Автор текста и фото — выпускник проекта "Школа путешественника Серебряного Кольца"
Тот институт, где змеи у воды степенны,
Принц Ольденбургский миру подарил.
На днях побывала на экскурсии в Институте экспериментальной медицины. Поскольку я человек далёкий от медицины, вернее, я только активно пользуюсь ею, то пришлось заручиться поддержкой сына-медика. Надо же было запомнить побольше.
Экскурсия начиналась прямо у проходной ИЭМ, на стене которой установлена памятная доска с именем основателя и попечителя института — принца Александра Петровича Ольденбургского. Экскурсию провела сотрудница Института Юлия Андреевна Курбатова, настоящий энтузиаст своего дела, добивающаяся развития и процветания Музея института.
Пройдя на территорию Института и парка, увидели множество строений конца 19-го-начала 20 века, в которых располагались различные отделения института.
Поскольку Институт работал с опасными химическими и бактериологическими материалами, то встала задача по очистке сливных вод. Этой цели служило очистное сооружение с водонапорной башней.
Туда стекала вся вода с комплекса, где она нагревалась до 140 градусов (как в современном автоклаве), жидкая часть возвращалась в трубы, а осадок смешивался с сеном, формировался брикет, после чего всё это сжигалось. В данный момент это здание из красного кирпича, построенное в промышленном стиле, пустует. Потому что ИЭМ более не производит опасных вод, а занимается развитием медицины. В дальнейшем планируется размещение музея на этой территории — держим кулачки за воплощение идей музейных работников.
Далее нам показали физиологическое отделение, расположенное в каменном здание, реконструированного на средства Альфреда Нобеля.
К бывшей кухне (а кухни всегда были каменными) была пристроена операционная, поскольку в старом деревянном строении операционная 24 час в сутки была занята. Эта операционная была освещена естественным светом с помощью светового колпака на крыше и большого окна. Причем иногда этого света было так много, что пришлось высадить дерево, которое 100 лет идеально притеняло оперблок.
В этой операционной работал лично академик Павлов.
Рядом расположена так называемая Башня молчания, построенная по замыслу Ивана Петровича Павлова на средства фонда Х. С. Леденцова. Башня была построена для того,чтобы во время экспериментов на собаках не было лишнего шума и раздражителей. Прототип здания был взят у голландцев, улучшен архитектором А.А. Полещуком, который добавил толщину стенам из разных материалов. Но этого оказалось недостаточно, так как раздражителям для собак оставался сам экспериментатор. Для решения этой задачи обратились к военным морякам, которые посоветовали использовать для наблюдений перископ. Сейчас из 18 камер осталась одна.
Следующим объектом экскурсии стала химическая лаборатория, которая отделилась от основного здания второй по счёту из-за едких запахов. Перед лабораторией расположены «фонтан со змеями», Аллея учёных. Именно из-за красивого вида этого комплекса зданий напротив химической лаборатории был устроен главный вход и проходная института перед Международным физиологическим конгрессом 1935 года.
Далее на нашем маршруте была Библиотека института с её красочным входным порталом. Интересно, что украшения из майолики были перенесены с экспозиции Международной гигиенической выставки в Дрездене 1911 года. Русский павильон и портал проектировал архитектор В. А. Покровский, а майолика создана в мастерской П. К. Ваулина.
Сейчас рядом со старинным зданием построено новое современное.
Фонд медицинской и научной литературы составляет около 500 тысяч экземпляров.
Далее мы осмотрели два фонтана работы скульптора И.Ф. Беспалова.
Один — фонтан поилка для собак с барельефом ,изображающим собаку, зализывающую рану другой собаке.
Другой — памятник, созданный по инициативе академика Павлова в честь собак, участвовавших в научных экспериментах.
Фигура собаки в центре композиции по словам гида — собирательный образ потомков уличных и породистых собак, оставшихся без хозяев после революции 1917 года (вспоминаем Шарика из «Собачьего сердца»).
По кругу постамента маскароны — собачьи головы разных пород, под ними барельефы, изображающие сцены опытов. Сейчас, к сожалению, из-за дороговизны воды, фонтаны не действуют.
Далее мы перешли к зданию музея, расположенного в доме, построенном на Каменноостровском проспекте для проживания сотрудников института.
Фасад со стороны проспекта украшен фигурами не только собак, но у других животных, участвовавших в экспериментах. Музей находится на четвёртом этаже, лифт хоть и есть, но не работает. Там мы прослушали историю основателей института, директоров и выдающихся сотрудников.
В экспозиции музея представлена деятельность всех отделов ИЭМ со дня основания до сегодняшних дней.
Музей был создан в 1990 году в канун 100-летнего юбилея института.
Один из залов посвящён деятельности института по устранению последствий вспышек «болезней, преимущественно заразительных» в разных частях света. Представлены портреты и бюсты И. П. Павлова, М. В. Ненцкого, Е. С. Лондона, А. А. Заварзина, А. А. Владимирова, В. И. Иоффе, Н. П. Бехтерева и многих других, расположены реликвии, личные инструменты ,приборы, документы, научные труды, дипломы и награды.
В следующем зале находится экспозиция «химическая лаборатория».
Большое фото сотрудников на рабочих местах, и непосредственно сам рабочий стол с химической посудой-колбами, пробирками, ретортами и т.д., произведённых в собственной стеклодувной мастерской.
В другом углу зала отведено место для экспозиции деятельности института во время ВОВ.
Во время блокады институт не прекращал свою деятельность, он стал госпиталем для военных. К сожалению, в это время погибли все собаки из-за отсутствия кормов. В морге работал главный патологоанатом В.Г. Гаршин, автор блокадного теста «Там, где смерть помогает жизни», добившегося увеличения числа санитаров в армии для ускорения передачи раненых в госпиталя и тем сокращения потерь среди солдат в шесть раз. Во время ВОВ погибло или числятся пропавшими до сих пор более 300 научных сотрудников.
Следующий зал — воссозданный кабинет В.Г. Гаршина, заведовавшего патологической анатомией в ИЭМ, близкого друга А. Ахматовой, которая посвятила ему вторую часть и эпилог поэмы «Без героя». Гаршин был коллекционером ,имел собрание орденов и монет, а также статуэток кошек, поэтому на кафедре его называли «кошкин врач».
Далее мы прошли в зал, посвященный истории семьи принца Ольденбургского, в котором также находится гобелен с изображением Гиппократа, подозрительно похожего на И.П. Павлова, и надписью на латыни с цитатой из клятвы: «в какой бы дом я не вошёл, я войду туда для пользы больного».
В предпоследнем зале выставка, собранная лично нашим гидом. Повествует о кабинетном быте гипотетического ученого. Его рабочий стол, шкафы, диван и стол, где принимают посетителей.
В последнем зале временная экспозиция современной арктической экспедиции. Выставлены утепленные костюмы, фотографии и маршрут исследователей. Также в зале находится макет Института. Из темного материала показаны первые деревянные усадьбы и главный корпус. (Сейчас это не увидишь, потому что в холодные годы все постройки были снесены на растопку.) Из светлого материала постройки, сохранившиеся с 19 века, из пластика —новые,современные здания.
В ходе экскурсии становится понятным, какой вклад был внесён нынешними сотрудниками музея истории ИЭМ Юлии Курбатовой и Зои Мазинг в сохранность и пополнение фондов. Люди иногда буквально на своём горбу приносят экспонаты. Например, шкафы для кабинета учёного, женщины сотрудницы поднимали сами. Напомню, на 4 этаж пешком.
Низкий поклон им за это.
И спасибо Серебряному Кольцу за участие в просветительской деятельности