Пожалуй, первым монархом, на которого были направлены пушечные дула, стал шведский король Густав III. На маскараде 16 марта 1792 года заговорщик Якоб Анкарстрём выхватил пистолет, заряженный картечью, обойными гвоздями и мелкой дробью — метко выпущенный залп угодил королю в спину. Рана была тяжелой: хирурги смогли извлечь лишь обойные гвоздики; спустя 13 дней Густав III скончался.
Следующий рубеж в эре политических убийств прошёл через театр: 14 апреля 1865 года актёр Уилкс Бут, вооружённый крошечным карманным однозарядным пистолетом Philadelphia Deringer (эталон среди «дерринжеров» своего времени), выстрелил президенту Аврааму Линкольну в голову. Несмотря на малую мощность зарядов дымного пороха и калибра, выстрел оказался смертельным; президент скончался спустя 9 часов, так и не придя в сознание.
Не обошлось без символичного оружия и в жизни Адольфа Гитлера. Его личным стал миниатюрный «Menz Liliput» калибра 4,25 мм с позолотой и перламутром — подаренный в 1928 году, он остался с фюрером до конца. Но 30 апреля 1945 года Гитлер покончил с собой из другого оружия — позолоченного Walther PP калибра 7,65 мм, с монограммой «AH» на слоновой кости.
А что с Распутиным? Здесь оружие — настоящий лабиринт версий. По одной, Феликс Юсупов застрелил «старца» из револьвера в грудь, затем Пуришкевич добил его выстрелом в спину. Но судебно-медицинские исследования показали: на теле Распутина – три пулевых ранения, разные по калибру, вероятно, из трёх разных револьверов — среди них указывается британский Webley .455, возможно, стрелявший Освальд Рейнер (агент британской разведки).Версия, как шпион довершил дело контрольным выстрелом в голову, — допускает раскрытие международной игры, где оружие служит не только убийством, но и символом власти.
Оружие — не просто средство убийства, а символ власти и фактор переворотов. Одним выстрелом оно меняло судьбы влиятельных, от королей до лидеров нации, изменяя ход истории.