#цикломитридате
В предыдущих сериях: В царстве Понт, в очередном осколке империи Македонского, правит царь Митридат VI Евпатор. После долгих приключений: смерти отца, узурпации трона матерью, Митридат берет всю власть в свои руки. Он активно завоевывает территории вокруг себя, наступает на Колхиду и Крым. Несколько раз он пытался залезть в зону интересов Рима, но те постоянно его приструнивали. В 91 году до н.э. Митридат помогает нескольким своим ставленникам усесться в Вифинии и Каппадокии, изгнав своих противников. Как только Рим чуть-чуть освободился от проблем, он отправляет Мания Аквилия решить вопросы в Азии. Ставленники Митридата опять выгоняются из царств, но римский ставленник в Вифинии Никомед не может расплатиться по долгам с Римом. Тогда Маний предлагает ему вторгнуться в Понт и разграбить некоторые приграничные земли.
Так вот, Никомед врывается в земли Митридата в начале 89 года до н.э. Не сказать, что Митридат был прям ошеломлен таким развитием событий, но был слегка удивлён. Он отдаёт чёткий приказ своим войскам отходить от границ не оказывая сопротивление войнам Никомеда. Армия Понта (фото 1) дисциплинированно исполняет приказ царя. Воины Никомеда без проблем разграбили приграничья аж до города Амастрии. Разграбив эти земли, Никомед уходит из Понта, а Митридат пишите в Рим письмо с одним простым вопросом, что это такое было? И с просьбой наказать Никомеда за вероломство или позволить ему, Митридату, наказать его самому. На что римляне отвечают просто гениальной фразой, вошедшей в историю. “Мы бы не хотели, чтобы и Митридат потерпел что-либо неприятное от Никомеда, но мы не потерпим, чтобы против Никомеда была начата война: мы считаем, что не в интересах римлян, чтобы Никомед потерпел ущерб.” - вот эта фраза. Проще говоря римляне сказали: “Сиди царёк заткнувшись, тогда больше такого не будет, но если ты вдруг решишь поквитаться с Никомедом, то мы заступимся за него”. Ну что же, Митридат осознает, что настало время действовать, наступил момент наказать Рим, тянуть больше некуда, если он сейчас промолчит, то больше у него не будет шанса. Митридат объявляет войну Риму, Вифинии и Каппадокии.
Быстро начинается подготовка к войне. У римлян аж четыре войска. Три римских. Одним из них командует наместник Азии Кассий. Он стоял на границе Вифинии и Галатии. Другим сам Аквилий - он перекрывает дорогу от Понта на Вифинию. Третьим – некий Оппий, который защищал Каппадокию (Фото 2) По численности у нас есть сложности. Так Аппиан говорит о том, что у римлян в сумме было аж 120 тысяч пехоты и 12 тысяч всадников. Честно, верится с трудом, хотя это конечно были в основном не римские легионеры, а местное ополчение и наёмники разных мастей. В принципе этого сброда и могло набраться 120 тысяч. И скорее всего так и было и это ещё сыграет злую шутку с Манием и его полководцами. Кроме самих римлян было ещё войско Вифинского царя, которому была отведена важная роль, а именно передового удара. 50 тысяч тысяч пехоты и 6 тысяч всадников Никомеда вторглись в пределы Понта.
А что там у самого Митридата. Ну ясно, что у него наверное не меньше войск, чем у римлян и это, если честно, всё. Потому что приводимые цифры кажутся безумными. А именно 250 тысяч пехоты и 40 тысяч всадников. Плюс 300 кораблей, а также десятки нанятых пиратских флотилий. Плюс 10 тысяч армянских катафрактов и 130 боевых колесницоттуда же. Короче, эти цифры максимально сомнительные. Предлагаю сократить всё в два раза и получим 125 тысяч солдат пехоты, 20 тысяч всадников, 150 кораблей. Ну а пиратов и помощь Армении можно оставить, они выглядят вполне реально.
Первыми боевые действия начал Римско-Вифинский союз. В Понт вторгся Никомед со своим воинством, против него двинулся один из лучших полководцев Митридата Архелай. Я предлагаю вам запомнить Архелая. Он ещё сыграет свою важную роль в истории Рима и Суллы. И вообще, хоть мы мало знаем об Архелае, но личность примечательная. Единственное, что мы знаем об Архелае до этих событий, это то, что он родом из Каппадокии. Как он стал служить Митридату – это вопрос. Возможно он командовал армиями Гордия ещё в тот момент, когда Сулла был пропретором, хотя это не точно. Архелай располагал понтийской пехотой где-то примерно тысяч в тридцать, а может и меньше. Также он имел в своем распоряжении большую часть армянских всадников, а также колесницы. Он подошёл к реке Амнии. Там они и встретились. Никомед, превосходя противника в численности, рассчитывал на легкую победу. Сражение началось с атаки понтийской пехоты одного из флангов под командование некоего Неоптолема. Но он был остановлен пехотой вифинцов и обращен в бегство. Казалось победа близко. Но в этот момент армянские катафракты под командованием Лжеариарата (да этот тоже был здесь) атаковали на другом фланге конницу Никомеда и наголову её разбили. В этот момент Архелай отправил пехоту на помощь своему бегущему флангу. Но фаланг понтийцев бежал не просто так, а разворачивался так, чтобы силы понтийского центара оказались с фланга у Никомеда и им это удалось. Понтийцы оказались на фланге Вифинцев и в этот момент в бой вступило то, что уже давно не играла решающей роли в сражениях – 130 серпоносных колесниц (Фото 3). Они на всей скорости влетели в расстроенные ряды наступающих вифинцев. Враг бежал и воины Никомеда уже не держали строй. Давно уже умели бороться с колесницами, но для этого нужно держать строй и синхронно выполнить несколько простых действия, при расстроенном строи это невозможно. Колесницы врубились в ряды вифинцев и прошли через них как нож сквозь масло. Оставив за собой кровавые коридоры с кусками человеческих тел. Паника охватила вифинцев и в этот момент остатки понтийской пехоты врезались во врага. Войска Никомеда побежали. Сам испуганный царь каким-то чудом спасся и бежал из своего лагеря, бросив там не только награбленное, но и свою казну. Лагерь был быстро взят и разграблен. Брошенная армия Вифинии рассыпалась окончательно. Те, кто не погиб в битве или в последующей резне, разбежались. Архелай одержал великую победу во имя Митридата. А ведь в битве участвовал фактически только авангард понтийской армии. Кстати это сражение примечательно еще тем, что оно одно из немногих, где колесницы сыграли ключевую роль в победе и первая за сто лет известная битва с ключевой ролью колесниц.
Никомед бежит и бежит в лагерь к Манию Аквилию. А Маний всё-таки опытный и талантливый полководец, не зря он был правой рукой Мария в Кимврской войне, а также лично подавил сицилийское восстание рабов. Ему была не чужда способность Мария понимать настрой солдат. А именно с настроем была огромная проблема. Армия Аквилия не то что не готова воевать с Митридатом, она в любой момент может взбунтоваться и выдать Аквилия Митридату. Армия состоит из местного населения, которое в большинстве своём страдает от римских откупщиков и ненавидят Рим всеми фибрами своей души. Понимая это, Аквилий начинает отступать к Кассию, но отряды Митридата настигают войско Аквилия. Он пытается дать сражение, но проигрывает, а его армия если не переходит на сторону Митридата, то разбегается. Кстати, а пленных Митридат отпустил. Они стали разносить по Азии слухи о доброте и величие Митридата. Маний бежит в Пергам, а Никомед добирается до Кассия, где армия Кассия тоже на грани бунта. Кассий с теоретически верными частями отходит в Апамею. Из Пергама Маний добирается до города Митилены. Оппий, в отличие от своих коллег, не успевает бежать до бунта. Он выдан Митридату со всеми потрохами своими же солдатами. Никомеду удастся бежать и добраться до Рима. Кассия вроде как в итоге то же предали свои солдаты и выдали Митридату, но это не сто процентов.
А главный виновник войны и правая рука Гая Мария, Маний Аквилий, выдан жителями Митилен царю Понта. Судьба полководца не завидная. Митридат победным маршем шагает по Малой Азии, города открывают ворота перед освободителем греческого мира от власти жадных и коварных римских варваров. И через каждый этот город везут голого и привязанного к пятой точки осла Мания Аквилия. Он стал символом жадного, мерзкого и жестокого Рима. И на нём оттягивают душу все жители Малой Азии. Наверняка Маний быстро привык к оскорблениям, гнилым овощам и камням, летящим в него. И вот его привозят в столицу Малой Азии, город Пергам. Вначале все идет так же, как и обычно. Но здесь в сердце бывшего Пергамского царства и римской провинции ему уготовано нечто особое. Осел останавливается у большого помоста на центральной площади города, Мания выволакивают на помост, сажают в импровизированное курульное консульское кресло. Маний быстро понимает, что его ждёт, когда видит как в котле кипит расплавленное золото. Аквилий начинает молить палачей о снисхождении, о том, что бы ему подарили достойную смерть, но понтийские палачи непреклонны, голова Мания запрокидывается и в его горло вливается расплавленное золота. Эпитафией Манию стали слова древнеримского писателя Валерия Максима: “Упустив возможность умереть со славой, он был достоин римской власти меньше, чем понтийской казнии”.
Теперь Понтийский царь Митридат Евпатор осуществил свои великие планы. Он нанес Риму страшное поражение и вернул всё, что его мать продала Риму, и завоевал огромные территории. Теперь он встал в один ряд с величайшими героями-завоевателями в истории. Он затмил своего отца. Теперь он сильнейший правитель средиземноморье.
Риму предстоит ответить на один из величайших вызовов в своей истории. Победитель в войне с Митридатом впишет своё имя золотыми буквами в историю Рима и мира. Его слава никогда не померкнет. На войну с Митридатом отправится консул 88 года до н.э. и это должен быть главный претендент на консульство и герой союзнической войны Луций Корнелий Сулла. Но неожиданно у любимчика фортуны появляются завистники и конкуренты. Многие не желают видеть Суллу, бывшего пьяницу, гуляку и прихвостня Мария, командующим на этой войне. Безусловно более талантливого и великого полководца в Риме сейчас просто нет, разве что только сам Марий, но этот не рассматривается. Но это не вопрос таланта или победы в войне. Это вопрос власти. Если Сулла победит в войне, что очень вероятно, учитывая его таланты, то он станет настолько могущественным, что ему не будет равных не только в нынешнем Риме, но и среди предков. Он встанет в один ряд с самим Ромулом. Его слово будет сравни закону. Он станет поистине первым человеком в Риме. А этого не хотят допустить очень многие: от Мария до сотен сенаторов, презирающих бывшего гуляку. Да, я сказал, что Марий не рассматривается, но он не рассматривается сенатом, но конечно не самим собой. Марий свою кандидатуру вполне рассматривает. Поверьте, у третьего основателя Рима на эту войну свои планы, и грандиозные планы.
Да, друзья, вы правильно поняли. Мы с вами оставляем на время Митридата купаться в лучах славы и завоевывать Азию, а сами переносимся в Рим. Посмотрим на то, как Сулла стремиться к консульству и что там поделывает Марий. И именно поэтому следующий цикл получит название #цикломарииисулле.
Подписывайтесь на Пути истории в ВК:
Подписывайтесь на Пути истории в Телеграмме: https://t.me/oua3TGJ2bkwNDcy