Не надо думать, что мне одной было стыдно за откровенные разговоры в солевом складе. Да и не за разговоры мне было стыдно, а за то, что кто то услышал о том, какая я неправильная. Это Витьке можно было все сказать, а как теперь станет смотреть на меня Геннадий Григорьевич, я даже боялась думать. Но Геннадий Григорьевич не стал на меня смотреть. Он видимо проследил, как я зашла в контору и пошел своей дорогой. Ему же надо было чтобы я сделала больше дел до своего перевода в другой цех. Потому что ни ему ни мне было неизвестно на сколько я ухожу. А моя душа в тот момент прямо рвалась поменять деятельность, да еще в таком продвинутом цехе. Но после разговора с Витьком мне было интересно, а чем же закончится его семейная трагедия. Его же новая теща, можно сказать, прищемила. И надо было юноше что то делать. А одна в гараже я сидеть не собиралась, будь там хоть как удобно и уютно. Поэтому вечера ждала с нетерпением для того, чтобы успеть домой, если что то пойдёт не так. Но Витек не собира