— Ты много где участвуешь. Что скажешь о съемках в кино? — Это безумно тяжело. Кажется, что это легко. Сыграй печаль. Ты что, не умеешь печалиться? А это тяжело. Я училась актерскому мастерству. Это что‑то совершенно другое. Я занималась с преподавателем, но когда выходишь уже и играешь на камеру, все наработки летят в пропасть. Серии со своим участием не смотрела. — Ты можешь слушать свой голос? — Его можно настроить. Я где‑то что‑то подправила, подкрутила, подняла. Четкость дикции, ораторское искусство. С голосом уже более или менее все хорошо сейчас. Раньше не могла себя слушать, — сказала двукратная чемпионка мира.
— Ты много где участвуешь. Что скажешь о съемках в кино?
— Это безумно тяжело. Кажется, что это легко. Сыграй печаль. Ты что, не умеешь печалиться? А это тяжело.
Я училась актерскому мастерству. Это что‑то совершенно другое. Я занималась с преподавателем, но когда выходишь уже и играешь на камеру, все наработки летят в пропасть. Серии со своим участием не смотрела.
— Ты можешь слушать свой голос?
— Его можно настроить. Я где‑то что‑то подправила, подкрутила, подняла. Четкость дикции, ораторское искусство. С голосом уже более или менее все хорошо сейчас. Раньше не могла себя слушать, — сказала двукратная чемпионка мира.
