Я проснулась от того, что замерзла. Ноги покрылись гусиной кожей, захотелось завернуться во что-то теплое. Я огляделась по сторонам. В темной комнате позади дивана, на котором я лежала у окна горел высокий торшер бледным оранжевым светом едва освещая комнату. Рядом в центре комнаты я различила камин, но дрова уже прогорели, а угли чуть заметно светили темно-ярким затухающим светом.
Я присмотрелась к помещению в котором находилась. Это был деревянный дом с высокими потолками и огромными окнами, завешенными светло-коричневыми шторами. Единственное открытое треугольное окно находилось под потолком. В нем отражались звезды. Небо было безоблачным. Я лежала на мягком бежевом диване с правой стороны комнаты. Посередине перед камином на коврике под цвет дивана стояли два деревянных кресла-качалки. Массивная дверь в комнату была плотно закрыта. Над камином висели оленьи рога. Безукоризненная чистота и отсутствие лишних деталей наводило на мысль, что дом не жилой, а скорее гостевого типа.
Я прислушалась. Где-то недалеко были слышны мужские голоса. Люди смеялись, но понять, о чем они говорят мне не удавалось. Слишком тихо. Присутствие некоторого количества мужчин подействовало на меня отрезвляюще, мозг включился в работу.
Мне нужно было понять где я, и кто эти люди в максимально короткие сроки, чтобы иметь возможность что-либо сделать с этой информацией и предпринять какие-либо действия.
Руки заныли. Я подняла их над собой, уже зная, что означают эти ощущения. Кисти были плотно связаны между собой крест накрест веревкой. Я пошевелила ногами. Нижние конечности, судя по всему тоже не остались без внимания. В районе щиколоток мне удалось нащупать веревку.
Перевалившись на правый бок, я стянула ноги с дивана и присела. Одевать шорты с футболкой было не лучшей идеей. Ночи в Англии были прохладными и моя одежда не спасала меня от холода.
Во рту было сухо. Я вспомнила, что последний раз ела и пила по дороге в Питерборо. Скоро желудок проснется ото сна и заноет. Но пить хотелось уже сейчас. Я огляделась в поисках какого-либо источника воды. Но ее нигде не было.
Съежившись от холода, а попыталась зубами развязать узел веревки. Но он был затянут очень плотно. Я вспомнила перочинный нож, который остался в колене одного из наемников Магера и пожалела, что не забрала его с собой.
Тут же сердце болезненно заныло, воспоминания о Майле нахлынули на меня. Я понимала, что в тот момент она уже была наполовину при смерти, падении машины только уменьшило ее шансы на выживание, хотя я не могла не отметить свою предусмотрительность, когда пристегнула девушку ремнем безопасности. Но тут же пришла отрезвляющая мысль, что ни Магер, ни Фолл не отправили бы ее в больницу, даже если бы ей удалось чудом выжить. В голове всплыло перекошенное от злости лицо Роланда Фолла.
Я поежилась и вновь вгрызлась в веревку зубами, предварительно облизав сухую кожу губ. Жесткая поверхность неприятно оцарапала язык. Я вспомнила про саднившую губу, в результате пощечины от одного из наемников Магера и отметила, что губа уже зажила. Никаких неприятных ощущений, кроме сухости, во рту не было. Я развернула голову к кровоточившему ранее плечу. На футболке с правой стороны зияла дыра, видны были грязные подтеки, отдаленно напоминавшие кровь. Но идентифицировать их точнее у меня не получилось. Я подвигала плечом. Жжения не было. Боль в плече также отсутствовала. Я подняла руки и попыталась нащупать рану. Но она словно испарилась. На моем теле не было даже маленького шрама, напоминавшего о ранении.
“Как это все странно…” - не могла не отметить я.
Вновь где-то вдалеке раздался мужской смех. Я вспомнила где я, и вновь вцепилась зубами в веревку. Мне удалось разорвать пару ниток. Но это была капля в море. Веревка была достаточно жесткая и толстая. Но другого пути у меня не было. Поэтому я снова принялась перегрызать волокна веревки., сосредоточившись на процессе.
- Если бы ты знала, где валялась это веревка ранее, вряд ли бы согласилась взять ее в рот, - услышала я знакомый баритон.
Я медленно подняла голову, мягко сплевывая волокна, набившие рот. Роланд Фолл стоял наклонившись плечом о дверной косяк. Сейчас он был одет в темно-серый флисовый спортивный костюм с капюшоном. Чистый, сытый и наверняка выпивший, он вызвал во мне волну ненависти.
Фолл внимательно разглядывал меня, по-видимому ожидая от меня каких-то реплик. Но я сжала зубы, не желая произносить ни одного слова. Целую минуту мы молча смотрели друг на друга. Затем мужчина зашел в комнату и остановился у камина. Также молча он достал пару поленьев снизу и подкинул их в очаг. Но этого оказалось недостаточно. Он выругался и присел возле камина. Фолл нехотя сделал несколько глубоких глубоких выдохов в сторону углей, пока маленькое пламя не начало разгораться на только-что подкинутых дровах. Убедившись, что огонь не потухнет он подбросил в камин еще пару поленьев.
Все это время я сидела на диване, стараясь не издавать никаких звуков и вглядываясь в профиль мужчины. Если бы характер Фолла не был столь отвратительным, а я не испытывала к нему волну злости, он вполне мог бы показаться мне красивым: гордый профиль, аккуратно подстриженная щетина и волосы, длинные ресницы, светло-голубые глаза, спортивное телосложение. Всего этого было бы достаточно для любого другого мужчины, чтобы влюблять в себя с первого взгляда.
Тем временем мужчина поднялся, огонь в камине уже пылал, в помещении постепенно становилось теплее. Лицо Фолла выражало полнейшее равнодушие. Он развернул ближнее ко мне кресло-качалку в мою сторону и сел в него. Откинувшись на спинку, он едва ощутимо качнулся.
Я молча наблюдала за ним. Наконец он заговорил:
- Ну что, Кира, наконец-то у нас появилось время побеседовать с тобой наедине так долго, как мне это будет угодно, - он говорил намеренно растягивая слова, как будто демонстрируя, что никуда не торопится, и что я полностью в его власти.
Я сделал глубокий вдох, но упорно продолжала молчать.
- Вчера ты испортила мне всю операцию по поимке Магера, заставляя отвлечься на тебя и упустив его из вида.
- Может тогда не стоило уделять мне столько времени, - не выдержала я, вновь облизнув губы. В доме становилось теплее, но жажда по-прежнему душила меня.
Мужчина ухмыльнулся:
- Да, ты права, нужно было просто сразу прирезать тебя, чтобы ты не мешалась под ногами.
- Тогда у тебя бы возникли проблемы с моим братом. Тебе бы пришлось отвечать за этот поступок! - я откровенно блефовала, прекрасно осознавая, что доказать в той ситуации, что меня бы убил Фолл было бы крайне сложно. Это во-первых. А во-вторых меня терзали сомнения, что Маркус даже после моей смерти вряд ли стал бы мстить за меня Фоллу, уж слишком холодные отношения у меня были с братом.
Лицо мужчины озарила удовлетворенная улыбка, словно он ожидал мой ответ:
- Я бы не был так в этом уверен на твоем месте.
- Ты его плохо знаешь! - останавливаться было не в моих правилах. Да и что еще я могла в той ситуации, кроме как пугать Фолла расправой.
Он осклабился, глядя на меня с интересом и, как мне показалось, с жалостью:
- Мне бы не хотелось быть тем человеком, который расскажет тебе это… Но, учитывая, как сильно ты надеешься на своего брата, я возьму на себя такое бремя... - мужчина лениво взглянул на свои ногти, что совершенно расходилось с его словами, - Вчера в Стокгольме на Маркуса Вуда было совершенно нападение. Он получил два ножевых ранения. В живот и в область шеи. Его в срочном порядке госпитализировали, и насколько мне известно, врачи весь день пытались его спасти...
Меня обдало жаром. В голове вихрем закрутилось ощущение дежавю. Словно все это я уже где-то видела. Меня затошнило. Я поблагодарила себя за то, что уже сижу. В противном случае, я наверно уже бы потеряла сознание. Еще сильнее захотелось пить.
“Как он может так спокойно говорить об этом… жуткий… жалкий человек… чертов Фолл”.
Я посмотрела в глаза человеку, которого казалась ненавидела сейчас не меньше, чем самого Дейна Магера, ожидая вновь наткнуться на пренебрежительную ухмылку. Но вместо нее я увидела озадаченность. Два голубых глаза смотрели на меня с сочувствием. Его руки обхватили подлокотники кресла, словно готов был в любую секунду метнуться ко мне, чтобы оказать поддержку и помощь.
Наверно мой взгляд стал удивленным, потому что Фолл, опомнившись, вновь стал тошнотворно равнодушным. Он встал и подошел к окну за моей спиной, отдернул штору и вернулся ко мне, протягивая небольшую бутылку с водой, открутив при этом крышку.
Я колебалась всего пару секунд и уже через мгновение впилась в горлышко бутылки, жадно отхлебывая воду. По моему подбородку стекла небольшая струйка воды. Но я даже не обратила на нее внимание.
Фолл присел рядом со мной, широко раскинув на спинку дивана руки, ожидая, когда я наконец напьюсь.
Вода закончилась, и я протянула мужчине пустую бутылку, вытирая важный рот и подбородок о левое плечо футболки.
Говорить не хотелось. Находиться рядом с Фоллом тоже. Я чувствовала, что мои глаза становятся мокрыми, и меньше всего мне хотелось, чтобы мою слабость видел этот человек.
- Твой брат жив, - бросил он коротко.
- Что? - я повернула голову в его сторону.
- В достаточно тяжелом состоянии, но живой.
Я опешила. И вот предательская слеза радости скатилась по моей щеке. Я отвернулась в противоположную от Фолла сторону, вытирая слезу, связанными руками.
- Спасибо, - сухо бросила я мужчине, тщательно маскируя дрожащий голос.
- За что?
- За то что нашел силы сказать, что мой брат жив. Наверняка для тебя это было невероятно сложно.
Мужчина нахмурился:
- Ты не понимаешь, да? - его голос приобрел жесткость.
- Что не понимаю?
- Сейчас, за свои ошибки тебе придется расплачиваться самостоятельно.
Я внутренне напряглась, но постаралась скрыть это от Фолла.
- О чем ты? О каких ошибках идет речь?
Он лениво развернул голову в мою сторону:
- Для начала, хотелось бы узнать, как ты компенсируешь мне стоимость моей машины.
- Что? Но...
Я вновь посмотрела на него. Холодный равнодушный взгляд всего в нескольких сантиметрах от меня, не сулил ничего хорошего.
- Хорошо, - промямлила я, - отпусти меня, я постараюсь что-то придумать.
Фолл помотал головой из стороны в сторону. Я обреченно взглянула на него:
- Ну, а где я тебе я сейчас найду эту твою компенсацию? У меня нигде за пазухой сейф с деньгами не припрятан. Или что, планируешь меня на органы продать?
- Не плохое предложение, но боюсь у тебя нет столько органов, - холодная констатация, не выражающая никаких эмоций.
- Ой, да ладно тебе! Ты ведь не серьезно? - я разозлилась, - нет, я все понимаю, ты не хотел давать мне машину, чтобы спасти мою подругу,.. хотя, нет… Этого я тоже не понимаю… Но каким нужно быть… отвратительным, мерзким человеком, чтобы спрашивать деньги с девушки, которая только что сама не погибла, и чуть не потеряла брата…
- Не бери на свой счет. Я просто деловой человек, детка. Ты попортила мне имущество. Кто-то должен мне за него заплатить, - в его голосе как-будто появилась нотка сочувствия. Но я тут же отмахнулась от этой мысли, сомневаясь, что Фолл, знает значение слова “сочувствие”, - ты могла бы быть мне благодарна.
- Благодарна? За что?
- За то, что я вытащил тебя из горящего автомобиля. Тебя и твою подругу, за то, что я не пристрелил тебя до сих пор, хотя ты меня изрядно подбешиваешь, - теперь в его словах явственно читалось раздражение.
- Так ты вытащил Майлу из машины? - спросила я кротко и тихо.
- Ну это сделал не совсем я. Мои люди.
- И что с ней? Она жива?
Фолл посмотрел на меня с интересом:
- В тот момент меня волновала только ты. Поэтому убедившись, что ты жива и не сильно пострадала, я забрал тебя сюда, предоставив своим людям разбираться с остальным. Поэтому, знаешь, я не имею не малейшего понятия, что с твоей подругой.
“Черт”, - выругалась я про себя, догадываясь, на что рассчитывает Фолл. Теперь мне придется уговаривать его узнать, что все-таки случилось с Майлой.
- На руках меня нес? - решила я хоть как-то пробить эту броню раздражения.
- Что? - мужчина удивился, приподняв одну бровь.
- Ну из машины… Раз уж я тебя так сильно волновала.
Я старалась не смотреть на него, рассматривая предметы в комнате, но я все равно почувствовала его взгляд на себе. Цепкий и внимательный он рассматривал меня. Не в силах больше противостоять этому, я посмотрела на мужчину. Фолл улыбался:
- Забавная ты, Кира!
- Забавная? - переспросила я.
Мужчина кивнул:
- И глупая. Лезешь везде, куда не следует, - он помолчал, глядя на мое сердитое лицо, - знаешь, я передумал...
Я внутренне напряглась. Слова Фолла могли означать что угодно. “Передумал сохранять тебе жизнь”, например.
- Я, пожалуй, предъявлю счет на машину твоему брату. Раз уж он не умер.
Я опешила, не ожидая такого внезапного поворота в намерениях Фолла:
- Почему?
- Не знаю, - равнодушно бросил мужчина, - Я так захотел. Или что? Все-таки сама хочешь со мной договориться? - он недвусмысленно положил руку мне на коленку.
Я постаралась отдернуть ногу, насколько это было возможно со связанными щиколотками и замотала головой:
- Нет. Меня устраивает, если Маркус займется этим, - проговорила я достаточно быстро.
Фолл продолжал улыбаться, убирая от меня руку. Но тут же посерьезнел. И вот снова на меня смотрит пара холодных глаз. Мужчина немного помолчал и перевел тему:
- Ну что перейдем к главному? Мне очень бы хотелось услышать рассказ, какого хрена вы делали в Питерборо? И я очень надеюсь, что он будет подробным и обстоятельным.
Я покачала головой:
- Я ничего тебе не скажу, Роланд Фолл.
- Уверенна? - мужчина вновь ухмыльнулся.
- Угу, будешь меня пытать? - я с вызовом посмотрела на него.
Он задумался, а затем очень медленно проговорил:
- Все-таки ты очень глупа и недальновидна, Кира. В твоем случае мне собственно и делать-то ничего не нужно. Мне достаточно уехать отсюда на некоторое время и оставить тебя в доме с шестью пьяными мужчинами, которые не трогают тебя, только потому что я здесь. Особенно тот парень, которого ты огрела палкой. Есть идеи, что он мечтал с тобой сделать все то время, пока ты была в отключке? Как ты думаешь пару часов тебе хватит, чтобы… ощутить себя частью мужского коллектива? Или растянем удовольствие до утра?
Я нервно сглотнула, прислушиваясь к пьяному гоготу на улице:
- Ты не сделаешь этого Фолл!
- Ты так думаешь? Разве я создал у тебя впечатление доброго и всепрощающего человека? - он усмехнулся и поднялся с дивана. Покачал головой, показывая неверность моих решений, и двинулся к выходу.
- Постой! - я остановила его, - Ладно, я поняла тебя, Фолл. Но, кто даст мне гарантии, что все это не случится со мной, если я расскажу?
- Никто, - он равнодушно пожал плечами, разворачиваясь ко мне, - тебе придется положиться на мое слово.
Я глубоко вздохнула:
- Хорошо. Я расскажу тебе, Роланд Фолл, что мы делали в Питерборо.
И я начала рассказывать ему историю, сочиняя на ходу про одноклассницу Майлы, про странный рассказ директора, путаясь и понимая, что несу несусветный бред.
Роланд вновь сел рядом, молча слушая меня, не выражая каких-либо эмоций. Периодически он смотрел на меня сбоку, по-видимому пытаясь найти во мне остатки здравого смысла. Когда я закончила, он потер переносицу, устало произнес:
- Я потерял столько времени на тебя! И все, к чему мы пришли, это к понимаю того, что врать ты не умеешь.
- Поверь мне, правда выглядит еще более неправдоподобнее. То, что случилось на самом деле похоже на какой-то бред. Если ты не поверил в это, в правду ты не поверишь тем более.
- Да откуда ты знаешь? - мужчина злился - Может сперва хотя бы попробуешь ее рассказать?
Желудок предательски заурчал. Голодная и уставшая я хотела все это уже прекратить. Наплевав на все. Я набрала в грудь воздуха и проговорила:
- Я не знаю как так получилось, но совсем недавно, я поняла, что мои сны - не просто сны. Они несут в себе какой-то смысл и могут предсказывать события…
Он продолжал смотреть на меня, не выражая никаких эмоций, но не перебивая и не задавая вопросов.
И тогда я рассказала ему все…