Интимный такой вопрос. Но я его все же озвучу.
Часто это проблема таких детей. Даже если дети умеют пользоваться унитазом, то они могут не уметь пользоваться защелками. Что делает невозможным посещение публичного туалета.
Тиму 9 лет
И у него аутизм
В нашем случае, нам повезло. Тим, хоть и сложно, но научился использовать унитаз по назначению. А так как мы часто куда-то выходили и выходим, то и общественным туалетом пришлось учиться пользоваться.
В Канаде в кустики не ходят.
Туалетные дела полностью легли на плечи нашего папы. Муж водил Тима в общественных местах по туалетам. Учил пользоваться самим приспособлением, замыкать двери, отмыкать, мыть руки, сушить их…
Уже давно Тим все это выполняет самостоятельно. В любом магазине, кафе, офисе, найдет туалет, если ему нужно и справит нужду. Помоет руки и выйдет. Помощь ему в этом не нужна.
Меня часто спрашивают, а как он пользуется защелками?
Замечательно пользуется.
Дверь всегда замыкает. И потом выходит без проблем.
Причем, защелки встречаются разные. Справляется со всеми.
Но вот как-то я задумалась, а что будет, если он застрянет в кабинке?
Но думать долго об этом не стала. Надеясь, что этого не произойдет.
Но оно произошло.
Сегодня мы поехали в пчеловодческий кооператив. Магазин небольшой. Муж ходил вдоль прилавков. Тим отправился в туалет.
Я немного погодя отправилась туда же и зашла в соседний.
Вдруг услышала, как Тим дергает замком, а затем дверью. Поняла, что что-то у него пошло не так. Быстро стала прорисовывать в голове план спасения орущего ребенка.
А что Тим в это время?
Он несколько раз открыл и закрыл замок. Подергал дверь. Не открывается.
Тогда он просто сказал: «Помогите!»
Никто не ответил. Тогда он уже довольно громко произнес: «Помогите!»
При этом, кажется, оставаясь абсолютно спокойным.
Я ждала, что муж услышит Тимино «помогите» и прибежит спасать сыночка. Но муж не услышал.
Тогда я через стенку стала говорить Тиму, что я приду к нему на помощь через минуту. Чтобы он подождал.
Тим ответил: «Ок».
И стал ждать. Молча. Он перестал дергать дверь и замок. А просто стоял и ждал.
Я вышла. Подошла к Тиминой двери. Она была плотно закрыта. И потребовалась сила ее дернуть. Мне стало понятно, почему Тим застрял. Дверь просто очень туго открывалась.
Вышел он из туалета спокойный. Не было ни криков, ни возмущений.
Я была рада, что мы так спокойно пережили настолько экстремальную ситуацию. И благополучно вышли из положения.
Потому что ведь, научиться новому навыку - это одно. И совершенно другое, когда то, что уже умеешь, к чему привык, у аутиста, вдруг, пошло не по плану.
Но в этот день наши злоключения не закончились. Кажется, судьба решила испытать Тима на прочность. Или же показать нам, на что он уже стал способен.
В кооперативе мы взяли бочки для меда. Нагрузили ими свой прицеп и выехали. Немного отъехав от магазина, муж обнаружил, что у нас на прицепе пробито колесо.
Мы встали прямо на трассе. Начали искать шиномонтажку.
Тим, как маленький мужичок вышел из машины. Оценил масштаб бедствия и…
И не стал плакать и кричать.
Мы вспомнили, как раньше даже дорогу нельзя было поменять. Случался мелтдаун.
А сейчас… А сейчас мы пробили колесо. Стоим посередине дороги. И Тим в этой ситуации держится молодцом.
Шиномонтажку нашли. Она была совсем рядом. Так и доплелись до нее на спущенном колесе.
Пришлось подождать минут двадцать своей очереди. Потом еще минут двадцать, пока шиномонтажник сделает свою работу.
Тим ждал.
После этого мы еще заехали в торговый центр. Походили по магазинам. Выбрали одежду к школе. Примерили.
И спокойно вышли из магазина. Я довольная, что ребенок к школе одет. А Тим просто в хорошем расположении духа.
Потом, объявив о свое голоде, он попросился в кафе. И мы, замученные, но счастливые, решили устроить ребенку читмил. Купили ему бургер и мороженое.
Сказали, что восьмого августа ему можно кушать глютен и молочку. Тим и тут согласился.
Вдруг, на наши телефоны и телефоны сидящих рядом людей, стали приходить оповещения о приближении торнадо.
Тут Тим заволновался. Начал глубоко дышать и говорить о том, что он не хочет торнадо. Люди вокруг соблюдали спокойствие.
Я объяснила Тиму, что у него повышенная тревожность. Он уточнил, у всех ли аутистов так?
Дальше я предложила поскорее докушать и уехать из Виннипега.
Когда мы отъезжали от кафе, на лобовое стекло упало две огромные капли воды. А затем, вода с неба полилась стеной!
Тим с интересом смотрел в окно и спокойно доедал свое мороженое.
Как только мы выехали из города, выглянуло солнце и дождь резко прекратился. Так же, как и начался.
На этом наши приключения закончились. Мы вернулись домой. Тим спокойно провел остаток вечера. И в девять, как обычно, лег спать.
А я все думала о том, что нужно запомнить, а еще лучше записать, какие сильные перемены произошли в поведении Тима в девять лет. Именно летом.
Теперь я с уверенностью могу сказать, что да, ребенок у меня аутистом и остался. Но больше нет этого безумно-выматывающего аутичного поведения и проявления.
Это обычный ребенок, адекватно реагирующий на нестандартные ситуации в жизни.
Вспоминая труды, вложенные в развитие нашего чада, я с уверенностью могу сказать, что оно того стоило. И все было не напрасно.
P.S. На этом проверка на прочность не закончилась.
На следующий день Тим ушел во двор кататься на велосипеде.
Минут через пять он вернулся и сказал папе, что у него сломался велосипед.
Папа ответил:
— Пошли посмотрим.
И они спокойно ушли к велосипеду. Муж починил цепь и вернулся домой. А Тим остался докатывать свои пять кругов.
Так и хотелось спросить:
— А истерика-то где?