На совещании в Сарове премьер-министр Михаил Мишустин заявил, что в России создаются видеокарты, способные конкурировать с Nvidia. Заявление прозвучало громко, но за ним стоит конкретная работа — от нейроускорителей до попыток наладить серийное производство. Что именно показали премьеру, насколько всё серьёзно, и есть ли у России шанс встать в один ряд с технологическими гигантами — разбирается IT-World.
Когда премьер-министр страны говорит о видеокартах — это уже не просто технологическая повестка. Это стратегическое заявление. И именно такое прозвучало 2 июня в Сарове, где Михаил Мишустин провёл совещание по развитию электронной промышленности.
Михаил Мишустин:
«Без сомнения, те наработки, которые сегодня показали, в том числе и как конкуренция Nvidia по видеоплатам, — это будущее».
Ставка делается на собственные графические ускорители, которые должны заменить дефицитные и всё более дорогие зарубежные аналоги. В условиях санкций, логистических сбоев и параллельного импорта это звучит не как выбор, а как необходимость. Цель — построить замкнутый цикл: от сырья и компонентов до готовых решений для искусственного интеллекта, суперкомпьютеров и цифровых платформ.
Речь может идти, в частности, о проекте, который реализуют компания Fplus и НТЦ «Модуль». Они разрабатывают нейроускорители NM Quad и NM Card Mini. Первая модель — 20 ГБ, вторая — 5 ГБ. Это не полноценные GPU для обучения нейросетей, но вполне боеспособные решения для запуска уже обученных моделей — то, что в ИИ-инфраструктуре называют inference. В 2025 году ожидается выпуск первых 100 серверов, а к 2027-му — переход к серийному производству. То есть, это уже не только идея, а чёткий план.
Рынок облачных вычислений на GPU в России вырос до 17,1 млрд рублей в 2024 году, показав прирост в 55%. Основные игроки — Cloud.ru, Yandex Cloud и МТС. Все они нуждаются в мощных и надёжных видеокартах. Пока в ходу в основном Nvidia, но цены на такие ускорители, как A100, давно превысили разумные пределы: в России один такой чип может стоить как автомобиль. Это ограничивает доступ к ИИ-технологиям для малого и среднего бизнеса, да и для госсектора тоже.
Разработка собственных решений —это попытка обеспечить технологическую безопасность. И в Сарове Мишустину показали, что работа идёт не только в сфере GPU, но и в более широком контексте:
- отечественные литографы,
- матричные фотоприёмные устройства,
- компоненты фотоники,
- химические материалы и технологии проектирования электроники.
Правительство рассчитывает, что доля российской фотоники на внутреннем рынке вырастет с 35% до 90% к 2030 году, а уровень локализации такой сложной продукции — с 15% до 70%.
Сам Мишустин не скрывает: проблема не в том, чтобы сделать единичный прототип — с этим у российских разработчиков всё в порядке. Проблема — в масштабировании. Производство, стандартизация, сервис, логистика, маркетинг — именно здесь «умирают» десятки перспективных решений. «Учёные у нас умницы, могут сделать всё. Но потом встают вопросы массового выпуска и понимания со стороны бизнеса, как это внедрять», — отметил премьер.
Российский рынок ИИ вырос до ₽320 млрд при острой нехватке GPU
Также обсуждалось развитие суперкомпьютерной инфраструктуры и связки между разработчиками чипов, производителями оборудования и интеграторами ИИ-решений. Если эту систему удастся собрать, эффект будет мультипликативным: от госуправления до производственных предприятий, где такие технологии помогут снижать капексы и оптимизировать процессы.
Такой подход — это уже не догоняющая стратегия, а попытка сыграть на опережение. Ставка делается на новые ниши, где конкуренция ещё не захлопнула двери. Пока это только первая сотня серверов, но в контексте нынешнего положения отрасли — это шаг вперёд. Да, до Nvidia далеко. Но, как отметил Мишустин, «это будущее».