Данный текст периодически появляется в том или ином виде в русскоязычном сегменте интернета (включая мой блог итерации 2022 года) и это не удивительно. На самом деле всё это переводы разной степени адекватности статей Максима Шуиннара - весьма известно теоретика и практика исторического фехтования, в том числе - и на тростях. Да собственно, он один из немногих, кто до сих пор активно раскручивает эту тему. С учетом того, что мы знакомы лично, хоть и не столь активно, как бы мне хотелось, при создании будущей книги я не мог не обратится к нему с просьбой использовать его материалы в своем труде. И получил не только разрешение, но и весьма приятное напутствие, за что я ему очень благодарен. Так что если кто-то захочет высказать претензии на тему, что всё это уже где-то было - надеюсь я достаточно ясно дал понять, что это и откуда.
Прежде чем приступить к рассказу о европейских прикладных стилях работы тростью, хотелось бы подчеркнуть один важный нюанс. Материалов, охватывающих все аспекты использования трости, до нашего времени дошло совсем немного. Это особенно касается фехтования и самообороны с тростью: у истоков дисциплины владельцы и мастера многочисленных школ вели между собой суровую конкурентную борьбу, по итогам которой в историю вошли лишь отдельные общепризнанные (и оставшиеся в живых) авторитеты.
Именно поэтому я испытываю глубокую благодарность к Максиму Шуинару (Maxime Chouinard, ирландский фехтовальщик и популяризатор европейских стилей палочного боя) – человеку, с которым мне, к сожалению, удалось пересечься достаточно мало, но чья работа вызывает искреннее восхищение. Он не только посвятил многие годы сбору материалов из различных источников, но также активно практикует и развивает дисциплину самообороны с тростью.
Его труды легли в основу трёх следующих глав, хотя сразу предупреждаю – пересказываю их в весьма свободной интерпретации. Если вас заинтересует более подробная информация о старинных европейских стилях, настоятельно рекомендую искать в интернете статьи и видео самого Максима Шуинара.
Итак, давайте начнём.
Законодатели моды, французы, использовали трости на протяжении веков, но не всегда в качестве оружия. Почти на всём протяжении эпохи Просвещения дорогая трость считалась в первую очередь знаком принадлежности к высшим слоям общества, а боевые применения кольев, дубин и посохов оставались уделом простонародья – пастухов, лодочников, крестьян и бродяг, которые редко попадали в поле зрения историков. Знать же, державшая трость в руках, воспринимала её исключительно как украшение, не считая скрытых в тростях клинков.
Что же послужило причиной изменения привычного положения вещей? Очень популярна теория, что превращение прогулочной трости из предмета роскоши в средство самообороны произошло на фоне ужесточения правил ношения оружия.
Я склонен считать это предположение верным, по крайней мере отчасти.
Во Франции ситуация с гражданским оружием начала меняться сразу после Великой французской революции (1789–1799), следствием которой в том числе стала борьба со свободным ношением оружия. И это логично: в истории достаточно и других примеров, когда после крупных социальных потрясений новые правительства стремились максимально уменьшить риск вооружённых конфликтов между участниками недавних боёв – разумеется, чтобы обезопасить в первую очередь себя. Поэтому, дабы сократить количество дуэлей и свести к минимуму возможность мятежей, открытое ношение оружия во времена Республики было сильно ограничено. В эпоху Второй империи (1852–1870) под Наполеоном III законы стали ещё строже. Следует заметить, что регламенты варьировались в зависимости от региона и даже на уровне отдельных городов. Но в целом открытое ношение оружия, особенно огнестрельного, нигде не приветствовалось и навлекало на владельца подозрения в нарушении общественного порядка.
То же касается и Англии. Викторианский этикет, например, предписывал джентльменам избегать демонстрации силы или оружия в повседневной жизни – это считалось признаком дурного тона. В Лондоне XIX века ношение оружия в общественных местах могло привести к аресту, если у человека не было на то явной причины (служба в полиции, армии и т.п.).
Поэтому вполне естественно предположить, что те, кто хотели иметь возможность себя защитить, стали искать альтернативу.
И таким образом трость – нейтральная, но вполне функциональная – в который раз завоевала популярность как «новейшее средство самообороны».
Именно на этом этапе стали возникать авторские школы работы тростью, которые сумели оставить след в истории.
И первой среди них, по моему мнению, была школа Мишеля Кассё.
Родившийся в 1794 году в восточном предместье Парижа, Кассё рано столкнулся с жестокостью улицы. Ещё в детстве он понял, что средства выживания в его районе – это сила, ловкость и умение драться. Будь Мишель простым хулиганом, история его жизни скорее всего оказалась бы недолгой и безвестной, однако он, в отличие от других уличных бойцов, обладал прозорливостью и умением строить планы. Тюремный опыт, вероятно, подтолкнул его к мысли, что выгоднее учить желающих хорошо драться, чем влачить жалкое существование бунтаря.
Он открыл зал на Монмартре и вскоре завоевал популярность во всех слоях парижского общества – от криминального мира до представителей элиты. В числе его учеников на улице Бюффо были такие впечатляющие фигуры, как герцог Орлеанский, художник Поль Гаварни, а также известный аристократ лорд Сеймур. Благодаря Гаварни, который запечатлел Кассё на литографии, мы можем увидеть, как выглядел мастер. Тощий, жилистый и покрытый оспинами – так современники описывали Мишеля.
Его методы преподавания даже по тем временам отличались суровостью, а техника использования трости сочетала элементы силы и неожиданности. Сам Кассё был мастером не только трости, но и кастета, дубинки и грубой работы ногами.
Важно, что на пике известности самого Кассё и его школы вышло печатное наставление под названием "Теория и практика савата и фехтования тростью".
На пятидесяти страницах этого трактата описываются далёкие от благородного спорта жёсткие принципы и приёмы, которые позволяли уверенно доминировать на опасных городских улицах.
Информация о происхождении «памфлета» (так называли в то время подобные издания) довольно противоречива.
В русскоязычных источниках его авторство приписывают самому Мишелю Кассё и утверждают, что именно эта работа стала катализатором популярности Кассё как мастера и созданной им школы. Однако французские источники утверждают обратное: Мишель якобы никогда не был автором этого произведения. Они подчеркивают, что стиль и характер книги не соответствуют его манере выражения. Согласно этим версиям, текст принадлежал перу одного из учеников Кассё, имя которого так и осталось неизвестным. Возможно, это был поэт и журналист Теофиль Готье – в журнале Le Charivari сохранилось упоминание о том, что этот гражданин опубликовал «Трактат об искусстве савата», якобы записанный им «под диктовку великого Мишеля Писсё» (Писсё – «Вонючка» – было известным прозвищем Мишеля Кассё).
Как бы то ни было, именно благодаря «Теории и практике савата» мы можем лучше понять методы работы с тростью, которые пропагандировал мастер.
Мишель Кассё считается одним из первых, кто начал активно совмещать технику работы с тростью и рукопашный бой. В отличие от большинства его современников, которые переносили принципы фехтования с рубящим клинком на трость, Кассё применял комплексный подход. Трость он использовал как дробящий инструмент, что соответствовало её природе. Вместо классической фехтовальной стойки он предпочитал более функциональные позиции, включая вариант с тростью, лежащей на плече. Кроме того, он активно внедрял удары и блоки ногами, что для того времени было новаторской техникой, идущей вразрез с привычным европейским стилем – отчего эти приёмы далеко не сразу вошли в арсенал бойцов и массовое распространение получили гораздо позже. Некоторые исследователи полагают, что именно Кассё заложил основы французской борьбы сават в её оригинальной, жёсткой форме, ещё далёкой от спортивного стиля.
Об эффективности метода Кассё может говорить такой, например, факт: один из его учеников, художник и актер Жан-Гаспар Дебуро, в уличной драке убил человека одним-единственным ударом трости – с таким мастерством преподавал Кассё.
Но, увы, душа этой сильной личности не выдержала натиска нищеты и презрения новой «цивилизованной» эпохи. Мишель Кассё умер в 1869 году в бедности, отвергнутый модным обществом. Однако его дело жило.
Маэстро Ларибо – загадочная личность, известная своими литературными трудами и методикой боевого искусства. Технически он считается первым, кто выпустил книгу, полностью посвящённую фехтованию тростью, где описал базовые приёмы практической самообороны.
Он подходил к обучению систематически – такие его новшества, как тренировочные антропоморфные мешки или ременные петли против обезоруживания, говорили о тщательной проработке деталей. Его техника позволяла защищаться и атаковать так, чтобы противостоять нескольким противникам сразу – при этом метод был доступен даже начинающим.
Интересно, что Ларибо не только совершенствовал искусство тростевых боёв, но и изобрёл «карманную трость», запатентовав её в 1854 году как компактное средство самозащиты. К сожалению, до нашего времени более подробная информация об этом изобретении не дошла.
При жизни Лабрио окружала слава, однако последние годы окутаны завесой неизвестности: ни дата смерти, ни обстоятельства ухода этого мастера так и не вошли в анналы истории.
Известно лишь, что после выхода на пенсию он сдал свою квартиру и свой зал своему другу и коллеге – Луи.
Он же – Луи Арман Викторьен Лебуше.
Буйная энергия и презрение к правилам вели Луи Лебуше по жизни. Родившись в Руане в 1807 году, он с ранних лет обладал непреклонным духом, позволившим ему достичь совершенства в овладении саблей и тростью. Человек вызывающей репутации, он мог одновременно быть мягким другом и жестоким учителем.
Будучи достойным учеником Мишеля Кассё, Луи не ограничивал себя условностями и своим ученикам предлагал уникальные программы – от «трёхдневного курса путника» до экспресс-обучения для уличной самообороны. У него занимались такие великие личности, как Виктор Гюго, Александр Дюма и Оноре де Бальзак.
За два года до издания труда об искусстве владения тростью Луи представил публике свой иллюстрированный трактат.
Кто сказал, что описанная в нём техника ничем не отличается от краткого курса фехтования на саблях? Ну да, маэстро был силён в фехтовании – чем и поделился с читателем.
Зато он стал первым в истории автором иллюстрированного учебника.
Однако чрезмерное пристрастие к выпивке и скандалам помешало ему достичь социальных высот. Он прогонял платёжеспособных учеников, устраивал драки с высокопоставленными людьми и вообще не хотел придерживаться никаких правил.
Умер Лебуше в 1866 году, прямо в своём зале.
В отличие от своих буйных предшественников, Шарль и Юбер Лекур сосредоточились на спортивном аспекте искусства владения тростью.
К сожалению, братья не оставили после себя письменных руководств по своим техникам. Однако при жизни они заслуженно считались одними из самых преуспевающих учителей боевых искусств Франции. Их наследие пережило их самих, став важной вехой на пути развития французского бокса.
Шарль начал свой путь освоения савата в возрасте шестнадцати лет под руководством уже знакомого нам мастера Мишеля Кассё.
Впрочем, Шарль быстро осознал, что мир меняется, и во многом перестал придерживаться «грубых методов» своего учителя, которые уже не соответствовали духу времени.
Под влиянием новых веяний он принял решение работать над созданием собственного стиля, адаптированного к требованиям современности. К нему присоединился его брат Юбер, талантливый мастер тростевого боя. Вместе они начали формировать технику, ориентированную на представителей высших слоёв общества – буржуазии и аристократии, – людей, привыкших к утончённости и элегантности, а не к грубой драке.
Братья соединили упрощённую, но стройную технику боя ногами с чёткими движениями английского бокса, сделав её привлекательной для состоятельной публики.
Шарль также стал первым, кто включил в поединки использование защитных перчаток, что привнесло дополнительный элемент безопасности.
Развиваясь, они начали изменять и подход к трости, лишая её калечащих приёмов. Взамен они акцентировали внимание на зрелищности движений, жертвуя долей эффективности ради красоты. Основной идеей их стиля становились простота, низкий уровень травматизма, а также акцент на скорости, точности и изысканности каждого элемента.
Даже название «сават», что в буквальном переводе означает «грубый башмак», претерпело перемены: новый стиль получил изящное название «шоссон», что переводится как «мягкая туфля». Проще говоря – тапочек.
Их выбор, вызвавший острую критику некоторых современников, был вынужденным. Новая эпоха, наполненная буржуазным духом благопристойности, отвергала проявления насилия. Императрица Евгения, супруга Наполеона III, вовсе запретила французский бокс во всех его проявлениях на целых четыре года. Под давлением обстоятельств братья, как и другие мастера того времени, были вынуждены проводить занятия тайно, маскируя их под уроки танцев, чтобы избежать лишнего внимания властей и соблюсти приличия.
Тем не менее рост популярности спорта и возрождение олимпийского движения в ближайшие годы позволили французскому боксу и фехтованию на тростях развиваться и совершенствоваться. Постепенно акцент смещался с боевых искусств на занятия ради здоровья, силы и координации, сделав их исключительно спортивным направлением, что очень понравилось элитам. Популярность французского бокса начала стремительно расти, а новое время породило новых чемпионов, которые своими достижениями закрепили бокс в культурной и спортивной жизни того времени.
Братья Лекур были не единственными, кто стремился развивать боевое искусство как спорт. Шарль Шарлемон и его отец Жозеф-Пьер Шарлемон, признанные мастера савата, взяли на себя задачу продвинуть эту молодую дисциплину на совершенно новый уровень. В 1878 году они опубликовали книгу «Теория и практика французского бокса», которая стала настоящим манифестом их идей. Помимо этого они внесли значительный вклад в создание «Академии бокса в Париже» и «Ассоциации французского бокса», преследуя цель популяризации направления.
Особенность их подхода состояла в том, что они обращались не только к элите, но и вообще ко всем любителям физической активности. Причём их амбиции выходили далеко за пределы Франции. Возрождение олимпийского движения и растущая популярность спорта в те годы позволили продвигать новый французский бокс и фехтование на тростях как дисциплины чисто спортивного характера. Это обращение к универсальности и доступности создало благодатную почву для дальнейшего роста популярности их искусства.
Разумеется, истории известны и другие мастера, оставившие яркий след в развитии этих направлений.
Луи Веньерон, который одержал победы над многими знаменитыми противниками, но уступил собственному ученику, а после трагически погиб во время неудачного циркового трюка.
Жуанвиль-ле-Пон, пытавшийся выстроить единую систему физического воспитания, опираясь на гимнастику с тростью и дубинкой. Этот мастер стремился к большему разнообразию техник, отходя от привычного фехтовального стиля движений.
Эмиль Андре, журналист, дуэлянт и оригинальный мыслитель, видел искусство самообороны с тростью как процесс изматывания противника с обязательным завершающим ударом.
Запомнился и Жан Жозеф Рено – участник первых Олимпийских игр, спортивный судья и писатель. Как и Эмиль Андре, он был активным участником гражданского движения «Уличная самозащита», в рамках которого пытался осовременить подход к самообороне, объединяя работу тростью с элементами восточных и западных единоборств.
Роджер Лафонд, переживший войну и плен, долгие годы совершенствовавший своё мастерство в джиу-джитсу, карате и других японских видах борьбы, также внёс свой вклад. Известно, что именно его методики легли в основу подготовки актёров для популярного телесериала «Мстители» 1961 года. Лафонд прожил долгую жизнь и ушёл из неё в 2011 году, не дожив всего три года до своего столетия.
Возможно, в тот непростой период были и другие выдающиеся мастера, чьи заслуги достойны упоминания, но жестокая эпоха заставила их исчезнуть в тени. Первая мировая война положила конец многим судьбам, перечеркнула целые направления, и многочисленные имена, некогда прославленные в спортивных кругах, погрязли в забвении.