Найти в Дзене
Наизнанку

Не такая, как все

Ложка звякает о дно тарелки. Овсянка остыла, но я всё равно ковыряю её, потому что надо же что-то делать руками. За окном опять дождь — третий день подряд. Питер умеет быть беспощадным к настроению. Телефон вибрирует. Мама. "Алёночка, ты завтракаешь?" Я смотрю на овсянку и почему-то улыбаюсь. Ей шестьдесят два, а она всё ещё беспокоится, поела ли я. Наверное, это материнский инстинкт — он не выключается даже тогда, когда твоей дочери тридцать четыре. "Да, мам. Овсянку." "Молодец. А витамины не забывай." Я не забываю. Я вообще мало что забываю. Может, в этом и проблема. Мама звонит ближе к обеду. Я знаю, о чём она хочет поговорить, ещё до того, как снимаю трубку. "Ты посмотрела ту квартиру?" Объявление висит в закладках уже неделю. Однушка в Купчино, тридцать квадратов, вид на завод. Не сказать, что плохо — просто честно. Никаких иллюзий. "Посмотрела." "И?" А что "и"? Что я должна сказать? Что боюсь жить одна? Что привыкла засыпать под звук её телевизора за стеной? Что иногда мне хочетс
Оглавление
Синдром «недостаточно хорошей дочери»
Синдром «недостаточно хорошей дочери»

Утро как всегда

Ложка звякает о дно тарелки. Овсянка остыла, но я всё равно ковыряю её, потому что надо же что-то делать руками. За окном опять дождь — третий день подряд. Питер умеет быть беспощадным к настроению.

Телефон вибрирует. Мама.

"Алёночка, ты завтракаешь?"

Я смотрю на овсянку и почему-то улыбаюсь. Ей шестьдесят два, а она всё ещё беспокоится, поела ли я. Наверное, это материнский инстинкт — он не выключается даже тогда, когда твоей дочери тридцать четыре.

"Да, мам. Овсянку."

"Молодец. А витамины не забывай."

Я не забываю. Я вообще мало что забываю. Может, в этом и проблема.

Одиночество в мире, где все на связи
Одиночество в мире, где все на связи

Разговор, которого не было

Мама звонит ближе к обеду. Я знаю, о чём она хочет поговорить, ещё до того, как снимаю трубку.

"Ты посмотрела ту квартиру?"

Объявление висит в закладках уже неделю. Однушка в Купчино, тридцать квадратов, вид на завод. Не сказать, что плохо — просто честно. Никаких иллюзий.

"Посмотрела."

"И?"

А что "и"? Что я должна сказать? Что боюсь жить одна? Что привыкла засыпать под звук её телевизора за стеной? Что иногда мне хочется просто поговорить с кем-то вечером, а не сидеть в тишине?

"Думаю пока."

"Алён, тебе же тридцать четыре. Пора бы уже..."

Она не договаривает. Мы обе знаем продолжение этой фразы. Пора бы жить своей жизнью. Пора бы найти мужчину. Пора бы рожать детей. Пора бы быть счастливой.

"Я знаю, мам."

"Ты посмотрела ту квартиру?"
"Ты посмотрела ту квартиру?"

Никита и Сергей

Никита был хорошим. Работал в IT, готовил потрясающую пасту, смеялся над моими шутками. Мы встречались полгода, и я всё время ждала подвоха. Когда он сказал, что любит меня, я поняла — подвох в том, что подвоха нет.

Я начала отдаляться. Отвечала на сообщения через час, отменяла свидания, придумывала проблемы на работе. Он пытался понять, что происходит. А что происходило? Я просто не верила, что кто-то может любить меня просто так, без условий.

Сергей был после Никиты. С ним всё было сложнее и понятнее одновременно. Он не говорил о любви, мы просто встречались, спали, смотрели фильмы. Это было проще — никаких обязательств, никаких ожиданий.

Но однажды вечером, когда мы лежали в его постели, он вдруг сказал:

"Ты знаешь, у меня такое чувство, что ты всё время готовишься к тому, что я уйду."

Я промолчала, потому что он был прав.

"Может, перестанешь убегать раньше времени?"

Я ушла от него через неделю.

«Ты как будто ждёшь, что тебя бросят»
«Ты как будто ждёшь, что тебя бросят»

Зеркало

Каждое утро я чищу зубы и смотрю на себя в зеркало. Пытаюсь понять, что во мне не так. Лицо обычное, глаза карие, волосы русые. Ничего особенного, но и ничего ужасного.

Мама иногда говорит: "Ты же красивая девочка, что с тобой не так?"

А что не так? Я работаю, плачу налоги, никого не убиваю, помогаю пожилым людям в метро. Хожу в театр, читаю книги, умею готовить борщ.

Но есть что-то. Какая-то пустота, которую я не могу заполнить. Не работой, не хобби, не отношениями. Она просто есть, как дыра в зубе — не видна со стороны, но постоянно напоминает о себе.

Одиночество в 34 — это не приговор?
Одиночество в 34 — это не приговор?

Суп

"Алёночка, я тебе суп приготовила. Твой любимый, с фрикадельками."

Я знаю этот суп. Она готовила его, когда я болела в детстве. Потом в подростковом возрасте, когда у меня были проблемы в школе. Потом в университете, когда я приезжала домой усталая и голодная.

Этот суп — её способ сказать "я люблю тебя". Но почему-то мне всегда казалось, что он означает "ты не справляешься сама".

"Спасибо, мам. Но сегодня не смогу приехать."

"Почему?"

А почему? Потому что боюсь утонуть в её заботе? Потому что не хочу быть вечной дочкой? Потому что тридцать четыре года — это слишком много, чтобы бегать к маме за супом?

"Устала."

"Хорошо. Тогда завтра."

«Что со мной не так?»
«Что со мной не так?»

Дождь

Я сижу у окна и смотрю, как дождь стекает по стеклу. Люди бегут под зонтиками, торопятся куда-то. У всех есть дела, планы, цели.

А у меня есть работа, которая не вдохновляет, квартира, в которой я не живу, а существую, и мама, которая любит меня так сильно, что иногда мне хочется спрятаться.

Я не несчастная. Я просто... пустая. Как будто жизнь проходит мимо, а я стою в стороне и смотрю.

Телефон молчит. Никита женился в прошлом году. Сергей переехал в Москву. Мама готовит суп.

А я сижу у окна и думаю: может быть, проблема не в том, что меня никто не любит. Может быть, проблема в том, что я сама себя не люблю.

Дождь не собирается заканчиваться. Но завтра, возможно, будет солнце.

Питер: история одной безысходности
Питер: история одной безысходности

А что, если в вашей жизни, всё происходило по похожему сценарию?

Делитесь своими мыслями в комментариях! И подписывайтесь на канал, что бы не пропустить новые увлекательные материалы.