«На обиженных воду возят!», – частенько говорили мне в детстве. Но недавно я узнала, что у этой поговорки есть продолжение. «А на добреньких сами катаются!». Для меня это было шоком. Так вот, оказывается, каков был истинный смысл…
Прощение часто называют лекарством для души. Нам с детства твердят, что нужно отпускать обиды, иначе в сердце поселится тяжесть и горечь (так оно, собственно, и есть). Но все ли так просто?
Для женщин умение прощать предполагается как бы по умолчанию. Вот, что пишут об этом дамы, мыслящие в русле мудроженственности:
«Умение прощать - одно из основных качеств женщины. Через прощение у нее активизируется ее женская энергетика. Та, что проявляет ее женственность и делает ее настоящей женщиной. Женщина по своей сути - всегда прощающая».
В интересных терминах описывается теория – «энергетика», «настоящая женщина»… Как по мне, бывают случаи, когда прощать не надо. Пусть даже из разряда «настоящие женщины» тебя переведут в разряд «три бобра в дождевике».
1. Когда прощение не идет от сердца, а навязывается обществом
Исследование 2010 года, проведенное Рэйчел Реттнер, помогло выяснить – женщины извиняются чаще. Совершая примерно одинаковое количество задевающих других поступков, они более внимательны к чужому эмоциональному состоянию. Сложно сказать, природное это или нет. Скорее всего, нас просто надрессировали.
Долгое время обществу было выгодно иметь дело с женщинами, которые могут простить все, что угодно. И не просто забывать какие-то мелочи, а принимать мужчин после глобальных косяков. Ведь муж нес за жену и детей какую-никакую, но материальную ответственность. Яркое проявление индивидуальности и личные обиды внесли бы хаос в стройную общественную систему, где роли строго распределены раз и навсегда. Поэтому женщине разрешалось немного пообижаться, а потом и простить непременно обидчика.
Это явление существовало всегда, его следы можно найти в недавних произведениях. Вот помните, например, как вела себя жена в «Красном треугольнике» Галича? Сначала она обижалась, мстила за измену. Но под давлением общества и слов товарища Грошевой все равно вынуждена была простить и воссоединиться с мужем. А куда бы она делась?
И сидим мы у стола с нею рядышком,
И с улыбкой говорит товарищ Грошева:
— Схлопотал он строгача — ну и ладушки,
Помиритесь вы теперь по-хорошему!
И пошли мы с ней вдвоем, как по облаку,
И пришли мы с ней в «Пекин» рука об руку,
Она выпила дюрсо, а я перцовую
За советскую семью образцовую!
Из-за того, что я частенько ссылаюсь на какие-то вещи из недавнего прошлого, у некоторых складывается ощущение, что я критикую таким образом СССР. Да вообще не в этом дело, дело скорее в «сейчас» и «раньше». Понятное дело, что до всякого СССР с женским прощением было еще хуже.
Помню, как-то меня очень впечатлил рассказ М.Горького «Васька Красный». Там главный герой – изувер, истязатель и палач, чьими услугами пользуются владелицы борделей с одной нехорошей улицы. Устрашать непокорных «девочек» – это все была его работа, и выполнял он ее мастерски. И все только и мечтали ему отомстить, но какая-то дьявольская удача оберегала Ваську от всех покушений. Но вот однажды он упал с лошади, угодил под колесо и был отнесен в свой бордель в совершенно беспомощном и переломанном виде.
Начался жуткий страшный самосуд, который остановила одна из девиц. Та, которой, кстати, больше всего доставалось. И потом еще сидела и охраняла недобитого врага, чтобы не добили. В итоге она его и выходила, чтобы не умер до больницы. Это действенное милосердие даже к злейшему врагу и готовность его не только простить, но и выходить - это ведь женская штуковина. Я очень люблю этот рассказ, нахожу в нем множество смыслов, но я с трудом представляю на месте этой девицы мужчину. Это именно женщин, а не мужчин выращивают готовыми на такой подвиг.
Вот, например, история одной из читательниц: «Есть у моего мужа двоюродный брат, Женька. Будучи женат, он закрутил на стороне с молоденькой блондинкой. Та оказалась девка – не промах. Борщами, котлетами и короткими юбками отбила Женьку у законной супруги. Ксюха сразу взяла Женьку в оборот – перезнакомила его со всеми своими многочисленными сельскими родственниками, втерлась в доверие к будущей свекрови. И вообще, все мы ее приняли и полюбили. Как-то сразу она влилась в нашу семью. В общем, Женька ушел от первой жены и расписался с Ксенией. Она сразу же забеременела, чтобы укрепить свои позиции, видимо, и прописалась в его квартиру.
Грешным делом, мы подумывали, уж не ходила ли она к какой деревенской ворожее. Уж очень скоропалительно у них все закрутилось. А потом, когда родился Егорка и жизнь, вроде бы, вошла в стабильную колею – Женька запил. Хотя до этого он не злоупотреблял алкоголем. А тут – запоями. И гулял и дрался. Но Ксюша все терпела. Искала его ночами, звонила друзьям. Говорила, что любит. Один раз пьяный Женька покалечил ее. Ксюше пришлось долго лечиться. Это была последняя капля. Ксюша забрала Егорку и ушла на съемную квартиру на общей кухне.
А вскоре сам Женька чуть на тот свет ни отправился из-за пьянства. Но правда мать его выходила. После этого с алкоголем Женька завязал, но здоровье было подорвано. С Ксюшей он почти не общался. Но она периодически привозила ребенка свекрови. Общению Егорки с отцом Ксюша тоже не препятствовала. Замуж больше она не вышла. А недавно умерла Женькина мать. На похороны он пришел вместе с Ксюшей и Егоркой. Оказалось, они тихо сошлись и живут уже полгода вместе, никому ничего не сказав. Я спросила Ксюшу, как так, ведь он ее чуть зрения не лишил? А вдруг если опять пить начнет? Ксюша ответила: «Люблю его. Никто больше не нужен. Обида прошла, а чувства остались».
Честно говоря, не знаю, есть ли тут сверхъестественный след. Очень сомневаюсь. Скорее всего, человек и раньше был не лучших моральных принципов. И выпивал, но скрывал умело, и безобразничал. А потом, видя таку любовь, раскрепостился и расковался. А вот почему простила… То ли это любовь такая всепрощающая была. Которую мужчины чувствуют, и начинают чудить еще сильнее. То ли сработал тесный контакт с родственниками. Им ведь тоже не нужен такой «подарок» после смерти матери.
Я всегда говорю – агрессивный, деградировавший и проблемный алкоголик обществу не нужен. Оно неосознанно до последнего будет вешать его на жену, которая и похмелит, и успокоит, и на работе отмажет перед начальником. Ну или на мать. Не самим же потом с ним жить!
Вообще, я бы сказала так. Если кто-то настойчиво ходит вокруг тебя, и уговаривает прощать – это не очень хороший признак, прямо скажем. Что-то тут нечисто.
2. Когда человек, причинивший ущерб, не изменился и не раскаялся
Вообще, процентов 90% любых историй про прощение – это про то, что удобно обществу, если присмотреться. Та же история с родителями, например. Обществу не выгодно, чтобы по улицам болтались неприкаянные старики – оно будет настаивать на том, чтобы прощать любых родителей. Самых безобразных. Вместо того, чтобы отладить систему домов престарелых.
Сразу оговорюсь – я прекрасно вижу, что в последнее время в обществе имеется и противоположный перекос. И мои коллеги, психологи, придя к терапевтическому тупику, непременно начинают выяснять отношения с родителями. Тянут их мысленно в свой кабинет, сажают на горячий стул, и так далее. Этот прием может использоваться, но он нужен далеко не всегда. Уж точно не так часто, как его сегодня используют. Однако. В большинстве своем люди просто говорят с придыханием что-то вроде «это же маааама», «это же паааапа». И им плевать, какие там в детстве были издевательства, пренебрежение и дефициты.
Я знаю, что бывают такие родители, которых прощать не надо. Более того, чаще всего именно такие родители буквально требуют их простить (и дохаживать потом, и отдавать им лучшие куски). Такое прощение всегда отдается на откуп тому, кого обидели. Но мне вот что интересно. Человек, который хочет, чтобы его простили, он хоть что-то сделал для того, чтобы возместить ущерб? Он хоть как-то показал свое раскаяние? Вот это главное?
3. Когда прощение не означает продолжение отношений
А есть такие субъекты, которых простить-то можно запросто. А находиться с ними рядом все равно не надо. Вредно.
Вот любишь ты человека (как друга или еще как). И прощаешь его за все с удовольствием. И только хорошего ему желаешь. Но… без тебя. Делай, что хочешь. Но от меня отойди, пожалуйста.
Ты неплохой человек, Василий, наверное, кому-то хороший муж и друг. Но можно я уйду, и не буду слушать твои токсичные глупости про мой образ жизни, мою семью и мою работу? Можно я не дам разрушать себя и не буду тебе подыгрывать? Можно ты будешь, прощенный, бегать где-то на расстоянии? Подальше от меня, ладно? Так я мысленно сказала одному приятелю.
Ты хорошая подруга, у меня нет к тебе зла. Но давай увеличим дистанцию между нами. Потому что при существующей дистанции мне больно, дискомфортно. Прощаю, сто раз прощаю. Я тебя люблю, только дай уснуть, как в песне. А еще лучше – отойди. Потому что простить – это далеко не всегда означает принять обратно.
И да, прощение — это не волшебная таблетка «от всех бед». Оно не должно быть насильственным. Его не должны вымогать обещанием небесных кар или психологических последствий.
Не стоит прощать потому, что «так надо». Не стоит прощать тех, кто не изменился и пальцем не пошевелил, чтобы искупить вину – это их только развращает. Не стоит прощать ценой собственного спокойствия. И не стоит всегда возвращать в свою жизнь прощенного человека. Иногда лучшее прощение – это освобождение.
И самое главное: каждый имеет право не прощать. Просто потому, что некоторые вещи не должны быть прощены… Даже если обществу это очень неудобно…
Как вы думаете, почему иногда окружающие настаивают на прощении, хотя оно губительно?