Пришлось мне вчера, прямо в свой день рождения, поплакать. Хотя вроде и по хорошему поводу: сходила на премьеру спектакля "А зори здесь тихие" в театр, который есть в в ближайшей школе. Театр называется "Вешалка". А школа, конечно, номер 1900, где мои дочери учатся.
Честно говоря, когда я узнала, что к 80-летию Победы ставят именно "А зори здесь тихие", была очень удивлена. Мне эта задача казалась неподъёмной для маленького школьного театрика. С одной стороны, слишком известная вещь и громкая ее экранизация. У всех перед глазами актёры и сцены из фильма. Сравнивать будут неизбежно. С другой стороны, слишком уж серьёзное произведение. Многие современные дети его даже и прочесть не могут, потому что нынешним подросткам оно не понятно, а уж сыграть, прожить...
Но получилось в итоге очень хорошо, пронзительно и более чем убедительно. Во многом благодаря режиссерскому мастерству руководителя Виктории Андреевны Паньковской, совсем молодой, но очень смелой девушки, студентки режиссёрского факультета. Я видела уже несколько её постановок, и все меня восхищали. Запомните это имя! Отличный режиссёр-постановщик будет (и есть), умеет чувствовать суть текста и визуализовывать её, а это бесценно.
Мне очень понравилось, например, что роль рассказчиков в спектакле была отведена детям: подросшему после войны сыну Риты Осяниной и других героев: именно тем, ради кого погибшие девочки совершили подвиг.
Очень удачно была подобрана музыка, прекрасно продуманы костюмы и декорации (и это ведь при очень ограниченных возможностях школьного театра). Одна только "фишка" с развешанными простынями чего стоит: они помимо самих себя превращались то в занавески, то в укрытия, то в болотную трясину, оставаясь при этом символом жизни вопреки войне...
Восхитил подбор музыки и кадры реальной военной кинохроники в некоторых эпизодах. Это создало прямо настоящий эффект погружения в эпоху.
Обращение с текстом Бориса Васильева получилось бережным. Удалось и сохранить голос автора, и подчеркнуть вечность и важность поднятых тем: хрупкости человеческой жизни, ужаса войны, чудовищной цены подвига, девичей уязвимость перед злом и в противоестественных для женщины условиях.
Вот от всего этого слезы и текли...
А ещё у Виктории явно есть талант организовывать детей правильным образом. Редко такое сочетается с режиссëрским даром.
Кандидаты на все роли были выбраны, кстати, удачно. Удивительно смотрелись в ролях Лизы Бричкиной и Сони Гурвич девочки-азиатки. Но играли они здорово, и это как будто подчёркивало мысль, что у подвига и страдания нет границ...
Очень реалистично была сыграна мятущаяся и романтичная Галя. Образ, наверное наиболее понятный подросткам.
Блестяще справилась с ролью Жени прекрасная Алёна. Роль Камельковой как будто создана для этой милой девочки. Женя ведь тоже фигура, органичная для восприятия школьной публикой. Живая и эмоциональная, отчаянная и женственная. Слава Богу, сцена, где Женя отводит немцев и берёт огонь на себя, в спектакле осталась "за кадром": героиня просто убегает за кулисы, а об обстоятельствах её гибели мы узнаем из диалога Васкова и Риты. И это очень режиссëрски правильно для постановки в школьном театре.
Васков, кстати, как и остальные мужские фигуры данной версии "Зорь", в отличие от девочек, получились крайне нордическими, но, может, так и надо? Для контраста?..
А Соня сыграла в этом спектакле Риту Осянину. Сложная роль. Может быть, даже самая сложная в произведении. Особенно для девочки-подростка. Как можно в 16 сыграть взрослую судьбу женщины, потерявшей на войне мужа и тоскующей в разлуке с ребёнком? Как можно сыграть столько боли и мужества, жажду справедливости и ненависть к фашистам? Да и немного в этой роли, в отличие от роли Жени Камельковой, например, внешних эффектов, за которые современному подростку можно зацепиться. Лирики мало, один подвиг.
Нехорошо, конечно, прилюдно хвалить собственного ребнка, некрасиво. Но мне очень понравилось, как Соня играла и как она на сцене прямо серьезно работала. У неё получилась настоящая Рита, мужественная и горячая.
И я поняла, почему после всех многочисленных репетиций последние несколько недель моя дочь приходила просто выжатая и с пылающими щеками. Это она Риту Осянину домой приносила. Аж страшно смотреть и подходить было.
Щеки у Сони и на спектакле пылали ещё как. Ненавистью к фашистам, видимо.
И, признаюсь, мне как матери невыносимо было видеть, как мой ребёнок умирает на сцене (а я вижу это не в первый раз и не в первом спектакле). И смерть Риты Осяниной от ранения и до конца, в отличие от смерти остальных девочек, была показана прямо "крупным планом". Душераздирающе. Невозможно. Не знаю, что чувствует артист, который умирает на сцене. Для меня это какой-то непостижимый экзистенциальный опыт.
Помню, моего любимого Александра Казьмина спросили, как он жив до сих пор после такой сумасшедшей отдачи в сложнейших трагических ролях. И он ответил, что научился, проживая на сцене роль, отдаваться ей, но оставлять в каждой 10% себя, уходить в героя не до конца. Всего 10%. Именно это позволяет не сойти с ума. Но одно дело опытный артист, и совсем другое — дети...
Показов, кстати, вчера было два (с небольшим перерывом), и я видела оба. После первого, честно говоря, чуть не сбежала домой. Думала, второй раз не вынесу. Только обещание посмотреть дважды, данное Соне, остановило. И то, что на второй показ Женя пришёл.
В общем, как правильно сказала завуч школы, когда всё закончилось, "кажется, после этого спектакля все присутствующие стали старше". И, видимо, я тоже.
Спасибо большое всем причастным за труд и настоящее искусство!