«Так вкуснее. Парное молоко нужно пить из старого дедушкиного стакана. Мёд лучше есть с хлебом, подсушенным на солнце. Вишни вкуснее, когда холодные... Крыжовник – гадость!» – Беатрис засмеялась и отложила дневник в сторону. Закрыла глаза. Их сразу поцеловал ветер, спрыгнувший с верхушки дуба. Вслед за ним прилетел желудь и стукнул её по носу.
– Ну-ка прекращай, Шалун! – пригрозила она ветру пальцем. – Лети лучше мух гоняй.
Невидимый баловник продолжал дразнить свою подругу. Только без толку. Скрестив руки на груди, она терпеливо ждала, когда он скроется. Обделённый вниманием ветер принялся листать дневник, словно искал что-то, но, завидев вдали путников, умчался к ним.
Беатрис показала ему в след язык и смахнула с раскрытых страниц листья. Внимание привлекло забытое слово «чердак». Вот уже вторую неделю оно бродило в одиночестве между тонких линий. Виной тому – запрет дедушки лазить на чердак, а также одно обстоятельство, мешающее его нарушить. – замок на люке. Беатрис не сомневалась, что в комнате под крышей скрывается какая-то тайна, какая именно, ей предстояло узнать.
Случай представился на выходных. Дедушка с бабушкой собирались на рынок и второпях забыли ключи. Только старики сели на телегу, во двор выбежала внучка. Бабушка поцеловала её в щёчку, дедушка погладил по голове, та пожелала им хорошей торговли и помахала вслед рукой. В другой в руке она сжимала ключи, один из них был от сундука, который только что укатил в город.
Для Беатрис найти нужный ключ оказалось проще, чем обмануть соседского пса, заставив его гоняться за мыльными пузырями, а самой, тем временем, залезть в малинник. Вожделенный открыватель замков отличался от своих собратьев тусклым видом. Маленькая хитрюга сразу смекнула – это он.
Стол, стул, табуретка, ложка терпения и стакан смелости – полезные вещи для того, чтобы приблизиться к тайне.
«Чем больше тайна, тем больше на ней пыли», – позже запишет в своём дневнике Беатрис. Сейчас же она только чихала и ругала себя за то, что сунулась в новом платье в этот «мешок для пылесоса».
На чердаке обитала всякая всячина, сложенная аккуратно вдоль стен. Старые стулья, коробки с посудой, связки газет, лыжи и удочки Беатрис не интересовали. Другое дело – дорожный чемодан. Подобный она видела в музее, куда их весной водили всем классом. Экскурсовод тогда рассказывал историю экспоната и убедительно тыкал в него указкой. Саму историю девчонки посчитали фантастической, а мальчики – неправдоподобной.
– Вот это тайна! Целый чемодан тайн! – потёрла она пыльные ладошки.
Добраться до содержимого чемодана не вышло – тот оказался закрыт на ключ. Это был один из тех ключей, которые лежат там, где только им известно. Данный факт Беатрис не сильно расстроил. Она забрала находку к себе в комнату, а момент взлома перенесла на вечер.
Скрепка, шпилька, ножницы, ведро терпения и бочка настойчивости – бесполезные вещи для того, чтобы открыть тайну.
– Так, значит! – стукнула она обидчика. – Вот, отломаю тебе ручку, и станешь никому не нужным… Спокойной ночи!
Девочка залезла под одеяло и вскоре уснула.
***
«Солнцу лучше радоваться умеренно, – размышляла Беатрис, шагая с чемоданом в руке. – Нужно срочно в тенёк, иначе не дойду». Только она это подумала, как ноги сразу остановились. Ещё бы не остановиться, когда, вдруг, понимаешь, что не знаешь куда идёшь. Пришлось внимательно осмотреться. Поросшая травой дорога тянулась до самого горизонта. По левую сторону зеленел луг, по правую – синело озеро.
– Спрятаться негде: ни кустиков, ни деревьев, – вытерла пот со лба. – Что теперь делать? Задачку задали, а списать не у кого.
– Дорогу осилит идущий, чемодан несущий! – донеслось откуда-то снизу.
От испуга Беатрис подпрыгнула, уронив ношу.
– Ты всё-таки это сделала, злюка очкастая! – закричал чемодан.
– Что-о-о?!
– Что-что, меня покалечила!
Взглянув на руку, Беатрис увидела наиважнейшую деталь чемодана – ручку. Досадная оказия усложняла путь. Как тут не расплакаться?
– Не реви! Я не прочь прогуляться под мышкой, пока ты меня не починила. Тем более, знаю куда идти, – запрыгнул он к ней на руки.
– И куда же?
– Вперёд, Трикси! Вперёд и вперёд!
Вариантов оказалось меньше, чем два, поэтому пришлось соглашаться, а также пять раз извиняться перед Вояжёром – так назвал себя неудобный попутчик.
Солнце давно перекочевало через дорогу, а та и не думала куда-то приводить.
– Вояжёр, признавайся, ты меня обманываешь?
– Нет, Трикси.
– Тогда, когда мы придём?
– Куда?
– Туда, куда знаешь!
– Знаю, конечно. Только для этого нужно идти вперёд.
– Мы уже два часа идём вперёд, а впереди ничего нет!
– Правильно, ведь ты не к цели идёшь, а просто шагаешь. Будь у тебя цель, ты бы уже куда-то пришла. Вот, мне нужно только одно – идти вперёд... Я же – Вояжёр.
– Ага, всё-таки одурачил! Ах, ты…
– Не вздумай обзываться! Не то навсегда здесь останешься.
– Что делать? Отвечай! – топнула ногой Беатрис.
– Всё просто: закрой глаза, представь себе цель, сильно пожелай её достичь, и иди к ней. Чем сильнее желание, тем быстрее его осуществление. Это называется эзотерикой!
– Это что-то вроде магии?
– Наподобие. Только на магии сейчас много не заработаешь, а, вот, на эзотерике – да. Благодаря книжкам моего первого хозяина, мы объехали весь мир. Были…
Речь Вояжёра воодушевила девочку и помогла погрузиться в секретную практику. Вскоре усилия ученицы принесли плоды, как и та яблоня, в тени которой поспешили укрыться путники. Беатрис вдоволь напилась клюквенного морса и наелась сочных яблок. После таких чудес слово «эзотерика» для неё наполнилось особым смыслом.
*****
Новой целью стало возвращение домой. Однако на пути её реализации возникла проблема, глубина которой впечатляла.
Поначалу Беатрис подумала, что ей привиделось, но, с каждым шагом она убеждалась в обратном. Дорогу преграждала гигантская расщелина. Её невозможно было ни перепрыгнуть, ни обойти, а самое обидное – по ту сторону виднелся дедушкин дом.
– Как же так?.. Я не такое себе представляла.
– Такое-такое, – спрыгнул с рук Вояжёр. – Теперь я знаю, чего ты больше всего боишься.
– И что теперь делать?
– Лучше спроси у неё.
Беатрис обернулась к расщелине и увидела там… себя. Копия Беатрис сидела на краю пропасти и ела мороженое.
– Кто ты? – спросила настоящая Беатрис.
– Я – это ты, только капельку другая.
– Шутишь?
– Ничуточки.
– Это невозможно!
– Везде всё возможно, тем более в мире сновидений, то есть здесь. Неужели ты до сих пор не поняла, куда попала? Ну-ну. Страх и глупость даже во сне возводят преграды... Короче, я пришла тебе помочь. Совет такой: воспользуйся тем, что в чемодане! Кстати, здесь скоро стемнеет, а в реальном мире наступит рассвет. Поторопись!
Как только «капельку другая» Беатрис исчезла, настоящая Беатрис начала действовать.
– Вояжёр, как тебя открыть? – погладила она его.
– Ключом, например, – притулился он к ней.
– Издеваешься? Его же нет! – стукнула его пальцем.
– Тогда думай! – отпрыгнул он.
– Ну, пли-и-з.
– На голову карниз. Думай!
Решать проблему, когда волнуешься – всё равно, что копать картошку ночью во время дождя. Крайне неудобно и трудоёмко. Мысли Беатрис метались из стороны в сторону, словно незадачливый огородник в описанной выше ситуации, когда замечал, что пропустил куст.
Вояжёр внимательно наблюдал за своей спутницей. Та что-то бормотала себе под нос, который то и дело чесала указательным пальцем. Потом подошла к краю пропасти, наклонилась и… резко отпрянув, упала на спину. Вояжёр поспешил к ней, но сразу замер, увидев её взгляд.
– Знаешь, мой деревянный друг, иногда, полезно заглянуть за край страха. Удивительные ощущения возникают при этом... Особенно в боку!
Беатрис достала из кармана чемоданную ручку. С одной стороны из неё торчал небольшой фигурный штырь. Это и был ключ. Вояжёр молчал.
– Стыдно? – спросила она.
– Прости, я не хотел прекращать путешествие. Если…
– Если попадём домой, там и извинишься. Сейчас нет времени.
***
Что полезное может таить в себе чемодан для преодоления такого препятствия, как восьмиметровая расщелина? Мостик туда никак не влезет, лестница и бревно тоже. Разве что верёвка? Но и той там не оказалось. Зато лежали: четыре воздушных шара, катушка декоративной ленты, фломастер, бутылка воды и вишнёвая косточка.
– Вояжёр, по-твоему, эти маленькие шарики в силах поднять человека в воздух?
– Мне почём знать? Внутри меня только то, что нужно в данный момент моему хозяину. Или хозяйке, – поклонился он.
– Тоже мне, питомец.
Один воздушный шар оказался обычным, другие три были в виде планет: Юпитера, Марса и Земли. Беатрис обожала космос и часто путешествовала по нему в своих фантазиях. Больше всего ей нравилось посещать Марс, где она в прошлом году открыла самый крупный в галактике завод по производству чипсов.
«Шары нужно надуть, – размышляла девочка. – Вот и лента для них. Косточка… возможно, её стоит посадить в землю и полить водой. Тогда вырастет дерево, а там… Фломастером можно нарисовать Вояжёру крылья, а лучше ноги – длинные-длинные. Пусть прыгает через пропасть, глупый коробок…».
Пришло время действовать. Вишнёвая косточка была посажена и полита водой, шары надуты и завязаны. Но... Первыми разочаровали шары. Их грузоподъёмные возможности оказались заурядными. Такой транспорт годился, разве что для мышей. Затем подвела вишнёвая косточка, за нею – ноги. О том, на каких условиях их разрешил нарисовать Вояжёр, лучше никому не рассказывать.
Солнце близилось к закату, уводя за руку надежду на возвращение. Путники грустили. Все их идеи провалились, а на придумывание новых оставалось мало времени. Как вдруг с озера подул сильный ветер, чуть не вырвав шарики из рук Беатрис.
– Здравствуй, Шалун. Когда ты уже перестанешь дурачиться?
– Если перестану – меня не станет. Ветру нельзя останавливаться. Никогда. О-о-о, да ты снова не в духе. Чем могу помочь?
– Эх-х, наверное, ничем… Домой хочу, – всхлипнула она.
– Могу устроить.
– Как?
– Напиши на шарике сообщение, и я доставлю его, куда захочешь.
Предложение Шалуна обрадовало Беатрис. У неё появился шанс связаться с дедушкой, а тот, обязательно, что-нибудь придумает. Роль воздушного письма досталась самому большому шару – Юпитеру. Ветер весело подхватил его и, крутя и подбрасывая, погнал к адресату.
О таком аттракционе можно было только мечтать. Вояжёр, даже, начал немного завидовать счастливчику, но сразу перестал, когда тот взорвался над расщелиной. То же само случилось с Марсом и с Землёй. Расстроенный Шалун умчался прочь.
***
На огромной, светлой луне тихо приплыла ночь, разбросав по пути звёзды. Беатрис сидела, обняв колени, и смотрела на небо – манящее и холодное.
– Однажды я научилась собирать из звёзд новые созвездия, а потом – целые галактики, и стала рисовать их в альбоме. Показала альбом папе, он похвалил меня и сказал: «Бесси, тебя ждёт NASA! Так держать!». Как-то заметила – сюжеты картин совпадают с моим настроением…
– Брось, Трикси, мы найдём способ перебраться через эту противную яму. Рисуй в своей голове только хорошее, и всё получится. Это же эзотерика! Помнишь?
Беатрис подняла с травы оставшийся шарик и посмотрела сквозь него на луну. Улыбнулась. Взяла фломастер и начертила на шарике линию.
– Свой первый космический дом я построила на Луне, – продолжала она работать фломастером. – Уютный и красивый, он имел высокую дымовую трубу, флюгер и панорамные окна. Чтобы все знали, что в нём кто-то живёт, я повесила в зале большую люстру. Её яркий свет был виден, даже с Земли.
Нарисованный дом наполнился светом и шар засветился.
– У тебя получилось! – подпрыгнул Вояжёр. – Пиши быстрее письмо и запускай.
Беатрис так и сделала. Шарик поднялся вверх и, освещая землю, полетел к расщелине. Дыхание путников замедлилось, а вместе с ним и время. Мягкий овал света приблизился к краю бездны и начал медленно в неё проваливаться, пока не исчез. Оставалось совсем немного, и Беатрис показалось, что свет коснулся дальнего края. Она стала хлопать в ладоши: раз, два… Третий хлопок никто не услышал – последний шанс взорвался яркой вспышкой.
***
Девочка опустилась на колени и закрыла лицо руками. Нет, она не плакала. Она слушала тишину: пять минут, десять, пятнадцать…
– Трикси, я часто говорю разные глупости, но не сейчас. Если тебе дан этот набор: шары, ленты и прочее, значит, что-то из него работает. Возможно, ты неправильно его используешь…
– Да. Мои идеи оказались слишком простыми. Фантазии в них ровно столько, сколько смелости, а магии, или как ты говоришь, эзотерики, и того меньше… Ты видел блеск вдали над расщелиной или мне показалось?
– Нет, не видел.
– Тогда нам ничего не остаётся, как сделать одну невероятную вещь. Только так можно проверить мою догадку. Ты боишься воды?
– Конечно!
– Я тоже. Значит, всё получится.
– Что?!
– Пойдём.
Они пошли к озеру. Беатрис намотала на ладонь левой руки ленту, а в правую взяла катушку, разбежалась и, что есть силы, бросила её в озеро.
– Что ты делаешь?
– Хочу привязать луну.
– Но это невозможно!
– Возможно. Главное – добросить ленту.
Добросить ленту до лунного отражения никак не получалось – слишком далеко. Тогда Беатрис сделала следующее: раскрыла чемодан, зашла по колени в озере и зачерпнула чемоданом воду.
На берегу молчали двое и дрожали. Он дрожал от страха, она – от холода. Наконец он пришёл в себя и сказал:
– Ты сошла с ума! Немедленно осуши меня!
– Пожалуйста, потерпи немножко. Я быстро.
Беатрис оторвала отрезок ленты и опустила его свободный конец в чемодан. В этом момент он напоминал озеро, только в миниатюре. Но, как и в настоящем озере, в нём отражалась луна. Когда лента коснулась светящегося диска, тот вздрогнул и начал раскачиваться из стороны в сторону, касаясь стенок чемодана. Ускоряясь всё больше и больше, он вдруг выпрыгнул и повис в воздухе. Как только это случилось, Беатрис освободила своего приятеля из мокрого плена.
– Трикси, ты – умница! Этот лунный шарик похож на прежний, только он больше и ярче.
– И с ним точно ничего не случится. Вперёд!
Друзья поспешили к расщелине. Ручная луна далеко освещала им путь и заставляла траву колыхаться, как волны. Вскоре они увидели блеск, исходящий от стеклянного моста. Мост оказался узким, не более метра шириной, к тому же без перил. Беатрис взяла на руки Вояжёра и сделала шаг…
Мост треснул и осыпался тысячами осколков. Когда его не стало, края расщелины начали сближаться, будто именно мост их удерживал. Такое зрелище, наверняка, напугало бы наших путешественников, если бы они находились на мосту. Но их там уже не было.
Беатрис приближалась к дому. Вояжёру понравилось сидеть у неё на руках, поэтому приходилось его нести. Друзей сопровождал Шалун.
– Шалун, хоть это и сон, но скажи, когда ты вчера в реальном мире открыл мой дневник на странице со словом «чердак», это произошло не случайно?
– Возможно, Беатрис. В мире сновидений всё возможно, как и в реальном мире.