть доверие жены.
А Света лежала ночью без сна и думала о том, что жизнь — странная штука. Иногда кажется, что всё идёт по накатанной колее, а потом вдруг происходит что-то, что переворачивает всё с ног на голову. И приходится заново учиться жить, любить и доверять.
На следующий день она впервые за два года надела красивое платье не для похода к врачу, а просто так, для себя. Села у зеркала, аккуратно подкрасилась и улыбнулась своему отражению. Женщина в зеркале больше не выглядела уставшей и потухшей. В её глазах появился огонёк, который не могли погасить ни болезнь мужа, ни его обман, ни разочарование в Игоре.
— Коля, — сказала она, входя в комнату к мужу, — сегодня придёт массажистка, а я схожу в парикмахерскую. Давно собиралась.
— Хорошо, — ответил он. — Ты красивая. Всегда была красивой.
— Спасибо. А знаешь что? Завтра мы вместе посмотрим новый фильм по телевизору. Я куплю твоих любимых пирожных, заварю хороший чай.
— Как раньше?
— Нет. Не как раньше. Лучше. Потому что теперь мы знаем цену честности.
Света взяла сумочку и направилась к двери. У порога обернулась:
— И ещё, Коля. Я тебя прощаю. Но доверие нужно будет заслужить заново.
Выйдя из дома, она глубоко вдохнула весенний воздух. Жизнь продолжалась, и в ней ещё могло случиться много хорошего. Главное — не бояться быть собой и не позволять никому, даже самым близким людям, лишать себя права на счастье.