Началось это не так, чтобы очень давно, по меркам истории. Ещё старики, мирно греющиеся на завалинках, и с прищуром смотрящие вслед бегающим туда, сюда ребятишкам, вспоминали, как они когда-то такие же юные и полные сил, бегали на этот холм за грибами, ягодами.
Могли ватагой, а могли и по одному.
Так вот, те времена, когда на холм можно было пойти в одиночку, остались в той самой далекой шебутной молодости.
Уже давно никто не рисковал пойти по ягоды, грибы на холм один.
А потом и группами стали опасаться. Слишком уж странно и тревожно становилось всем, пусть даже сбившимся порядочной толпой, на этом прекрасном холме.
А холм был воистину прекрасен.
Покрытый густым, красивым лесом, пересеченным ровными тропинками, со множеством ягодных кустов и грибным изобилием.
Но не было больше туда ходу ни одному человеку. В особенности одному.
Первый случай ничему не научил жителей.
Да, первого пропавшего на холме долго искали. По нему плакали родители и молодая жена.
Но жители ещё ничего не поняли.
Когда пропал второй, народ забеспокоился сильнее.
Но поиски и этого пропавшего ничего не дали.
А уж когда пропал третий, народ заговорил в голос, что на холме нечисто.
Но и после этого находились отчаянные смельчаки, желающие набрать грибов, ягод, или поохотиться.
И они пропадали тоже. Все, кто уходил на холм по одному.
Их поиски не приводили ни к какому результату.
Не оставалось ни следов борьбы, ни обрывков одежды, ни чего из того, что человек брал с собой. Корзинки там, или туеска с питьем, куском хлеба. Ничего.
Как будто был человек, и…просто шагнул за какую-то невидимую дверь, со всем, что с ним было.
Сначала искали, искали и надеялись, что вернутся. Но шло время, никто, никогда не возвращался назад. Холм обрастал зловещими легендами.
И стали говорить, что и толпой туда ходить не безопасно.
Зарастали тропинки, ведущие на холм. Хозяйки печально вздыхали в сезон, вспоминая сочные, сладкие ягоды с холма. Но все дружно решили, что без ягод прожить можно. А вот если пропадешь, то…какая уж тут жизнь.
После того, как несколько лет назад в село, стоящее вокруг холма явился какой-то ненормальный ученый, обвешавшийся приборами, и никого не слушая, уперся сам с собой, один, на холм, чтобы тоже пропасть там, холм приобрел окончательный статус нечистого места.
Правительство озадачилось, и расставило вокруг таблички, с указанием обходить эту возвышенность пятой дорогой.
Так холм окончательно одичал.
Жителям, не сующимся на него, вреда не было никакого, и постепенно высохли слезы, и жизнь покатилась по своим рельсам.
Вот только было ещё кое-что. И опять-таки, сразу не обратили внимания.
Те семьи, у которых кто-то ушел на холм, и не вернулся, стали богатеть.
Сначала на самом деле не связали это с пропавшими.
Ну, подумаешь, семья хорошо с огородом обращалась. Урожаи стали богаче и богаче. А там и землицы подкупили, да лавку свою на базаре выкупили. А затем и вообще, поля под овощи распахали, да магазины чуть не по всей стране открыли.
Может, рука у них на овощи, фрукты легкая.
*********************
Все книги автора здесь , автор в легком шоке от количества:) не ожидала, что с аудио будет так много, аж 76.
************************
Подумаешь, обихаживало семейство коровку с теленком, да порося с курями. Что такого-то? Многие так пашут.
А что корова внезапно двоих принесла, да обе телочки, да выросли, и каждая по две телочки принесли. Да продать сумели хорошо, и барашков докупить. А с барашков шерсти настричь, да спрясть нитей, да полотна шерстяного наткать, а из полотна добротного такой наряд соорудить, что образец аж армейские купили. Да так хорошо купили, что семейство и баранов тонкорунных закупило, и станки приобрела. И работать стало не только с армией, но и модными домами.
Которые вдруг сообразили, что из этой шерстяной ткани можно такие костюмы да пальтишки пошить, что все модницы за ними побегут.
Подумаешь, может у семейства жилка такая, купеческая. Бывает.
Но когда вдова одного из пропавших внезапно для себя продала своей глиняной посуды на столько, что смогла прибыль на новый гончарный круг и печь пустить, да учеников нанять, чтоб тоже крутили, да лепили, а потом ещё и с лучшими магазинами в городе контакт на глиняные, да, очень красивые, но таки глинные сервизы, заключить, народ задумался.
И начали сопоставлять.
И получилось, что да, все те семьи, откуда были ушедшие на холм и не вернувшиеся, разбогатели. Не сразу. Мешком с золотом по маковке никто не получил. Но возможности открылись всем. И все ими воспользовались. Труда приложили своего немалого. Но куда уж без этого.
Однако, даже этот странный, но воодушевляющий вывод, не вдохновил никого на новые походы на холм.
С одной-то стороны, вроде и хочется семье облегчение сделать, да богатство в род принести.
А с другой,…да боязно с другой, до зубовной дроби! Во как, страшно!
Да и…то, что пропадешь, коли на холм один взопрёшься, точно, как то, что утро настанет.
А вот разбогатеет ли семья потом…да, кто ж точно скажет?! А вдруг-таки совпадения, ась? И зря себя на муку мученическую обретешь!
То, что пропавшие мучаются где-то там, в неведомом месте, а то и вовсе уже в состояние духов перешли, сомнений ни у кого не было.
Гилиян был средним братом в большой семье. Семья была в меру дружной. А куда деваться? Не выйдешь вместе на уборку урожая, зубы зимой по полку сложишь.
Но как ни бились родители и старшие братья, выбиться из бедности семье не удавалось.
То и дело приходилось идти на поклон к тому семейству, что землями владело. Да брать в долг то зерна, то картохи на еду, да и на посадку. А отдавать потом втрое. А то и больше.
Вот и получалось, что вроде и родит поле вдосталь, а все излишки на долг уходят
Гилиян очень любил своих родных. И часто думал, как бы сделать так, чтоб и младшие в одежках новых ходили, и мама плакать тайком перестала, после того, как последнюю горстку муки на хлеб пустит, да думает, как бы всем куском оделить. И отец чтоб спину натруженную распрямил.
Но что тут сделаешь, если голь из голя, да голью погоняет. В город пойти? Там своих хватает. Да и копейки, чтоб хоть первое время продержаться в семье не было.
Стена какая-то непробиваемая.
Этот год выдался особо тяжелым. Сначала морозы первые всходы побили, потом дожди зарядили…затем…а…
Гилиян выскочил во двор, и с тоской уставился на покосившийся домишко.
Давно было пора перекрыть крышу. Да что там крышу?! Этот бы снести, да новый поставить… Но лес надо было покупать. А на что?!
Внезапно поднявшийся ветер бросил в лицо капли дождя, и унесся куда-то в сторону холма.
Никто не слышал песню, вдруг начавшуюся среди верхушек высоких деревьев. Никто.
Кроме Гилияна.
Он немного умел писать. И когда мать проснулась, и встала, чтоб завтрак всем спроворить, из того, что сумеет найти на почти пустых полках, на столе лежал клочок бересты.
Она прочитала, и без сил опустилась на грубо вытесанную скамью.
Отец, вставший следом, увидел жену, заливающуюся слезами, взял у неё из рук исчерканный клочок, и через пару минут так же обессилено опустился рядом.
«Мам, пап, простите. Я ушел на холм. Не поминайте лихом. Гилиян».
Вот и всё, что там было написано.
Парень решительно взбирался по склону. За годы что холм был закрыт, тропы заросли, и пробираться было ой, как нелегко.
Но он старательно пролезал через густые заросли, решительно двигаясь выше и выше.
Куда именно ему надо дойти, Гилиян не знал. Поэтому просто топал и топал вверх.
P.S. дорогие друзья ОГРОМНАЯ, ОГРОМНАЯ благодарность тем, кто решил отблагодарить автора кофейком обязательно выпью за ваше здоровье чашечку! И даже больше! Было очень неожиданно приятно!
И благодарю всех, кто покупает мои книги на литрес! Очень благодарю! Вот просто очень, очень приятно!
И просто благодарю всех, кто читает, всех кто отзывается! Всех кто со мной! Благодарю вас, друзья!
Продолжение здесь