Несмотря на некоторый спад словесной пикировки и взаимных обвинений, азербайджано-российские отношения переживают не лучшие времена. Слишком многое свидетельствует о том, что Баку последовательно дистанцируется от Москвы, и никакие визиты либо же рассуждения о «союзническом взаимодействии» не в состоянии изменить этот устойчивый тренд.
История с катастрофой самолета авиакомпании Azal под Актау обязательно должна была иметь продолжение, и оно последовало. Получившая широкую огласку в СМИ смерть 27 июля «двух азербайджанцев в Екатеринбурге «послужила просто удобным предлогом. Азербайджанские власти используют ситуацию для укрепления своих позиций внутри страны и за рубежом путем эскалации напряженности в отношениях с Москвой», – трудно не согласиться с выводом сотрудника одного из западных аналитических центров, цитируемого британской The Telegraph в статье о контурах новой архитектуры безопасности на Кавказе без участия Москвы. «Проблема в отношениях с Баку серьезная. Президент Алиев обнажил зубы. Теперь он видит себя триумфальной фигурой. Москва больше не диктует условия», – приводятся там же слова бывшего высокопоставленного российского дипломата.
В Баку поспешили осудить действия силовиков как внесудебное убийство на этнической почве, а по мнению некоторых этнически мотивированных спикеров, подлинной причиной происшедшего якобы стал отказ членов семьи Сафаровых отправиться в зону проведения СВО. Между тем в российских источниках можно найти массу фактов криминального беспредела со стороны этнических банд на протяжении последних десятилетий, не отрицаются и широкие бизнес-интересы местных кланов, в том числе и оппозиционно настроенные по отношению к действующей бакинской власти комментаторы. «Азербайджанская диаспора в России – пожалуй, самая богатая в мире, хорошо организованная, если мы подразумеваем под организацией создание квазибюрократической структуры, которая берет на себя право репрезентировать всех азербайджанцев. проживающих в России», – отмечает проживающий в Берлине исследователь, уроженец прикаспийской страны Сергей Румянцев. По его мнению, правящий режим за десятилетия карабахского конфликта настольно привык списывать проблемы страны на «происки внешнего врага», что сейчас просто не может действовать в иной логике. Учитывая некоторые события последних лет (можно вспомнить про «тертерское дело», похищения и убийства талышских активистов, длительные сроки ни за что активистам «евразийского движения» и т.д.), ни о каком сострадании к пострадавшим азербайджанцам с российскими паспортами здесь и не пахнет – их гибель используется сугубо в качестве информационного повода и пропагандистского жупела. 9 июля стало известно о высылке из России главы азербайджанской диаспоры Подмосковья Эльшана Ибрагимова, а 17 июля был объявлен в розыск руководитель азербайджанской диаспоры на Урале Шахин Шихлинский, разыскиваемый, по информации СМИ, по делу о применении насилия к полицейскому (по этой же статье ранее был задержан его сын).
Помимо отмены визита вице-премьера Алексея Оверчука и других официальных лиц, последовали демонстративно жесткие аресты российских граждан (включая туристов, релокантов и т.д.), приостановка культурных обменов, закрытие представительств российских СМИ в Баку и иные символические шаги. С 7 по 9 июля в Баку с официальным визитом находился министр по чрезвычайным ситуациям РФ Александр Куренков, принявший участие в заседании Исполнительного совета Международной организации гражданской обороны и встретившийся с азербайджанским коллегой Кямаладдином Гейдаровым. Согласно предположениям СМИ, в ходе поездки Куренкова не мог быть обойден стороной дипломатический конфликт между Баку и Москвой. При этом на момент подготовки данного материала к печати арестованные россияне пока оставались под стражей (правда, к ним допустили сотрудников российского консульства, что является рутинной процедурой).
В то время как Москва стремится максимально сгладить негативный резонанс, дипломатические разногласия могут перерасти в более масштабное противостояние, вновь выводящее на передний план давние споры об иностранной (прежде всего турецкой) военной инфраструктуре. За последние четыре года подобные сообщения появлялись как минимум раз в год и неизменно опровергались. Причем в последний раз это сделал президент Ильхам Алиев, назвав в конце 2024 г. (незадолго до крушения 25 декабря самолета авиакомпании Azal и последовавшего за ним политико-дипломатического кризиса) в интервью главе ВГТРК Дмитрию Киселеву подобные спекуляции ненужными и политически мотивированными и добавив: «В этом нет необходимости». В Шушинской декларации 2021 года содержатся положения о взаимной военной помощи в случае внешней агрессии: «Этого пункта достаточно. Он полностью исключает необходимость создания постоянной военной инфраструктуры». Кроме того, в современных условиях, учитывая глобальное спутниковое наблюдение и уровень международного контроля, скрыть такой объект было бы практически невозможно.
Однако в условиях стремительных изменений геополитических балансов, особенно на фоне заметного похолодания между Баку и Москвой, то, что когда-то считалось слухами, теперь может приобретать новую актуальность, по крайней мере, как сигнал о намерениях. Тесные связи правящих кругов современных Азербайджана и Армении с Великобританией и Турцией особым секретом не являются. А, как известно, чем ближе к Вашингтону и Лондону – тем дальше от Москвы, вовлеченной к тому же в затяжной вооруженный конфликт на территории бывшей Украинской ССР, за ходом которого внимательно следят как друзья, так и откровенные недоброжелатели, делая из происходящего вполне определенные выводы. К примеру, бывший глава администрации и помощник Гейдара Алиева Эльдар Намазов регулярно предлагает учредить на территории Азербайджана большую турецкую военную базу: «Это решение должно быть принято в ближайшее время. Этой базы будет достаточно, чтобы обслуживать население в 250 миллионов человек. Она может даже быть сдана в аренду нашему другому союзнику – военно-воздушным силам Пакистана, обладающим ядерным оружием».
По словам этого пользующегося широким доступом в СМИ авторитетного в Азербайджане эксперта, долго перечисляющего все «беды», якобы нанесенные «северным соседом» его стране за последние два века, Баку сталкивается с растущим давлением со стороны России и со стороны Ирана – государств, якобы представляющих прямую угрозу суверенитету Азербайджана. Симптоматично, что подобного рода заявления (отнюдь не только Намазова) стали циркулировать в СМИ через непродолжительное время после того, как в довольно-таки сдержанном заявлении Министерство иностранных дел России в очередной раз обратило внимание на попытки подорвать «стратегически важные» отношения Москвы и Баку. Конечно же речь не идет о случайном совпадении. Не являясь официальной политикой, высказывания в пользу дальнейшего укрепления военно-политических связей с Анкарой отражают изменение настроений в «стратегическом сообществе» Азербайджана, где ожидают от Турции более заметной роли в «обеспечении безопасности на Южном Кавказе».
Идея водворения на берегах Каспия постоянно действующей турецкой базы в последние годы периодически всплывала в СМИ двух государств. В то время как Азербайджан вступил в острую фазу политико-дипломатической, информационной и иной конфронтации с Москвой, роль Турции в регионе заметно возросла по ходу событий в Нагорном Карабахе в 2020–2023 годах и в последующий период. Возможность появления военной инфраструктуры Турции или НАТО на Южном Кавказе уже давно рассматривается Кремлем как красная черта. Во всяком случае, в июне 2021 г., до начала СВО, пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков заявлял о том, что «в любом случае открытие объектов военной инфраструктуры стран – членов альянса вблизи наших границ является поводом для нашего особого внимания и также причиной для наших необходимых шагов для обеспечения нашей безопасности и наших интересов». Накануне президент Турции Эрдоган не стал исключать создания в Азербайджане турецкой военной базы в рамках вышеупомянутой Шушинской декларации.
По мнению наблюдателей, обеспокоенность российской стороны и сегодня особенно остро ощущается в связи с членством Турции в НАТО и ее все более напористой внешней политикой, включая наращивание военного присутствия в Сирии, Ираке, Ливии и на Кавказе. «Если такой шаг будет официально оформлен, это не только изменит карту региональной безопасности, но и поднимет напряженность в отношениях с Россией на совершенно новый уровень», – заявил один европейский дипломат, знакомый с динамикой региональной безопасности. Некоторые западные наблюдатели полагают, что Баку намеренно провоцирует эскалацию конфликта с Москвой, чтобы добиться от нее уступок по интересующим его вопросам.
Согласно данным объективного контроля, военно-транспортная инфраструктура Азербайджана активно модернизируется, включая ангары для размещения и обслуживания беспилотных летательных аппаратов. Помимо обретших широкую известность тяжелых ударных аппаратов, турецкий ВПК активно работает над совершенствованием тактики действий «роями» относительно недорогих мини-дронов, что при определенном стечении обстоятельств может создать новые вызовы для России в Кавказско-Каспийском регионе. Турецкие военные советники плотно внедрены в военную структуру Азербайджана как минимум со времен войны 2020 г., а совместные учения стали обычным делом. Турецкая оборонная промышленность стала ключевым элементом послевоенной военной модернизации Азербайджана, включая продажу ряда перспективных систем вооружений, трансфер технологий и т.д.
На дипломатическом уровне Эрдоган последовательно выступает за нормализацию отношений между Баку и Ереваном при выполнении последним ряда известных предусловий Азербайджана. В последние недели вновь активизировались разговоры о т.н. Зангезурском коридоре в контексте возможного участия в его гипотетической эксплуатации некой американской конторы. Со стороны части армянской экспертной среды звучат призывы к скорейшему открытию коридора, в результате чего армянская сторона якобы получит дополнительные выгоды. Недавний визит в Стамбул премьер-министра Никола Пашиняна – первый визит армянского лидера со времен холодной войны – стал сигналом о том, что Турция считает себя центральной силой в регионе, постепенно заменяющей Россию.
Как упоминалось выше, разговоры о турецкой базе являются частью более масштабной стратегической перестройки, ускорившейся после начала Россией 24 февраля 2022 г. спецоперации на Украине. Хотя Баку не присоединился к западным санкциям, он не скрывает поддержки режима Зеленского, а также укрепил связи с Турцией, Пакистаном, Израилем, а в последнее время – также с Китаем, Вьетнамом, что дает дополнительные возможности для маневра.
Порою высказывается предположение, что в настоящее время Москва нуждается в Азербайджане даже больше, чем прикаспийская страна в России, что открывает Баку возможности для дальнейшей эскалации. Пользуясь возникшими у России трудностями, последние 3,5 года Азербайджан давил и добивался постоянных уступок, вплоть до полного вывода российского миротворческого контингента из Нагорного Карабаха после окончательного перехода края под контроль Баку осенью 2023 года, и явно намеревается давить дальше.
Перспектива более глубокого военного присутствия Турции в Азербайджане является тревожным сигналом как для России, так и для Ирана. Независимо от того, будет ли в конечном итоге создана база, геополитический центр тяжести на Южном Кавказе смещается. И Анкара, и Баку ясно дают понять, что намерены всячески приближать новую реальность, в максимальной степени отвечающую их интересам.
Андрей Арешев, Москва
Источник публикации: https://noev-kovcheg.ru/mag/2025-08/8795.html