Мяу вам, дорогие мои!
Это я, Обожайчик. Э… от замужа, знаете ли, никто не застрахован. Бывает, знаете ли, страхуется человек, страхуется, и повелителя своего усатого страхует, а оно — опа! И хоба. Или вообще попа. Тут уж как хотите — либо с ударением на первый слог, либо с заменой первой буквы на Ж…
Разумеется (вы сами наверняка догадались), ни в какую замуж моя подружайка не собиралась. Не чаяла, не думала и не гадала. Всё описываемое — неописуемое по своей трагико-комико-романтичности, мысли и дела исключительно подконтрольные. И виноваты в случившемся сами понимаете кто.
Сами-понимаете-кто — МамБа. Кличут её так совсем недолго. До этого недолга звалась она просто-обычно Мам, но когда её котёнок (всесторонне созревший) народил собственного котёнка, приставила она к имени второй слог. Так уж у людей принято, особенно у тех, кто формата Жо. Любят они менять и свои клички, и имена окружающих.
Впрочем, охота к перемене имён собственных — полная ерунда и забавная причуда по сравнению с охотой к перемене мест. Любит МамБа попылить по русским дорожкам. А более всего по дорожкам южнорусским и даже крымнашенским.
Ну и вот, упылила в очередной раз. А Булку и Батона (Булкиного компаньона-сособственника) оставила на произвол Зятька. Как раз благодаря ему Мам и смогла удлинить свою кличку, но это совсем другая история.
Ну так вот, Зятёк тот человек вполне себе удовлетворительный. То есть удовлетворял хлебобулочные нужды настолько хорошо, насколько это возможно за ежедневный, хотя один-единственный и не особо продолжительный, визит.
Ну и вот, заявляется Зятёк для очередного удовлетворения кото-потребностей. Выполнил всё по списку, и подошёл к окну — окинуть критическим (может, и не критическим) взором придомовую территорию.
Глянул, зевнул, и — застыл с открытым ртом. Ибо в сетке оградительно-защитительной зияла дыра. Диаметром, как вы наверняка догадались, с кошачью голову. Там, где пролезет кошачья голова, пролезет и остальное. Не знали?
Ясен пень, отчехвостил Зятёк хлебобулочных в пух и прах за стремление на свободу и волю. И отчехвостил, ясен пень, совершенно зазря. Ибо не ихними лапами то отверстие было продрано. В чём Зятёк убедился ну очень скоро — на следующий же день.
Извинился ли он за свой вчерашний наговор и так далее? Ну конечно же, нет. Но, знаете ли, и не до того было. Ибо в самой большой комнате, в самом центре ковра сидел чужой кот самого наглого вида. Это и был тот самый жених, за которого Булка якобы собралась замуж.
Какой нелепый вывод… Булка как раз собиралась надрать нежеланному жениху уши, а если получится, то и расцарапать мордоличность. Романтика романтикой, а жилплощадь не резиновая. Да и МамБа подконтрольная — одна! Батон всей душой поддерживал, хотя всем телом держался ближе к тылу.
А дальше… Зятёк быстро и грубо лишил гостя статуса гостя (хотя и незваного, и вообще НЕ гостя), выкинув его за дверь. Вот прям вот хвать за шкирку, и — шварк! Никакого уважения — ни к кото-личности, ни к кото-чувствам… так-то, дорогие мои!