Когда мы ехали в лаосскую деревню на реке Нам У, я был уверен, что нас ждёт стандартный юго-восточный «полевой» рацион: варёный рис, может быть, какая-нибудь жареная зелень, ну и традиционный суп, который в каждом доме варят по-разному.
Но уже в первый вечер я понял, что всё будет совсем не так, как я ожидал.
Мы с женой остановились у семьи, которая сдавала комнату за какие-то смешные деньги — около 50 тысяч кипов за ночь (это примерно 2 доллара).
В доме не было ни холодильника, ни газовой плиты, только костёр под навесом на заднем дворе.
Я сразу заметил, что в деревне почти нет магазинов.
Только крохотный ларёк, где продают пачку лапши да пару бутылок газировки.
Весь остальной «магазин» — это джунгли за домом и река, которая течёт прямо под окнами.
— А что вы обычно едите? — спросил я у хозяина дома, когда мы сели пить чай.
Он улыбнулся, показал рукой на воду:
— Рыбу, улиток, всё, что даёт река. Иногда змей.
Я подумал, что он шутит. Но утром увидел, что это правда.
Пошли за завтраком
Мы с женой проснулись рано — в 5 утра в деревне уже все на ногах. Я вышел на крыльцо и увидел, как наш хозяин с сыном спустились по склону к реке с сетками.
— Пошли с нами? — предложил он.
Мы, конечно, пошли.
Я взял фотоаппарат, но снимать почти не успел — то там улитку достают из воды, то мальчишка показывает какую-то ракушку.
Они ловили всё, что попадалось в сетку.
Мелкую рыбёшку складывали в корзину, раков — в отдельную, улиток — в пластиковую бутылку без горлышка.
Один раз мальчишка даже поймал маленькую змейку — я подумал, он её отпустит, но нет, аккуратно сложил в банановый лист.
Это не деликатесы — это просто еда.
Когда мы вернулись, жена шепнула мне:
— Ты серьёзно думаешь, что они это будут есть?
— Конечно, — сказал я. — Тут всё идёт в дело.
И действительно, на кухне уже кипел котелок.
В него закинули рыбу вместе с чешуёй и головой, добавили зелёные листья с огорода (мы так и не поняли, что это было — что-то вроде дикого шпината), лук и перец.
Змейку поджарили на углях.
Улиток высыпали в миску и полили соусом из ферментированного рыбного сока. Этот запах невозможно описать.
Жене он показался страшным. А я… я попробовал.
Оказалось, если закрыть нос, вкус — как у солёных морских мидий.
Только в сто раз ярче.
А если не поймали — идут в лес
В деревне никто не сидит без дела.
Если улов слабый — идут в джунгли.
Один день мы провели с детьми, которые показывали нам, как собирать съедобные листья и травы.
Я впервые увидел, как ребятишки ловят крошечных лягушек.
Они их жарят прямо на палках, как шашлычки.
— Это вкуснее чипсов, — сказал один мальчишка по имени Су.
Жена тогда только посмотрела на меня и покачала головой.
— Я думала, ты меня сюда за манго привёз.
А тут, оказывается, лягушки на палочках.
Мы оба засмеялись, потому что знали — именно за этим мы сюда и приехали: за реальной жизнью, а не за туристическими кафе.
У нас супермаркет — это лес и река
Я всё время думал, как это возможно — жить, почти ничего не покупая.
Оказалось, возможно.
Люди здесь не привыкли к запасам. У них нет холодильников.
Всё, что нужно, добывается по ходу дня.
На завтрак — рыба и листья.
На обед — может быть, мёд из дикого улья, если повезёт.
На ужин — то, что поймали в реке, или коренья, которые выкапывают под деревьями.
Мы с женой в какой-то момент поняли, что за неделю в деревне у нас не было ни одного одинакового блюда.
Каждый раз — что-то новое, что-то из природы.
Не думал, что мне понравится
Я всегда считал себя довольно городским человеком.
Не то чтобы я брезгливый, но улитки в качестве завтрака — это звучало для меня дико.
Оказалось, если сидишь на берегу реки, вокруг стоят зелёные горы, а ужин приготовлен на костре из того, что ты только что сам достал — это ощущается совсем иначе.
Мы с женой даже спорили, кто быстрее привыкнет к такому рациону.
Я выиграл — ел рыбу с костями, пил суп с непонятными листьями и уже не морщился, когда запах от ферментированного соуса накрывал всю кухню.
Как думаешь, мы бы смогли так жить?
Когда мы уезжали, я поймал себя на мысли: а ведь эти люди не бедные.
У них просто другие ценности.
У них есть река, лес, и умение брать от природы ровно столько, сколько нужно.
Меня поразило, что они не запасаются и не переживают о завтрашнем дне — у них есть доверие к жизни.
Я сказал жене:
— Представляешь, у нас в городе если в магазин не сходить — уже паника.
А тут — спокойно, идёшь в лес, идёшь на реку, и всегда найдёшь еду.
Она засмеялась:
— Только я не уверена, что готова каждый день есть улиток.
Но когда мы садились в лодку, чтобы плыть дальше по реке, я понял — мне будет не хватать именно этого ощущения: когда еда — это не то, что купил, а то, что добыл сам.
А как ты думаешь, смог бы ты жить так — без магазинов, без холодильника, полагаясь только на природу?
Или для тебя это уже слишком?
Напиши в комментариях — мне правда интересно.