Глава 32
На следующий день Мурад прямо с утра уехал по делам, а Ева в сопровождении Ихаб и Ибрахима поехала в бутик за платьем. Она сделала всё как рекомендовал ей посольский работник по имени Вадим, надела абайю, на голову никаб и вышла из примерочной, прихватив пакет с одеждой. Её уже ожидала продавщица Настя. Через запасной выход она вывела Еву на улицу с противоположной стороны от центрального входа. Там поджидал автомобиль с затонированными стёклами. Вадим вышел из машины, помог Еве занять место сзади водителя, сам сел за руль и машина быстро тронулась с места. Проехав несколько кварталов, они завернули за угол, проехав ещё немного въехали в подземный паркинг. Там пересели в другой автомобиль. И опять выехали в город, через некоторое время заехали на очередной паркинг, поменяли номера. На третьем паркинге сменили очередной автомобиль.
Ева нервничала, от этого в горле пересохло, и даже слюна исчезла.
– Простите, Вадим, можно где-нибудь остановиться купить воду.
– Пить хотите?
– Да.
– Вот возьмите. Он подал небольшую бутылочку воды, она выпила почти всю. И через минуту уже спала крепким сном.
Проснулась в каком-то небольшом помещении совсем непохожем на салон самолёта и даже на номер в отеле. Небольшая комнатка с небольшим окном без штор. Через окно пробивался свет от фонарей, и Ева догадалась что уже ночь. Она лежала на узкой койке, под тонким одеялом и дрожала от холода. Это было удивительно, на улице лето, даже ночью жарко без кондиционера, а она дрожала как будто находилась в морозильной камере. Встала, пошатываясь добрела до двери. Она оказалась закрытой. Прислушалась, вокруг тишина. Только откуда-то издалека доносились звуки арабской музыки. Повернувшись лицом к комнате, стала осматриваться, но дрожь, сотрясающая тело никак, не способствовала её занятию. Напротив той кровати, с которой она несколько минут назад встала, стояла ещё одна кровать. Она была застлана дешёвым покрывалом, под ним наверняка было одеяло.
Содрогаясь всем телом на негнущихся от холода ногах, Ева дошла до кровати, сняла с неё покрывало, под ним действительно оказалось одеяло. Добрела до своей кровати, а там, укутавшись, свернулась калачиком и опять заснула.
Ева не знала сколько прошло времени, только когда она проснулась, за окном уже светило солнце. В комнате кроме неё находился кто-то ещё, приподнявшись увидела Вадима. Он полулежал на соседней кровати и что-то пролистывал в телефоне. Заметив, что Ева пришла в себя, повернул в её сторону голову, однако позу не поменял.
– Ну что, проснулась, красавица?
– Мне нужно в туалет, – спуская ноги с кровати произнесла девушка немного смущаясь.
– Вон там дверь, видишь? - он махнул рукой показывая направление, куда нужно идти, чтобы попасть в санузел.
Ева заметила, что сейчас в голосе посольского работника отсутствовали приветливые нотки, и обращение к ней поменялось на фамильярное. Его голос звучал так, как будто он недоволен тем, что она оторвала его от важного занятия. Это немного удивило.
Туалет заметно отличался от тех туалетов, которые она уже видела в Эмиратах. Обычная фаянсовая дырка в полу, но душик, который использовался вместо туалетной бумаги, присутствовал. Она быстро привела себя в порядок. Почистила зубы, к счастью, на столешнице лежала новая в упаковке зубная щётка. Рядом висело полотенце. Она сняла с себя абайю, ополоснулась под душем. Умылась, причесалась. Можно было отправляться в путь, только очень хотелось есть.
Когда вошла в комнату Вадим по-прежнему полулежал на кровати.
Ева окинула взглядом помещение. Оно напоминало комнату в общежитии.
– Вы не могли бы рассказать, что произошло и почему мы находимся в этом месте? – спросила, присаживаясь на один из двух стульев, стоящих по одному у каждой тумбочки возле кровати.
– А что рассказывать? Ты свалилась с температурой. Три дня провалялась. Мне пришлось вызвать доктора и нести непредвиденные расходы. Пришлось номер в отеле снять, да ещё за вызов врача заплатить не хило. Так что ты мне должна, дорогуша.
Еву неприятно резанул сленг, на котором изъяснялся посольский работник. Что-то в его поведении изменилось и теперь вызывало вопросы.
– А почему мы в отеле, а не в самолёте, неужели с температурой меня не пустили бы на борт?
– Представь себе. Ты могла заразить других пассажиров, и тем более детей. Это тебе не Россия, где всё можно, а Эмираты, здесь порядки строгие.
Ева не знала как в России, но то, как Вадим отозвался о своей стране, её немного покоробило.
– Когда у нас самолёт?
Мужчина развёл руками.
– Теперь не знаю. Коридор закрыт. Я тебя предупреждал. Придётся добираться окольными путями, через другие страны.
– Вы говорили, что с нами полетит ещё одна девушка. Где она?
– Ну милая, вспомнила. Девушка уже три дня как в России, чай пьёт с родственниками. Это ты у нас проблемная.
Кто-то постучал в дверь.
– Войди. Встав с кровати, Вадим направился к двери, распахнув её, встал так, чтобы Ева не попадала в зону видимости вошедшего. Молодой парнишка араб вошёл в комнату, толкая перед собой коляску с едой. Вадим сунул ему в руку несколько дирхам и, бесцеремонно подталкивая к выходу, выпроводил, захлопнув за ним дверь. Увидев еду, Ева опять почувствовала, что проголодалась.
Впервые она ела с таким удовольствием. Суп пах незнакомыми специями и был невероятно вкусным, или, может, ей так просто казалось после трёхдневного голодания.
Через час они покинули этот небольшой отель на окраине эмирата. Вадим ничего не рассказывал и не посвящал её в свои планы. Они долго куда-то ехали, несколько раз останавливались на заправках, чтобы сходить в туалет, выпить кофе и перекусить. На ночь останавливались в небольших отелях. Ева не знала, сколько километров они проехали, куда направлялись и зачем. Мужчина всю дорогу молчал. Она пыталась его разговорить, но он обрывал её на полуслове.
– Помолчи, женщина, не трать силы на пустую болтовню. Они тебе ещё пригодятся.
В очередной раз остановились на окраине небольшого городка. За ним простиралась пустыня. Ева устала от дороги и от неизвестности. Ей уже не хотелось никуда ехать. Она сомневалась в том, что приняла правильное решение, согласившись бежать. Нужно было просто поговорить с Мурадом. Он хороший человек. Прожив с ним четыре месяца, она уже в этом не сомневалась. Он не стал бы держать её насильно. Если любит принцессу Бизар, то зачем ему Ева, он отпустил бы её в Россию. Похоже, она совершила большую глупость. Но сейчас уже исправить ничего нельзя.
По вечерам Вадим куда-то уходил, оставляя её одну в номере отеля. Здесь даже не было телевизора. Только две кровати, две тумбочки и два стула. Дешёвый отель, хорошо хоть санузел с душем находился в номере.
Который день её не покидала тревога. С тех пор, как она обнаружила, что, уходя, Вадим запирал дверь на ключ и забирал его с собой, её не покидала чувство, что этот мужчина совсем не тот, за кого себя выдаёт. Она чувствовала, что попала в какую-то передрягу и лихорадочно искала способ хотя бы что-то прояснить
Ева подошла к окну. Подняла глаза к небу. Похоже рядом пустыня, звёзды в небе мерцали ярким холодным светом. В дали от пустыни они не так выделялись на полутёмном из-за обилия городских огней небе.
Она взглянула на часы, которые давно остановились и теперь, как ненужный аксессуар, украшали запястье. Они были из чистого золота с россыпью бриллиантов и могли стоить целое состояние. Хорошо, что Вадим их не заметил, а то было бы тоже, что с её карточкой, которую он вытащил из её сумочки и забрал себе вместе с телефоном, в золотом корпусе, подаренным ей Мурадом.
– Не волнуйся, у меня надёжнее чем в швейцарском банке. А ты можешь потерять. Верну, как только прибудем в Россию.
Вид часов вызвал у Евы слёзы и навеял воспоминания о Мураде. Сняв их с руки, стала протирать краешком никаба циферблат, за ним браслет и корпус. Особое внимание уделила сапфирам на браслете, расположенным с обеих сторон корпуса. Чтобы очистить камни от пустынной пыли пришлось смочить краешек ткани водой и хорошо отжать. Через несколько минут усердного труда часы неожиданно пикнули, стрелки дёрнулись, а затем двинулись вперёд, положив начало отсчёта времени.
Это были не просто часы, они предназначались для связи между Евой, Мурадом и Ихаб.
Если Еве нужен был Мурад она могла нажать на сапфир с правой стороны от циферблата, а Ихаб с левой. Они получали сигнал на свои часы и тут же откликались.