Июль 2000 года. Республика Башкортостан. В Иглинском районе, посреди глухого, почти непроходимого леса, на берегу быстрой и холодной реки Сим, раскинулся так называемый детский лагерь «Саргай». Обычный, казалось бы, лагерь, куда родители со спокойной душой отправляют детей набраться сил перед новым учебным годом. В одну из смен туда поехали и трое братьев Мустафаевых: 15-летний Рашад, 10-летний Узеир и самый младший, 7-летний Кенан. Вместе с ними был и их 10-летний друг Ярослав Чебков.
Никто и подумать не мог, что это место, разрекламированное как оздоровительное, окажется ловушкой. Ловушкой, организованной настоящей религиозной сектой. Двое мальчиков, Кенан и Ярослав, бесследно исчезнут с территории этого «лагеря». А их родителям придется пройти через все круги ада: безразличие и бездействие милиции, чудовищные ложные обвинения, страшные находки и десятилетия поисков, которые не прекращаются и по сей день.
И самое жуткое в этой истории то, что за искалеченные судьбы и пропавших детей никто так и не понес никакой ответственности.
«Пусть дети отдохнут»
Семья Мустафаевых переехала в Башкирию из солнечного Азербайджана в 90-е. Отец семейства, Аяз, тосковал по Ленинграду, где учился в молодости, и не мог найти себя на родине. Его жена, Ирада, видя мучения супруга, сама купила ему билет в Россию. Вскоре он перевез и ее с тремя сыновьями.
«У Рашада был очень живой, даже шальной характер. Узеир, средний, — тихий и спокойный. А Кенанчик, самый младший, — сладкий и жизнерадостный. Он ни разу не плакал, и, когда его обнимаешь, становилось легче».
Мальчики росли дружными и энергичными. Летом 2000 года, после того как старший сын Рашад успешно сдал экзамены в гимназию, Ирада почувствовала, что дети устали. Обычно на каникулы они ездили к родным в Баку, к морю, но в тот год не получалось. И тут, как назло, подвернулся «удачный» вариант.
Римма Макаримовна Бутусова, коллега отца и близкая подруга семьи, которую дети звали бабушкой, предложила отправить мальчишек в лагерь. Говорила, что и своих внуков туда отправляет, место проверенное, доверенное. За каждую путевку на две недели попросили 900 рублей — немалые по тем временам деньги. Родители, ничего не подозревая, согласились. Им и в голову не могло прийти, что эта женщина — адепт религиозного движения «Радостея», а лагерь — их подпольная обитель.
«Я думала, там бассейн, комнаты, всё как положено по телевизору показывают. А там телефона не было. Тогда же на время только ручной телефон был. А там среди леса, какой телефон?» — рассказывает Ирада.
13 июля 2000 года Римма Макаримовна посадила в машину пятерых детей — троих Мустафаевых и двоих своих внуков — и отвезла их в «Саргай». Сообщила, что все хорошо, дети довольны, и уехала. А через два дня должна была их забрать.
Ад вместо лагеря
На деле «лагерь» оказался настоящим адом. Никаких корпусов, бассейна и игровых площадок. Детей поселили в какой-то сарай в лесу, рядом с коровником. Кормили одной кашей на воде и помидорами. А вместо развлечений — тяжелая работа на ферме, прополка грядок и обязательное чтение книг основательницы секты, Евдокии Марченко, именующей себя «Лучезарной».
Детей заставляли ходить голышом. Купаться — в ледяной и быстрой реке Сим, где течение было такой силы, что сбивало с ног. Старший, Рашад, видя, как страдает и плачет от голода маленький Кенан, написал письмо родителям:
«Мама, забери нас, нас тут голодом морят, Кенан плачет».
Он передал его женщине, которая привозила продукты. Но письмо до родителей так и не дошло.
А потом случилась трагедия. 13 июля, в день, когда за детьми должны были приехать, их повезли на лодке на остров посреди реки. Внезапно лодка перевернулась.
«Я слышу крики: "Помогите, тонем!". Я начал грести в сторону детей, одного ребенка сразу подобрал...» — это вспоминает Рашад.
Он, 15-летний парень, бросился спасать тонущих. Одну девочку, Сусанну, он вытащил уже без сознания и смог откачать. Но когда все выбрались на берег, двух мальчиков не досчитались — 7-летнего Кенана и 10-летнего Ярослава Чебкова.
«Ваш сын утопил брата»
Когда Римма Макаримовна привезла детей домой, Ирада, обезумевшая от радости, даже не сразу заметила, что младшего сына нет. А потом дети, все четверо, в один голос зарыдали:
«Мам, Кенан пропал! Он не утонул, он пропал!».
Родители тут же бросились в Иглинский район. То, что они увидели, повергло их в шок. Никакого лагеря не было. Только лес, высокая трава и жуткий сарай.
А дальше начался самый страшный кошмар в их жизни. Вместо того чтобы помочь убитым горем родителям, организаторы лагеря из «Радостеи» придумали чудовищную ложь. Они обвинили во всем старшего брата, Рашада.
«Знаете, что мне там сказали? Ваш старший сын утопил Кенана, а когда Ярослав это увидел — он утопил и его».
Подростка, который только что спасал чужих детей из ледяной воды, полиция пытала три дня. Мальчика били, на него кричали, заставляя признаться в том, чего он не совершал. Он так и не сломался. Но этот ужас оставил на его психике незаживающую рану на всю жизнь.
Расследование, которого не было
Пока родители метались в поисках правды, руководители «Радостеи» заметали следы. Всех остальных детей срочно вывезли в другой лагерь, а списки участников уничтожили. Началось так называемое следствие.
Буквально через несколько часов после приезда родителей в лагерь, в реке нашли тело мальчика. Организаторы лагеря тут же опознали в нем Ярослава Чебкова. Бабушка Ярослава, находясь в шоке, под давлением окружающих тоже подтвердила:
«Да, наверное, это он».
Но родители Ярослава не поверили. Они настояли на экспертизе ДНК, которая и подтвердила — это не их сын. Чей труп выловили в реке, так и осталось тайной. Уголовное дело по факту его обнаружения даже не завели.
Мустафаевы же цеплялись за любую ниточку. Вскоре начали поступать свидетельства, что их Кенана видели живым. Его опознали в городе Сим Челябинской области, недалеко от лагеря. Местная семья Дрожжевых подобрала на улице голодного мальчика. Он ничего о себе не помнил. Больше двух недель он жил у них, а потом они, испугавшись ответственности, отвели его в полицию и сдали майору Владимиру Князеву.
И что же сделал доблестный сотрудник правопорядка? Когда спустя годы его допросили, он хладнокровно признался:
«Мне некогда было с ним возиться. Я отвез его на электричку в сторону Уфы и оставил. Пускай другие занимаются».
За это никто не понес наказания. «Нет тела — нет дела» — таков был ответ системы. Уголовное дело по статье «Оставление в опасности» затихло.
«Я не перестаю его ждать»
Прошло более 20 лет. Все эти годы Ирада и Аяз Мустафаевы не прекращали поиски. Они расклеивали ориентировки, обращались в программу «Жди меня», нанимали частных детективов, ездили по всей стране, проверяя каждое сообщение.
Эта трагедия разрушила их семью изнутри. Отец так и не смог простить старшего сына, поверив в чудовищную клевету сектантов.
«Больше 20 лет я жил без отцовской поддержки и внимания. Сейчас, конечно, он понимает, что я ни в чём не виноват… но всё равно…», — с горечью говорит Рашад.
Он до сих пор живет с этим грузом.
А Ирада продолжает верить и ждать. Они с мужем так и остались жить в Белебее, в той самой квартире, в надежде, что когда-нибудь Кенан вспомнит свой старый адрес и вернется.
«Каждое утро у меня муж, он воет как волк. Это настолько тяжело... Но только одно я поняла, если я отпущу себя, все развалится. Со всех сил держусь... Я прошу Бога, чтобы он не забрал меня. Я хочу его видеть», — плачет Ирада.
Движение «Радостея» и его основательница Евдокия Марченко существуют до сих пор. Они проводят семинары, ведут каналы на YouTube, продают книги. Никаких извинений родителям пропавших мальчиков они так и не принесли.
«Кенан, мы живые! Мы все ждем тебя! Мы тебя ищем и до сих пор не прекратили, не прекращали тебя искать!» — это крик материнской души, который летит в пустоту уже почти четверть века.
Крик, на который так и не ответила ни одна государственная система, призванная защищать детей.
У нас есть еще несколько интересных историй, статьи про которые совсем скоро выйдут на нашем канале. Подписывайтесь, чтобы не пропустить!