К психиатру С.И.Консторуму пришла женщина в глубокой печали. Она потеряла подругу, - они очень крепко дружили. И женщина искала утешения от тоски.
Доктор был широко образован, умен, изучал философию, был творческим человеком. Но он был материалистом. И не мог утешить женщину напоминанием о бессмертии души и о будущей встрече. Он сказал простые слова, тривиальные, обыденные и правдивые - правдивые земной правдой.
Он сказал, что утешения нет. И боль не пройдет никогда. Сначала будет очень больно, как сейчас. А потом боль притупится. И вы будете жить дальше с этой потерей. Никогда не забудете о ней. Это совершенно невозможно. Но страдание станет привычным, оно поблекнет и притупится. И вам надо это знать.
Это никакое не утешение! Это жестокие слова! Да. Но смерть тоже жестока. Это факт, который приходится принимать. Иногда такое случается. Вернее, со всеми это случается рано или поздно. Или мы уходим, или от нас уходят, - как писала Ариадна Эфрон. Надежда на забвение - ложная надежда.
Но время притупляет боль. И мы привыкаем жить без любимого человека. Видимо, женщина была молода. И это была ее первая серьезная утрата. Потому она и пыталась избавиться от страдания. К нему можно только привыкнуть. И приучить себя жить дальше. Больше беречь тех, кто рядом. И себя больше беречь. Не давать отнимать свои силы и здоровье разным токсичным людям. Думать о тех, кто будет страдать без нас.
Вот это правильный вывод. Надо крепче держаться за жизнь. И больше внимания и любви уделять близким. Больше прощать. Они не навечно с нами. И в любой момент мы можем их потерять, - об этом говорил император-философ Марк Аврелий. Жалеть надо своих. Прощать. Не говорить обидные слова, о которых близкий, может, и забудет. А мы себя не простим потом...
А надеяться на забвение, если любил по-настоящему, - бесполезно. А если помнишь, всегда будет больно вспоминать об утрате. Утешение есть у верующего человека - это надежда на встречу. И молитва об ушедшем. А у материалиста утешения нет. По крайней мере, я не знаю такого утешения.
Некоторые вещи приходится принимать. И страдание свое считать естественным. Если оно переходит в болезнь, - надо лечиться у доктора. От смерти нет лекарства, - во всех смыслах слова. И сам доктор считал эту мысль утешительной. Мы же тоже не навсегда. И наш путь тоже кончится однажды. И мы обретем покой.
Впрочем, доктор был материалистом. И не додумал мысль до конца. Мы тоже уйдем. Мы здесь на навечно.
Но потом снова будем вместе с теми, кого любили. Любим, - так будет правильнее. И помним. И страдаем от притупившейся боли, которая и есть - проявление любви. И утешение - это будущая встреча, которую мы все предполагаем, даже материалисты. Мы в душе знаем, что встреча будет.
Мы все здесь на время. Время проходит. И наступает вечность, которую нам не понять земным умом. И там нас ждут те, кого мы любим. В вечности. Хотя все равно очень больно терять здесь, на Земле...
Анна Кирьянова