Всё началось в феврале. Морозный, хрустящий воздух, снег по колено, серое небо. Обычное дело для окраины Первоуральска. Люди торопились по своим делам, сжимая в рукавицах пластиковые пакеты, хлюпая по утоптанному льду. Никто не замечал девочку в тёмно-синем пуховике, которая выходила из подъезда каждый день ровно в девять утра и возвращалась обратно через сорок минут. Всегда с маленьким чёрным пакетом. Всегда одна.
Её звали Даша. Семь лет. Её глаза были пустыми, слишком взрослыми, как будто в них обрушили не годы, а целую жизнь. Соседи знали: да, у них на шестом этаже жила семья – мать, отец и ребёнок. С виду нормальные. Не шумные. Вежливые. А потом исчезли.
Даша никому ничего не сказала.
Тела родителей нашли в кювете под Арамилем. Лобовая влетела в фуру, виновата была обледеневшая трасса, а может, и водитель, который заснул. Кто теперь скажет. Машина была в хлам. Документы нашли не сразу, но нашли. Но вот что странно — в базах не было никакой информации о ребёнке. Ни школы, ни детсада, ни медкарты.
И всё бы ничего. Если бы девочка не продолжала жить в квартире. Одна. Два месяца.
Посуду мыла. Сама. Стиралку включать умела — слава Ютубу. Еду покупала в соседнем «Монетке», у кассирши Марины, которая потом с ужасом говорила: «Да я думала, у неё мать на выходе ждёт. Ну стоит девочка, с кефиром и хлебом. Денежку даёт, мелочью. Куда мне было думать-то!»
Была у Даши одна фишка — она всегда улыбалась. На всякий случай. Чтобы никто не лез. Чтобы верили: с ней всё нормально.
Когда наконец заподозрили неладное, когда почтальон постучал в дверь, чтобы передать извещение, и ему никто не открыл — он услышал еле слышное пиканье изнутри. Это был будильник, который Даша заводила каждый вечер. Чтобы не проспать утро. Потому что завтрак — это важно.
Соседи вызвали участкового. Тот — соцзащиту. Потом МЧС. Дверь вскрыли. И нашли ребёнка. В ванной. С пельменями. Потому что свет в кухне выбило ещё в январе, а в ванной тепло, там плитка подогревалась от соседей снизу. Она просто сидела там с маленькой кастрюлькой, ложкой и видом, будто всё идёт по плану.
— А где мама? — спросила женщина с соцопеки, вся белая от ужаса.
— На работе, — сказала Даша. И повернулась к стене.
Если зацепило — поставьте палец вверх, подпишитесь и расскажите свою историю в комментариях.