Россия в многополярной глобальной экономике

Тектонические сдвиги, наблюдаемые в мировой экономике в последние несколько лет, все отчетливее свидетельствуют о смене модели развития мировой экономики и торговли. Мы вновь слышим о восстановлении уровня тарифных барьеров в торговле. Многие воспринимают заявления администрации президента Трампа как действия, вносящие сумбур в мировую экономику. Однако, скорее всего, это не так.

США начинают активно реагировать на формирование тренда на многополярность не только в политике, но и в экономике. Одна из наиболее крупных стран выстраивает систему мер поддержки экономики в условиях нарастания конкуренции и формирования новых центров силы. В этих условиях Россия должна оперативно и адекватно реагировать на происходящее и максимально эффективно встраиваться в новую конфигурацию мировой экономики. Это важно еще и потому, что без позитивного долгосрочного вклада внешней торговли в формирование ВВП будет крайне сложно обеспечить необходимый динамизм развитию нашей страны.

Эволюция мировой экономики в последние более чем 30 лет была связана с реализацией модели глобализации. Ее суть состояла в опережающем росте торговли над динамикой мирового ВВП за счет постепенного переноса производств из развитых стран в развивающиеся. Инициировали этот процесс крупнейшие транснациональные корпорации, которые таким образом могли формировать дополнительный объем технологической ренты за счет использования дешевых ресурсов развивающихся стран. С одной стороны, такой механизм позволял обеспечивать для развитых стран необходимый приток доходов, а с другой – стал мощным источником повышения уровня экономического развития для крупнейших развивающихся стран. Да, за такой механизм развития развивающиеся страны платили частью своего политического и технологического суверенитета, но это было оправдано тем рывком, который был осуществлен за относительно короткий промежуток времени в этих странах.

То, что происходило в структуре мировой экономики в годы после распада СССР, можно назвать интеграцией нового типа. Она, как правило, не имела формальных институтов, но предполагала тесное сотрудничество стран в торгово-финансовой сфере и сопровождалась активным трансфертом технологий. Наиболее ярко такое сотрудничество развивалось по линии США – Китай, постепенно делая страны все более и более зависимыми друг от друга. Эта модель интеграции оказалась более экономически успешной, чем формальные интеграционные объединения, которые были сильно зависимыми от формальных процедур и бюрократии.

Казалось бы, происходил эффективный обмен активами между развитыми и развивающимися странами, когда первые получали свою долю геополитической и технологической ренты, а вторые обеспечивали рост уровня и качества жизни населения, научно-технологическое развитие. Однако вся эта схема эффективно работала до тех пор, пока в ней не назрели фундаментальные ограничения, из-за которых она стала быстро терять потенциал дальнейшего роста. Определенным рубежом стал кризис 2008–2009 гг., после которого темпы роста мировой торговли перешли в стадию стагнации. Эта тенденция сохранилась и даже обострилась после эпидемии COVID-19, а также начала СВО.

Читайте дальше на vedomosti.ru →

Подпишитесь на «Ведомости» в Telegram

Читайте также:

Узнай Москву: в столице запустят профориентационные смены «Города открытий»

Минсельхоз допустил начало экспорта риса при росте урожая до 2 млн тонн

В Петербурге планируют ввести выплату в 100 000 рублей для беременных студенток