Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
О людях и книгах

Холодные южные ветра начинают задувать на Ленина, срывая маски с неподготовленных прохожих, обнажая нас перед самими собой

Холодные южные ветра начинают задувать на Ленина, срывая маски с неподготовленных прохожих, обнажая нас перед самими собой. Но я живу тут давно, и ко многому уже привык. Многое видел. Прохладные потоки воздуха аккуратно обтекают углы домов Левенцовки и Суворовского, пытаясь прорваться в центр по городским артериям, как автомобили. Только ветра не останавливаются на светофорах. Они стараются прорваться куда-то к Дону, не растеряв по пути своего рвения и прохлады. Получается не всегда. Но на рубеже 7 часов, когда город только начинает стряхивать с себя утреннюю неторопливую беспомощность, хочется накинуть что-нибудь с длинным рукавом. Цветёт амброзия. Я закрываю окна. Спать с открытым балконом – роскошь, которую я ещё долго не смогу себе позволить.

Холодные южные ветра начинают задувать на Ленина, срывая маски с неподготовленных прохожих, обнажая нас перед самими собой.

Но я живу тут давно, и ко многому уже привык. Многое видел.

Прохладные потоки воздуха аккуратно обтекают углы домов Левенцовки и Суворовского, пытаясь прорваться в центр по городским артериям, как автомобили. Только ветра не останавливаются на светофорах. Они стараются прорваться куда-то к Дону, не растеряв по пути своего рвения и прохлады. Получается не всегда. Но на рубеже 7 часов, когда город только начинает стряхивать с себя утреннюю неторопливую беспомощность, хочется накинуть что-нибудь с длинным рукавом.

Цветёт амброзия. Я закрываю окна. Спать с открытым балконом – роскошь, которую я ещё долго не смогу себе позволить.