Рената Литвинова решила поделиться с публикой секретами своей неизменной стройности. Однако ее откровения о ежедневном режиме и питании вызвали не столько восхищение, сколько шквал критики и серьезные опасения за здоровье 58-летней актрисы. Поклонники уверены: то, что звезда называет «богемным шиком», опасно похоже на расстройство пищевого поведения и путь к алкоголизму.
В своем Telegram-канале Литвинова рассказала, что ее точеная фигура — результат железной дисциплины. Ее день начинается не с кофе, а с активных тренировок.
«Я ни разу не теннисист, но каждое утро — тренировка с 9:00. Час. А после на море — час плаванья. А в Париже — в тренажерном зале или просто дома — обожаю рутину с гантелями или резинками»,
— поделилась режиссер.
Но когда речь зашла о рационе, картина стала куда более тревожной. Завтрак звезды состоит из одной чашки кофе, а обед — из «скромной порции рыбы». Об ужине Литвинова и вовсе не упомянула. Зато честно призналась в своей главной слабости, которую назвала «пищевым грехом».
«Конечно, особенно на море, я выпиваю любимое шампанское — без подсчета бокалов. Радоваться важнее»,
— заявила Рената.
Именно эта фраза и стала для многих подписчиков красным флагом. Комментарии под постом наполнились не комплиментами, а встревоженными отзывами:
- «РПП (расстройство пищевого поведения) вошло в чат», — констатировали одни.
- «Я знатно триггернулась гламуризацией РПП», — писали другие.
- «Надирающейся шампанским артистке уже не надо худеть. Мол, и без того кожа да кости, вид болезненный», — резюмировали третьи.
Пользователи сети напомнили, что Литвинова, которая ранее заявляла, что «лишний вес — признак распущенности», сама выглядит истощенной. Подозрения в анорексии преследуют ее уже давно, но теперь, кажется, получили косвенное подтверждение из уст самой актрисы.
Пока Рената Литвинова наслаждается жизнью в своей парижской квартире и проповедует радость через бокал шампанского, ее аудитория бьет тревогу. Грань между элегантной аристократичностью, которую всегда транслировала звезда, и опасной для здоровья одержимостью худобой, по мнению многих, оказалась стерта. И главный вопрос, который остался у публики: где заканчивается фирменный стиль и начинается саморазрушение?