Брат огорошил Олю заявлением: "Все лето будем жить у тебя на даче!" Девушка потеряла дар речи от такой наглости. Нет уж, хватит с меня этих незваных гостей, пора их выставить за дверь!
Когда Оля привезла рассаду, предвкушение дачного умиротворения сменилось тревогой. Из-за забора неслись звуки громкой музыки, а сломанный замок на калитке поверг ее в шок.
"Что здесь происходит?!" - прошептала Оля, входя во двор.
Увиденное напоминало кошмар садовода. Лана, жена брата, вальяжно развалилась в гамаке, потягивая сок из бокала и болтая по телефону. На ней был любимый махровый халат Ольги, а на мангале что-то аппетитно шкворчало.
"Рома!" - крик Ольги заставил осыпаться яблоневый цвет.
Брат девушки появился из-за дома с триммером в руках.
"О, Олька! - ухмыльнулся он. - Мы тут... сюрприз решили сделать."
"Ты сломал замок?!" - Ольга с трудом сдерживала гнев.
"Да он сам как-то... отвалился," - пробормотал братец.
Тут из кустов выскочил один из племянников.
"Тетя Оля! А у вас есть бадминтон? Или мячик? Мы всё обыскали, но не нашли!"
"Вы... ворвались... в... мой... дом?!" - каждое слово Ольге давалось с трудом.
"Оля, ты приехала! - Лана наконец-то оторвалась от сока. - Мы решили вдохнуть в это место новую жизнь!"
"Лана, ты в моем халате," - прошипела Оля.
"Он такой мягкий! - она погладила халат. - Нечего ему висеть без дела!"
Из распахнутых окон дачи донеслись звуки разрушения: грохот падающих предметов и визгливый скрежет.
— Неужели племянники добрались до моих кассет?! — Оля сразу поняла, что происходит.
Коллекция Ольги, которую она хранила здесь для приятного времяпрепровождения, рухнула с полок.
— Э... дети играли, — Роман попытался оправдаться, скорчив виноватую гримасу. — Они построили из кассет гараж для машинок. Очень символично, между прочим.
— Символично? — Ольга скептически вскинула бровь. — А знаешь, что еще символично? Моя просьба не приезжать сюда без моего разрешения. Особенно после того, как в прошлый раз вы умудрились сломать мой камин!
— Огонь погас сам, у нас был романтический вечер, мы хотели, чтобы было сказочно! — тут же парировал Рома. — И вообще, это было в том году. Мы духовно выросли!
— Да-да, — поддакнула Лана. — Я теперь увлекаюсь йогой. И знаешь, что я заметила? Твои проблемы с братом — это эхо детских обид!
Оля закрыла глаза и попыталась не задохнуться, но это не помогло. Пришлось досчитать до двадцати.
— Собирайте вещи и уезжайте, — произнесла Оля как можно спокойнее. — Прямо сейчас.
— Но мы только приехали! — возмутился Рома. — И мясо..., оно же еще жарится.
— Оставьте мясо и убирайтесь, — Оля отвернулась и направилась к машине. — И проверьте, не прихватили ли вы случайно мои вещи.
— Да кому нужны твои шмотки! — крикнул Рома вслед Ольге. — Подумаешь, халат какой-то пожалела!
Выпроводив незваных гостей, Оля налила себе крепкий чай с ликёром. И со слезами: "Чтоб им пусто было!"
Ольга вспоминала, сколько она работала не покладая рук, откладывая каждую копейку, чтобы наконец купить дачу своей мечты. Здесь она посадила любимые клематисы, розы и лилии. И самое главное, это было её личное пространство.
Мысли Ольги прервал телефонный звонок от мамы.
— Доченька, — раздался в трубке голос мамули, прирожденной миротворицы с дипломом «все для детей» и докторской степенью «лишь бы не было ссор». — Что это ты с родным братом поругалась?
Оля глубоко вздохнула.
— Мам, они самовольно вломились в мой дом. Понимаешь? В МОЙ!
— Ну что ты так говоришь... Может, замок плохо закрывался.
— Мам, — Оля сдержала желание удариться головой о стол, — там была сломана задвижка. Полностью.
"Ну, доченька, Роман же твой брат..." - в голосе матери сквозило укоризной. "Ему сейчас трудно, неужели тебе жалко? Он же родной человек, единственная опора!"
"Если он моя опора, то я убежденная атеистка," - пробормотала Оля, чувствуя, как закипает злость. "Они тут все перевернули! Ланка щеголяет в моем халате, а дети строят крепости из моих коллекционных кассет, как будто у них нет игрушек!"
"Ну, они же еще маленькие, а мальчишки всегда такие непоседы."
"Тринадцать лет - это уже варвары, а не дети!"
Мать Ольги лишь тяжело вздохнула.
"Ах, вот как! Значит, ты не любишь племянников," - она сделала трагическую паузу. "И брата не любишь. И меня. И вообще никого на свете!"
Оля отстранила телефон. Классический прием: когда аргументы заканчиваются, переходи к манипуляциям и чувству вины.
"Мам, я спать. Завтра рано вставать," - сказала Оля устало.
"Подумай, доченька," - заворковала мать. "Они же семья. Тебе что, трудно помочь?"
Оля отключила вызов и бессильно откинулась на диван. В голове билась одна мысль: что еще должен сделать Рома, чтобы мать наконец увидела, что он злоупотребляет моей добротой?
Роман же, в свою очередь, не сдавался, упрямый как осел. У Ольги высветилось сообщение: "Может, мы на дачу на все лето переедем? Ланке тут нравится, да и детям раздолье."
Оля медленно отложила телефон и налила очередную порцию черного кофе, чтобы прочувствовать всю горечь ситуации.
На все лето? На ВСЕ три месяца?!
Первым порывом было позвонить брату и высказать все, она думает о его жене и их отпрысках.
"Оля, успокойся," - сказала я себе, глядя в зеркало. "Ты взрослая, разумная женщина. Ты справишься."
Кивнув своему отражению, я взяла телефон.
"Рома, ты серьезно насчет всего лета?" - спросила Оля, как только он ответил.
"А что такого?"
В его голосе звучала расслабленность, как будто он загорал на пляже.
Ольга с трудом сдержала гнев. Глубокий вдох, выдох, счет до ста... Ничего не помогало.
"Ланка тебе сейчас кое-что скажет!" - радостно провозгласил братец.
Последовала неразборчивая болтовня, и в трубке раздался приторно-сладкий голос жены брата: "Оленька, солнышко! Мальчикам так хорошо у тебя на даче, деткам свежий воздух полезен! Ну, будь ты хорошей, доброй тетей!"
"Лана, - я старалась говорить ровно, как с несмышленышем, - это моя частная территория. Вы там без моего разрешения. Если бы вы спросили, я бы, возможно, и разрешила."
"Ну вот! Раз "возможно разрешила", значит, все в порядке!" - парировала Лана.
Я поняла, что спорить с этой женщиной, с которой меня по недоразумению связала родственная связь, бесполезно.
"Ладно, - сказала Оля нарочито спокойно. - Развлекайтесь."
"Оль, ну ты что, обиделась?" - вдруг встревожился Рома, вернувшись к телефону.
"Нет, - ответила Оля с фальшивой улыбкой, которую он не мог видеть. - Я еду решать проблему."
В агентстве недвижимости витал запах кофе и личного отчаяния Ольги. Кофе соображала риэлтор, полная женщина, которая изучала фотографии моей дачи на планшете.
"Вы уверены в своем решении о продаже?" - спросила она, внимательно глядя на Ольгу. - "На такие объекты сейчас большой спрос."
"Абсолютно уверена," - ответила Оля с такой решимостью, что риэлтор пролила кофе. - "Чем быстрее, тем лучше."
Риэлтор удивленно приподняла бровь.
"Спешите?"
"Избавляюсь от ненужного," - объяснила Оля с улыбкой, достойной мученицы. - "У меня появились... новые приоритеты."
А именно: вычеркнуть брата и его семейку из своей жизни, - подумала Оля.
"Что ж, объект привлекательный," - женщина провела пальцем по экрану. - "Спрос есть. Думаю, у меня уже есть потенциальный покупатель."
Ольга облегченно вздохнула. Все складывалось как нельзя лучше.
Будущий хозяин дачи, Александр Васильевич, ей очень понравился. Подтянутый мужчина лет пятидесяти, с идеальной причёской и взглядом, способным заморозить все живое, он был немногословен и деловит. После просмотра фотографий и нескольких точных вопросов, он коротко сказал: "Беру". Олино удивление по поводу отсутствия личного осмотра он объяснил доверием к снимкам и порядочности риэлторской конторы. ОЛя попыталась предупредить о незваных гостях: "Понимаете... там иногда бывают мои родственники". Его это не смутило: "Я покупаю имущество, а не родственников. Когда подписываем?" Договорились на субботу, как раз в день, когда брат Рома, по слухам, планировал грандиозную вечеринку для соседей. Зная его, он наверняка собирался проникнуть на участок без спроса, чтобы "порадовать" сестру.
- Ну уж нет, братец, посмотрим, кто кого перехитрит!
В субботу дача бурлила жизнью: машины, музыка, шашлыки, крики детей.
"Здесь всегда так?" - спросил Александр Васильевич, выходя из своего блестящего черного паркетника. "Только когда приезжает мой брат", - вздохнула Оля. Довольная Лана, выплывающая из-за дома с салатом, первой заметила гостей.
- Оля! Ты все-таки приехала! А мы уж не ждали!
Оля представила Александра Васильевича и юриста.
- Очень приятно! Вы друзья Оли? Или...? - Лана многозначительно подмигнула, явно строя догадки.
— Что-то большее, чем просто визит?
— Я теперь владелец этой дачи, — спокойно объявил Александр Васильевич.
Лана буквально опешила.
— В каком смысле владелец?
— В прямом, — пояснил юрист. — Ольга Ивановна продала участок господину Иванову. Вот документы.
— Но... — Лана побледнела. — Роооомааа!
Из-за мангала появился Роман, в фартуке и с видом хозяина.
— Олька! — обрадовался он. — Мы уж думали, ты забыла про нас!
— Если бы могла, — пробормотала Оля.
— Рома, она продала дачу! — выпалила Лана.
Брат замер.
— Что?
— Я продала дачу, — повторила Оля. — Александр Васильевич - новый владелец. Юрист оформляет сделку.
Вместо ожидаемой бури, Рома тихо спросил:
— Почему?
— Потому что ты захватил мой дом, — ответила Оля. — Потому что ты считаешь, что все мое — твое. Потому что ты не уважаешь мои границы. Мне надоело. Проще избавиться от причины раздора.
— И что теперь? — спросил Рома.
— Теперь вы уезжаете, — вмешался Александр Васильевич. - Немедленно. Теперь это моя собственность.
— Но мы собирались здесь жить все лето! — возмутилась Лана.
— Заберите палатку с собой, — ответил новый хозяин. — Я не люблю гостей.
Роман сорвал фартук и бросил его на землю:
— Да это был чертов капкан! Вместо Крыма - деревня!
— Вот и поезжайте в Крым, — кивнула Оля.
— Ты... — Рома искал слова. — Ты жестокая! Это же наше родовое гнездо!
— С чего вдруг? — Оля скрестила руки. — Я сама на нее заработала.
Лана потянула Романа за руку:
— Поехали. Все ясно.
И, повернувшись к Оле, добавила:
— Ты пожалеешь.
— Не думаю, — улыбнулась Оля. — Зато не пожалею, что больше не увижу, как вы превращаете мой сад в поле боя.
В этот момент из дома выбежали племянники и соседские дети.
— Тетя Оля! — закричал один из них. — Мы прыгали на пуфе!
— На пуфе?! — Оля ахнула.
— Все, хватит, — прервал Александр Васильевич, сборы затянулись. Или я звоню в полицию.
Он набрал номер телефона. Испуг на лицах родни стал для Оли наградой.
"Олечка, милая, как ты?" – голос мамы, полный беспокойства, вырвал девушку из задумчивости.
Она пристально смотрела на дочь через кухонный стол. "Не жалеешь, что продали дачу?"
"Нет, мам. Совсем нет," – ответила Оля, стараясь звучать убедительно.
"А Роман все еще дуется," – вздохнула девушка.
"Пройдет," – Оля постаралась придать голосу легкость. "Он мастер находить себе причины для обид."
Полгода молчания. Полгода с тех пор, как Оля продала дачу.
Роман не звонил, и Оля тоже. Кажется, это был самый долгий период тишины между братом и сестрой.
"Он же твой брат," – проговорила мама, но в ее голосе уже не было прежней уверенности.
"Я знаю," – кивнула Оля. "И я всегда буду его сестрой. Но это не значит, что я должна прощать ему все."
Мама молчала, задумчиво вращая чашку в руках. "Что собираешься делать с деньгами?"
"Пока не решила. Может, отложу, может, куда-нибудь съезжу," – ответила Оля небрежно. "Тратить – дело нехитрое."
Правда была в том, что деньги уже были потрачены. Ольга купила новую дачу, вдали от старой жизни. И сейчас, втайне от всех, обустраивала свой новый мир. Говорить об этом маме? Ни в коем случае. Тем более, сообщать адрес.
Ольга вынесла хороший урок: если в твоей жизни появляется что-то ценное, обязательно найдется тот, кто захочет это отнять.
"Но я больше не позволю никому разрушить мое счастье", - уверенно сказала девушка себе.
******************************************************************************************