Мне очень нравится читать интервью знаменитостей, особенно тех, кто уже не с нами. Это как бы проверка того, что они загадывали или предсказывали о своем будущем, и то, что в реальности случилось.
Один из читателей на моих страничках сказал :"Ну сколько можно про Оззи". Отчасти он прав. Ведь не только я пишу про него, но и мои коллеги по Дзену. Но ведь с другой стороны прошло всего два дня со дня его похорон. К счастью, большинство читателей с интересом читают статьи про Оззи. Иногда кое-что интересное добавляют. Вот и я решил обратиться к его довольно полному интервью от 2008 года, когда ему была присуждена премия "Живая легенда рок-н-ролла". И должен сказать, что Оззи в этом интервью раскрылся для меня совсем с другой стороны. Почитайте, будет интересно.
=================
«Я всегда ищу радугу, которую никак не могу найти» - это можно назвать эпиграфом к статье.
На церемонии вручения премии Classic Rock Awards в 2008 году Оззи Осборн дал одно из самых откровенных интервью. Здесь ему 59 лет.
После получения награды «Живая легенда» на церемонии Classic Rock'n' Roll Of Honour в 2008 году Оззи дал интервью, в котором рассказал о том, что значит быть Оззи Осборном
Эту награду Оззи Осборну в 2008 году вручил Слэш на церемонии Rock'n' Roll Of Honour в лондонском отеле Park Lane. После звёздного мероприятия, на котором присутствовали Джефф Бек, Ронни Вуд, Дэвид Ковердейл, Джек Брюс, Гэри Мур, Питер Грин и Уэйн Крамер, Оззи дал интервью журналу CR, в котором рассказал о своём творческом пути.
Как прошёл ваш вечер?
Это было действительно здорово. Вчера я прилетел из Лос-Анджелеса и завтра возвращаюсь. Так что это был настоящий ураган. Я сидел с Шэрон за нашим столиком, и люди подходили поздороваться. Я больше не пью, так что, по крайней мере, я буду помнить утром, что происходило вечером. Я начал немного волноваться, когда все затянулось, потому что я думал, что все будут чертовски (это любимое слово Оззи будет часто встречаться в интервью - по-английский это слово начинается на букву "f....ng") безумными из-за самой церемонии.
С кем вам было приятно пообщаться?
Джефф Бек подошел ко мне, и Ронни Вуд сказал пару слов. И, конечно же, Джек Брюс. На прошлой неделе я был со Слэшем в Калифорнии, и он не сказал, что приедет. Это было странно.
В такие события, как это, вы думаете о своём покойном гитаристе Рэнди Роудсе?
Да. О да. Видеть его там, на экране... [его слова затихают...]
Кто-то скажет, что если бы вы встретили тогда Рэнди, то, возможно, мы бы сейчас с вами не разговаривали?
Да. Это правда. Это очень печально.
О чём вы думали, стоя на подиуме?
Я думал, что всё спланировал, но когда я вышел, то не смог придумать, что, чёрт возьми, сказать. Я ужасно нервничал. Честно говоря, мне не очень нравятся такие вещи.
Тем не менее вам, должно быть, приятно, что вас называют живой легендой?
Это чертовски здорово. Смотрю на коллаж из фотографий на экране… когда я думаю о том, откуда я родом. Вся моя жизнь была там. Я занимаюсь этим уже много лет. Я и представить не мог, что продержусь так долго. И, надеюсь, во мне ещё что-то осталось. То, что я жив, — разве это, чёрт побери, не чудо? Всё, что выходит сейчас, — это что-то вроде бонуса, потому что, судя по всему, я должен был умереть 30 лет назад из-за образа жизни, который вёл. Но я не пью. Я не курю. Я не употребляю наркотики. В последнее время я чертовски скучный.
Вы правда считаете себя скучным или это просто сравнение с тем, каким вы были раньше?
Когда я впервые попробовал алкоголь и наркотики и окунулся в безумную жизнь, которую дарит рок-н-ролл, мне было очень весело, но потом это быстро мне надоело. Я всегда придерживался одного правила: перед выходом на сцену я всегда был трезв. Но бывали случаи, когда я не был трезв. Таких случаев было немного. Обычно я напивался после концерта. Я всегда уважал публику… При этом иногда я просыпался с похмелья и чувствовал себя отвратительно. Иногда я даже не понимал где я.
Однажды, когда вас спросили о вашем успехе, вы ответили: «Я в замешательстве. Неужели я такой особенный? Я не понимаю».
В каком-то смысле это так. Я не думаю, что действительно заслуживаю этого, потому что на моём пути было много людей, которые мне помогали и они были лучше меня. Это была не моя идея. Я был простым парнем из Астона, это в Бирмингеме.
Каково это — быть Оззи Осборном?
Я всегда ищу радугу, которую никак не могу найти. Вместо того чтобы просто быть собой, я обладаю одним из тех алкогольных мозгов, которые думают о тёмной стороне жизни. Я не могу сказать: «В декабре мне исполнится 60, я сделал счастливыми многих людей». Я всегда думаю о тех немногих, кого я не сделал счастливыми.
Например, Шэрон часто говорит мне: «Что с тобой не так, чёрт возьми?» Мы пойдём на какое-нибудь мероприятие, и в углу будет стоять незнакомый мне парень с таким выражением лица, что я подумаю: «Он меня ненавидит». И я проведу весь вечер, пытаясь ему понравиться. А Шэрон подойдёт ко мне и скажет: «Что с тобой не так, чёрт возьми?» А я скажу: «Этот парень, я ему не нравлюсь». А она ответит: «Ну и что? Но остальные тебя любят». Но вот я такой, какой есть.
Это как когда я иду на концерт. Если я стою на сцене и вижу, что какой-то парень стоит и скучает, я буду выступать для него. На самом деле был такой случай, я расскажу вам забавную историю. Это правдивая, правдивейшая история. Это типично для Оззи Осборна. Иногда я веду себя как дурак. Я выхожу на сцену. Я даю концерт. Этот чёртов зал забит до отказа. Их там тысячи. Слева на сцене стоит группа людей, человек шесть или восемь. Они просто стоят [скрещивает руки на груди и принимает скучающую позу]. Я подумал: «Чёрт возьми, я должен их завести». Я веду шоу, встаю к ним лицом, кричу как сумасшедший, и пот струится по моему лицу. У меня шея затекла от стояния у микрофона.
В конце концов я срываюсь и поворачиваюсь к своему помощнику Тони. Я говорю: «Уведи отсюда этих детей. Иначе я умру. Верни им их гребаные деньги». А он говорит: «Озз, они же глухие». Я обалдел: «Что? Боже ты мой!». Я сразу все слова песен забыл. И тут я пытаюсь мгновенно выучить этот грёбаный язык жестов. [Оззи начинает изображать язык жестов и говорить очень внятно] Мне… очень… жаль! - я им говорю. Не знаю, уж поняли они меня или нет. Там было около 90 000 человек и восемь, блин, глухих, а я подумал, что им не понравилось шоу [смеётся]. Это в духе Оззи.
Чувствуете ли вы, что люди чего-то от вас ждут, когда встречаетесь с ними?
Я всегда был клоуном. Мне нравится делать людей счастливыми. Мне нравится, когда люди радуются жизни. Когда я был в школе, я всех смешил - у меня была проблема с речью. Никто не понимал, что я говорю и поэтому весь класс хохотал. Когда мы снимались в телешоу, мой сын спросил меня: «Папа, ты бы предпочёл, чтобы люди смеялись над тобой или вместе с тобой?» Я ответил:
«Знаешь что, Джек, пока они смеются, мне плевать, смеются ли они надо мной или вместе со мной, лишь бы они смеялись».
Как вы отвечаете тем, кто считает, что вы продались?
Продался чему или кому? Продался и стал заложником образа — это почти одно и то же. Я не ходил ни в какие колледжи, школы или университеты, чтобы стать Оззи. Я просто был таким. Большая часть моего безумия, большая часть моего образа были связаны с алкоголем и наркотиками. Я мог бы продолжать употреблять алкоголь и наркотики, но я несу ответственность перед своей семьёй. Я не хотел умереть раньше времени. Так что же мне делать, напиться до беспамятства? Я не знаю, что на это ответить.
С одной стороны, я понимаю, о чём ты говоришь, а с другой — я в замешательстве. Чего люди от меня хотят? Хотят, чтобы я умер, занимаясь тем, чем занимаюсь? Я больше не употребляю наркотики. Я больше не употребляю алкоголь и не курю травку. Я правда не знаю, что тебе сказать на это. Если они думают, что я продался, то что ещё я могу сказать, чтобы они не думали, что я продался?
Меня это всегда беспокоило. Я не говорю:
«О, я не могу заниматься этим телевизионным дерьмом. Я не могу сниматься в рекламе»… это, чёрт возьми, работа.
Это то, чем я занимаюсь. Я понимаю, о чём они говорят. Поверьте, я часто об этом думаю. Могу ли я делать это и не ожидать нападок со стороны своих поклонников? Я постоянно говорю это Шэрон, и она права. Это моя работа. Если вам платят деньги за вашу работу, то вы продались?
Есть ли что-то, чего бы вы не сделали, опасаясь негативной реакции?
Я постоянно, чёрт возьми, задаюсь этим вопросом. На самом деле меня не особо волнует телевидение, но опять же, если оно появляется, что мне делать — отказываться? Если ко мне пришли, то они считают, что я сделаю это хорошо и это будет кому-то интересно, иначе бы они пришли к другому. Было время, когда было немодно выступать в Top Of The Pops, потому что люди думали, что ты продался. Когда Black Sabbath выступили на Top Of The Pops, мы сделали это просто потому, что это был Top Of The Pops. Но потом на нас обрушилась критика, потому что такие группы, как Ten Years After и другие, в то время отказывались там выступать.
Чувствуете ли вы какую-то ответственность перед поклонниками Sabbath?
Время от времени я беру в руки журнал и читаю, что обо мне пишут. Я прочитал одну статью, в которой говорилось, что Тони [Айомми] должен забыть об Оззи. Он не собирается записывать альбом Sabbath. Но позвольте мне объяснить, почему я не записал альбом Sabbath. Тогда я был другим человеком.
Название Black Sabbath — особенное, по крайней мере для меня, потому что мы не были некоей группой, собранной каким-то магнатом, как эти чёртовы Spice Girls или кто-то в этом роде. Мы были четырьмя парнями из Астона, из Бирмингема. Я учился в школе с Тони, мы создали группу, и с первого альбома она стала популярной. Очень сложно вернуться в то время и вернуть то, что у тебя когда-то было. Это как будто мы все выросли. Я очень рад, что мы снова стали друзьями. Это значит для меня больше, чем что-либо другое.
Как, по вашему мнению, статус знаменитости повлиял на вашу музыкальную карьеру?
Я не знаю. Я должен быть с вами откровенен. Это гребаное слово - знаменитость, я его не понимаю. Я не планировал это и не думал: «Если я сниму «Семейку Осборнов, то…» Это просто случилось. Если бы у меня была формула, как добиться успеха, в этом городе у меня была бы очередь на весь чёртов штат Калифорния.
Когда ты успешен, все хотят тебя увидеть. Папарацци — это уже как болезнь. В моём доме должна была быть круглосуточная вооружённая охрана. Нам приходится все уничтожать, потому что люди роются в мусорных баках и ищут то, что мы выбрасываем. Это как быть грёбаным заключённым. Поначалу это было весело. Я выкладывался по полной каждую минуту шоу.
Как бы вы описали себя?
Мне очень повезло. Мне очень посчастливилось. Мне очень повезло, что я влюбился в свою жену. Мне очень повезло, что я продержался так долго. Мне очень повезло, что я жив. Мне очень повезло, что сегодня я трезв и чист.
А как бы вы описали себя человеку, который никогда не слышал об Оззи Осборне?
Клоун. Клоун хочет сделать людей счастливее, чем они уже чувствуют себя.
Вы бы хотели, чтобы вас запомнили как клоуна?
Нет. Я - парень, который пытался сделать так, чтобы люди получали удовольствие от жизни.
Как Князю Тьмы, вам, должно быть, не по себе от тех невероятных моментов, когда вы оказываетесь за ужином с президентом Бушем или выступаете в Букингемском дворце?
Я не ужинал с президентом Бушем. Я не такой, как тот ирландец [он имеет в виду Боно]. Я ходил на это мероприятие. Я не понимал, о чём, чёрт возьми, идёт речь. Я подумал: «К чёртям собачьим всё». Я выпил около трёх бутылок какого-то дерьма, и меня тут же стошнило. Я всё время ходил отлить.
Когда я приехал, там был настоящий бедлам. Там было, наверное, около 3000 ТВ операторов и журналистов. Это было как раз в то время, когда The Osbournes набирали популярность. Прошло всего несколько месяцев после того, как кто-то сравнял с землёй Всемирный торговый центр. Я захожу в тот зал, на сцене стоит подиум. Вокруг нас все эти новостные каналы: Fox, MSNBC, BBC и Christie Brinkley за одним столом, и я приперся: «О чём, чёрт возьми, вся эта хренотень?» Я просто подумал: «Это какое-то безумие! Что я здесь делаю?»
И я начал пить вино. Я напился в стельку. И когда он [Буш] поднялся на сцену, я подумал: «Это что, грёбаный сон или что?» Он сказал:
«Сегодня у нас здесь несколько очень почётных гостей, например Оззи О-о-оззи [говорит с техасским акцентом]. Моя мама — его большая поклонница». Это просто безумие. Я был в шоке. Я думаю: «Террористы взорвали задние, может быть взорвут и это здание тоже, где мы сейчас находимся. Они собираются убить правительство и меня вместе с этими ублюдками». Я никогда не думал, что всё будет так.
Должно быть, вам было не менее странно оказаться в Букингемском дворце на концерте в честь 50-летия правления королевы.
Когда я пришёл во дворец на это чёртово мероприятие, там висели таблички: «Не сквернословить», «Не использовать ненормативную лексику», «Не гоняться за дикими животными». Я подумал, что это точно не для меня. «Не гоняться за животными». «Не бросать ничего в озеро»... если только у вас к шее не привязан кирпич [смеётся].
Как вы относитесь к тому, что в декабре вам исполнится 60 лет?
Я не жду этого с нетерпением. Но я не могу этого отрицать. Мне будет 60. Я не так уж плохо выгляжу. Я не так уж плохо себя чувствую. У меня была невероятная жизнь. Я не знаю, что сказать о том, когда мне исполнится 60. Это всего лишь ещё один день рождения. Я рад, что мне исполнится 60. Надеюсь, мне исполнится 70. Когда мне было 18–20 лет, я говорил: «Я умру раньше, чем мне исполнится 40». Так и было, пока мне не исполнилось 39. Тогда я подумал: «А как насчёт 50?» Никто не выходит отсюда живым. Вот так.
Вы боитесь смерти?
Нет. Но я не в восторге от этой идеи. Но что есть, то есть.
Учитывая всё, через что вам пришлось пройти, считаете ли вы себя выжившим?
Я как бы случайно выжил. Когда я употреблял алкоголь и наркотики и всё такое, я никогда не спал на спине. Я вбил себе это в голову, потому что многие люди в моей жизни лежали на спине и ночью захлебывались собственной рвотой. Поэтому я автоматически ложился на бок. Даже сейчас я не могу спать на спине. Может, из-за того, что я выжил, люди думают, что я продался?
Нет. Я думаю, дело скорее в том, что вы порой вели безрассудный образ жизни. Люди могут усомниться в вашем легкомысленном отношении к смерти.
Если утром у тебя на завтрак бутылка водки, то к чёрту всё, что будет дальше. Я был хроническим алкоголиком. Позволь мне сказать тебе кое-что: когда я начал пить и накачиваться, это было очень весело. У нас были косяки, кокаин, всё это дерьмо, но в какой-то момент в моей жизни, и я уже не помню, в какой именно, всё изменилось. Я больше не мог так поступать с собой, потому что не хотел умирать и боялся дожить до конца уже завтра.
Вы о чём-нибудь сожалеете?
У каждого есть свои сожаления, но прошлое не изменить, а вот будущее можно попытаться изменить. Мне нравится думать, что моя жизнь была чем-то вроде пути, полного опыта. Ты не узнаешь, нравится ли тебе клубничный джем, пока не попробуешь его. Не хочу показаться старым чёртовым философом. Если тебе нравится напиваться до чёртиков, отлично. Поверь мне, если бы я мог снова напиться, я бы не разговаривал с тобой об этом, я бы уже отключился. Но в конце концов это обернулось против меня.
Многие ребята не пришли сюда из-за этого: Джон Бонэм, Кит Мун. И еще с десяток. Я не грёбаный гуру коричневого риса и Будды. Моя последняя попытка приобщиться к Будде была такой: я купил золотого Будду высотой в шесть футов за семь тысяч и не могу найти в доме место, куда поставить эту чёртову штуковину, так что теперь она пылится в гараже. Я думал, что стану духовнее хотя бы на 10 минут. Хрена с два.
Почему вы пытались стать духовнее?
С возрастом начинаешь задумываться о том, что будет дальше. Когда я сделаю этот последний шаг, куда я попаду? Рай кажется мне чертовски скучным местом. Ад больше подходит мне, потому что там я плохой парень. Там не надо будет притворяться. Но я не плохой парень. Я долгое время был очень больным человеком. И до сих пор такой. Обязанности? Я ими пренебрегал. Я брал всё, что хотел. Иногда я это понимал, а иногда нет.
Мне просто очень повезло, что я могу говорить с тобой так, как говорю сейчас. У меня есть некоторые проблемы. Я сломал шею на том квадроцикле, и это сильно меня подкосило. Когда я вышел из комы, тот врач сказал мне, что, если бы я отклонился хоть на миллиметр в любую сторону, то я бы не сидел здесь и не разговаривал с ним, а в лучшем случае до конца жизни был бы прикован к инвалидному креслу.
Когда происходят подобные события, в которых вам явно повезло выжить, задаётесь ли вы вопросом: «Почему я был спасён?»
Я без тени сомнения знаю, что, если бы я не спал, когда Рэнди садился в тот самолёт, я бы уже был на этом грёбаном крыле с бутылкой водки. Я бы был с ним. Но мне было суждено не быть там.
Однажды, когда вас спросили о случае, когда вы убили кур своей бывшей жены, вы ответили: «Всем нравятся дикие и сумасшедшие парни, но такому парню, как я, нужно лечь в постель и лежать на подушке со своей совестью». Вас когда-нибудь мучила совесть?
Конечно. Временами меня мучает совесть. Иногда я прокручиваю в голове тот день. Но я очень чувствителен. Я думаю: «Какого чёрта я это сделал?» Я буду знать, что, когда ты уйдёшь сегодня отсюда, я буду думать: «Он подумает, что я грёбаный придурок». Когда люди читают мои старые цитаты, они понимают, что я чувствовал в тот момент.
Дело в том, что если ты продолжаешь делать одну и ту же глупость и ожидаешь другого результата, то это и есть безумие. Если я сижу в баре и не делаю ничего безумного, люди спрашивают: «Что с Оззи?» Разве я не имею права делать то, что хочу? Иногда из-за того, что я стараюсь угодить людям, я попадаю в ситуации, из которых не могу выбраться. Я профессиональный угодник. Это то, чем я занимаюсь. Я не умею играть на чёртовой гитаре.
Что вы считаете своим самым большим достижением?
...что я живой.
Какие у вас сейчас амбиции или планы?
Научиться жить по законам жизни. У меня есть только сегодняшний день. Я не буду сидеть здесь и думать: «Чёрт возьми, в следующее Рождество я сделаю то же самое...» Но когда я беспокоюсь о завтрашнем дне, я не живу сегодняшним.
Теперь вы себе нравитесь?
Я нравлюсь себе больше, чем раньше, но я всегда ищу чёрную тучу в своей жизни. Шэрон говорила мне: «Я тебя не понимаю. Посмотри, это чёртово небо голубое, а ты не будешь счастлив, пока не найдёшь там эту маленькую чёрную тучку». Это меня характеризует.
Вы пытались понять, в чём дело?
Думаю, дело в неуверенности в себе. В школе я учился плохо. Я вообще ни хрена не делал хорошо. Но когда я вышел на сцену, дела пошли лучше.
Теперь вы тоже чувствуете себя неуверенно?
Да. Я не придумывал себя таким. Я не садился и не говорил себе:
«Первые столько-то лет моей жизни я буду сумасшедшим ублюдком. А потом я сбавлю обороты. Это заставит меня пить, потому что я буду переживать, что становлюсь слишком нормальным. Этого не должно быть. Я всегда сомневаюсь в себе."
Планируете ли вы уйти на пенсию?
Каждый год. Мне не нравится на себя смотреть, потому что тогда я понимаю, какой я, чёрт возьми, старый. Я всегда говорил, что буду работать до тех пор, пока у меня есть аудитория и я хорошо выступаю перед зрителем.
И наконец, вы счастливы?
Я счастливее, чем раньше
===========
Вот таким раскрылся Оззи Осборн перед своими читателями и поклонниками в этом интервью. Надеюсь вам было интересно.
И на этом пока все. Разрешите откланяться. Как всегда спасибо вам за ваше внимание. Подписывайтесь, присоединяйтесь к нашему сообществу - впереди еще много разных статей о нашей музыке