Спустя много лет судьба снова свела меня с человеком, которого я любила в юности

Сумка легонько била по ноге, когда я шла по пыльной деревенской улице к родительскому дому.

— Арина, привет! — знакомый голос заставил обернуться. Степан шел навстречу. — Наконец-то! Я так скучал! — Он раскрыл объятия, но я машинально выставила руку.

— Привет, Степан.

— Арин, забыла меня что ли в своем городе? — в его глазах мелькнула надежда.

— Степ, я выхожу замуж. Приехала сказать родителям. — Голос звучал ровно.

Он замер, улыбка погасла.

— Значит, правду говорят... А говорила, любишь. — Горькая обида прокралась в его слова.

— Перестань. Школьные влюбленности... Детство. — Я отвела взгляд.

— Понятно. А я кольцо купил. Ждал. — Он сжал кулаки.

— Подаришь другой. Любая за тебя замуж пойдет, ты... — Я не успела договорить. Он резко пошел прочь. Я зашагала дальше, стараясь не думать о его боли.

Городские годы промелькнули в памяти: учеба в училище, общежитие, подруга Вика. Именно ей я бросала самоуверенно:

— В деревню? Ни за что! Выберу городского мужа, с квартирой! Степан? Деревня!

Вика качала головой:

— Жалко Степу. Любит же он тебя...

Но я была непреклонна. И городской мужчина нашелся — Кирилл. Роман был ярким, как фейерверк. Он казался воплощением мечты: старше, с машиной, с трехкомнатной квартирой. Пусть и со свекровью, Ириной Петровной. Вышла замуж, не раздумывая.

Иллюзии рухнули быстро. Ирина Петровна, «аристократка» в третьем поколении, видела во мне «деревенщину». Каждая чашка на кухне имела свое место, каждое движение — осуждение. Кирилл скоро стал пропадать, возвращаясь под утро. А потом я услышала их разговор:

— Ну и жену ты выбрал, неотесанную! Деревня!

— Мам, ты же сама советовала! Здоровый внук родится — квартиру перепишешь, как обещала?

— Чтобы ты меня с твоей Катькой на улицу выгнал? Пусть твоя «деревня» с сыном уезжает!

На третий день его отсутствия я собрала вещи сына Артема и уехала в деревню. Подала на развод.

Жизнь наладилась. Работала в ФАПе. Артем подрастал, подружился с Мишей — сыном Степана и... Вики. Да, Вика вышла за Степана. Новость когда-то кольнула. Теперь же я понимала: судьба. Мы со Степаном избегали встреч, опуская глаза у дороги.

Потом грянула новость: Вика ушла к другому. Миша остался с отцом. И словно невидимые силы сталкивали нас со Степаном: в магазине, в автобусе, когда он руку поранил и зашел в ФАП. Заговорили. Сначала о сыновьях. Потом о жизни. Он стал еще статнее, солиднее.

В тот вечер, когда запели первые соловьи, мы встретились на краю деревни. Шли навстречу, и вдруг он остановился. Посмотрел так, что у меня перехватило дыхание. И шагнул вперед. Обнял, потом поцеловал. Я не сопротивлялась. Казалось, время остановилось.

— Ариша, — он прошептал, не отпуская моих рук. — Выходи за меня. Не уйти нам от судьбы. Видишь? У нее свои планы. Давай проживем то, что осталось, вместе.

Я прижалась к его груди, растворившись в давно забытом, но таком родном тепле. Любовь к нему жила во мне всегда. Просто дорога домой оказалась длиннее, чем я думала.