Любовь Петровна появилась в моей жизни в самый трудный момент. Муж умер, дети живут далеко, а мне уже восьмидесят три года — одной тяжело стало справляться с хозяйством. Вот тогда мне в соцзащите и предложили оформить помощника по дому.
— Клавдия Ивановна, — говорит заведующая, — у нас есть очень хороший работник. Любовь Петровна, опытная женщина, ответственная. Поможет вам и с уборкой, и с покупками, и документы всякие оформить, если надо.
Любовь Петровна оказалась женщиной лет пятидесяти, полненькой, приятной на вид. Говорила ласково, улыбалась постоянно, сразу на кухне хлопотать начала.
— Ой, Клавдия Ивановна, да что же вы тут одна мучаетесь, — сразу заговорила она, оглядывая мою квартиру. — Посуды-то сколько накопилось, пыль везде... Ничего, ничего, сейчас быстро все приведем в порядок.
И правда помогала хорошо. Приходила три раза в неделю, убиралась, в магазин ходила, готовила иногда. Я ей благодарна была, даже сверх оплаты денежку давала — за такую заботу не жалко.
— Любовь Петровна, вы прямо как дочка родная, — говорила я ей. — Не знаю, что бы без вас делала.
— Ой, Клавдия Ивановна, да что вы говорите такое, — отмахивалась она. — Это моя работа, я за это деньги получаю.
— Но ведь можно работать по-разному. А вы с душой работаете.
— А как же иначе? Вы же человек пожилой, вам внимание нужно, забота.
Месяца через три она начала интересоваться моими документами.
— Клавдия Ивановна, а где у вас документы на квартиру лежат? Вдруг что случится, надо знать, где искать.
— В шкафу в спальне, в коробке. А зачем вам?
— Да так, на всякий случай. Мало ли что в жизни бывает. Лучше быть готовой заранее.
Потом стала спрашивать про родственников.
— А дети у вас где живут? Часто приезжают?
— Сын в Москве, дочь в Питере. Редко приезжают, работы у них много.
— Понятно. А завещание составляли?
— Какое завещание?
— Ну, на случай... На всякий случай. Чтобы потом родственники не ругались из-за имущества.
— Да какое у меня имущество? Старая мебель да эта квартира. Дети и так все получат.
— Ну не знаю, Клавдия Ивановна. Я видела всякие случаи. Лучше все заранее оформить, чтобы проблем не было.
Я тогда не придала значения этим разговорам. Думала, женщина опытная, знает жизнь, делится советами.
А потом Любовь Петровна стала чаще заговаривать о том, как трудно пожилым людям с документами разбираться.
— Вот вы, Клавдия Ивановна, такая умная женщина, а с этими бумажками как маетесь! То справку какую-то требуют, то еще что-то. А в наше время все так сложно стало — одни законы сегодня, завтра другие.
— Да уж, сложно, — соглашалась я. — Раньше все проще было.
— Вот именно! А теперь без юриста никуда. Хорошо хоть я немного в этих делах разбираюсь, могу подсказать.
— Разбираетесь?
— Ну как же, на курсы ходила, изучала. У меня даже сертификат есть — помощник по юридическим вопросам для пожилых граждан.
Это звучало внушительно. Я подумала — как хорошо, что мне такого помощника прислали.
А Любовь Петровна продолжала:
— Знаете, Клавдия Ивановна, я тут подумала. У вас ведь дети далеко живут, навещают редко. А вдруг с вами что-то случится? Кто документы разбирать будет? Кто похороны организует?
— Дети приедут.
— Приедут-то приедут, да не сразу. А пока доберутся, столько проблем может возникнуть! Квартиру опечатают, банковские счета заблокируют. Потом месяцами разбираться придется.
— А что делать?
— Да вот я думаю, может, стоит кого-то из местных в документы вписать? Чтобы в случае чего человек мог быстро все оформить, без волокиты.
— Кого вписать?
— Ну, например, меня. Я же рядом, помогаю вам постоянно. И в юридических вопросах разбираюсь. Оформим доверенность, и я смогу в случае необходимости все дела уладить.
Предложение показалось мне разумным. Действительно, если что случится, дети не сразу приедут, а дела не ждут.
— А как это оформляется?
— Очень просто. Идем к нотариусу, составляем доверенность на ведение дел. Ничего сложного.
— А это не опасно?
— Что вы, Клавдия Ивановна! Какая опасность? Это же не продажа квартиры, а просто доверенность. Чтобы я могла справки получить, коммунальные платежи оплатить, если вдруг вы заболеете.
Мы сходили к нотариусу, оформили доверенность. Любовь Петровна все объяснила, помогла с документами, даже за все заплатила.
— Не надо, я сама заплачу, — говорила я.
— Да ладно, это же копейки. Потом отдадите.
Через некоторое время она снова завела разговор о документах:
— Клавдия Ивановна, а вы знаете, что сейчас новый закон приняли? Про наследство.
— Какой закон?
— Да про то, что если у человека нет завещания, то квартиру могут забрать в пользу государства. Особенно если наследники далеко живут и не могут быстро оформить документы.
— Как забрать?
— А вот так. Говорят, что наследников нет, и все имущество переходит государству. Потом на аукционе продают.
У меня аж сердце защемило:
— Господи, а как же дети мои?
— Дети-то ваши докажут потом, что они наследники. Но это может годы занять. А пока они судятся, квартира уже продана будет.
— Что же делать?
— Есть один способ избежать проблем. Оформить дарственную.
— Дарственную?
— Ну да. Формально подарить квартиру кому-то из надежных людей, а самой продолжать в ней жить. Тогда никто ее забрать не сможет.
— А кому подарить?
— Ну, например, мне. Временно. Я же вам как родная дочь, правда? А потом, когда этот глупый закон отменят, переоформим обратно на вас.
— А это законно?
— Конечно законно! Человек имеет право подарить свое имущество кому хочет. Это называется дарение между близкими людьми.
— А дети мои не обидятся?
— А они и не узнают. Зачем их расстраивать? Главное, что квартира в безопасности будет.
Я засомневалась:
— Любовь Петровна, а может, лучше с детьми посоветоваться?
— Клавдия Ивановна, ну что вы! Они же далеко, не в курсе местных законов. А пока будете с ними советоваться, время упустите. Этот закон уже действует, каждый день промедления опасен.
— А точно потом переоформим обратно?
— Конечно! Я же не чужой человек, я вас как родную маму воспринимаю. Да и вообще, это чисто формальная процедура. Вы как жили в квартире, так и будете жить. Просто в документах будет написано мое имя.
— А если вы вдруг... ну, передумаете?
— Да что вы говорите! Как я могу передумать? У нас же доверительные отношения. Да и вообще, мы договор составим, что это временная мера.
Любовь Петровна была так убедительна, так искренне переживала за мою квартиру, что я согласилась. Мы снова пошли к нотариусу.
— Вы уверены, что хотите подарить квартиру? — спросил нотариус.
— Да, уверена. Любовь Петровна мне как дочь, я ей доверяю.
— Хорошо. Но учтите, что дарственная необратима. Отменить ее потом будет очень сложно.
— Мы понимаем, — ответила за меня Любовь Петровна. — Клавдия Ивановна все обдумала.
Оформили дарственную. Любовь Петровна опять за все заплатила, проводила меня домой, заварила чай.
— Ну вот, Клавдия Ивановна, теперь ваша квартира в полной безопасности. Можете спать спокойно.
— Спасибо вам, Любовь Петровна. Вы так обо мне заботитесь...
— Да что вы! Это моя обязанность.
Первое время ничего не изменилось. Любовь Петровна приходила как обычно, помогала по хозяйству. Но потом я заметила, что она стала вести себя по-другому.
— Клавдия Ивановна, а эта мебель совсем старая, — сказала она как-то, разглядывая мой шкаф. — Надо бы новую купить.
— Зачем? Мне и эта подходит.
— Ну, квартира теперь в порядке, надо и обстановку обновить.
Потом она стала делать замечания по поводу моего образа жизни:
— Клавдия Ивановна, вы очень много телевизор смотрите. Это вредно для здоровья.
— А что мне делать? Скучно же.
— Надо больше гулять, с соседями общаться. А то сидите дома как затворница.
Через месяц она заявила:
— Клавдия Ивановна, мне нужно привести брата посмотреть на квартиру. Он электрик, может, что-то подремонтировать надо.
— Какой брат? Зачем ремонтировать?
— Ну как же, теперь я за квартиру отвечаю, надо следить, чтобы все было в порядке.
Брат оказался мужчиной лет сорока, с наглыми глазами. Ходил по квартире, все осматривал, что-то записывал в блокнот.
— Тетенька, — сказал он мне, — тут много чего переделать надо. Проводку поменять, трубы, обои поклеить.
— А мне и так нормально.
— Ну как же нормально? Квартира-то теперь моей сестры, надо в порядок привести.
После их ухода я начала понимать, что попала в ловушку. Любовь Петровна обманула меня! Никакого нового закона про наследство не было, она просто хотела получить мою квартиру!
Позвонила сыну в Москву:
— Петя, у меня беда. Я квартиру подарила соцработнице.
— Как подарила? Зачем?
Рассказала всю историю. Сын ругался, кричал, что я дура старая.
— Мама, да как же ты могла поверить посторонней женщине?
— Я думала, она добрая...
— Добрая! Мошенница она! Теперь что делать будем?
— Не знаю, сынок. Может, вернуть можно?
— Сложно будет. Дарственная — это серьезный документ. Нужно доказать, что тебя обманули.
Сын приехал, мы пошли к юристу. Тот сказал, что дело трудное — доказать обман сложно, нужны свидетели, записи разговоров.
— А что, если просто попросить ее вернуть квартиру? — спросила я.
— Можно попробовать, но вряд ли согласится.
Попробовали. Любовь Петровна сначала делала вид, что не понимает, о чем речь.
— Клавдия Ивановна, ну что вы! Квартира теперь моя по закону. Я же не выгоняю вас, живите спокойно.
— Но вы же обещали временно!
— Я ничего не обещала. Вы сами решили мне квартиру подарить.
— Вы сказали про новый закон!
— Какой закон? Я ничего такого не говорила. Может, вы что-то напутали?
Она стала изображать, будто я все придумала от старости. А когда сын начал настаивать, вообще перестала приходить.
Теперь я сижу в своей квартире, которая уже не моя. Живу как квартирантка в собственном доме. И боюсь, что скоро меня попросят съехать совсем.
Сын судится, но адвокаты говорят — шансы малы. Доказать, что меня обманули, почти невозможно. Любовь Петровна все грамотно провернула.
А я думаю — как же я могла быть такой доверчивой? Поверить незнакомой женщине больше, чем собственному разуму? Теперь поздно жалеть. Остается только надеяться, что справедливость восторжествует, и мошенницу накажут. Но квартиру мне, наверное, уже не вернуть.