Не помню уже точную дату, кажется, года два назад, Тиму диагностировали СДВГ.
Не сказать, что это ребенок, который на потолке стоит. Даже напротив, чаще он более спокойный и уравновешенный, чем его младшая сестра-егоза.
Тим может подолгу заниматься любимым делом. Например, читать или лепить.
Проблема в другом. Тим не справляется с эмоциями. Он взрывается и происходит мелтдаун.
Особенно тяжело в школе.
Например, вдруг, во время уроков, проходит представление в театре. Уроки отменяют и все идут в актовый зал. Тим в панике, что все пошло не по плану. Что дети опоздают на свои школьные автобусы и не смогут вернуться домой.
Любые изменения приводят его в замешательство. А замешательство вызывает бурю необузданных эмоций.
Год назад мы попробовали ходить в церковь по воскресеньям. Но закончились наши попытки неудачно. Тим плакал. Это мешало детям. Меня смущало. И, несмотря на то, что нас приглашали снова и снова, приходить мы перестали.
Там могли, вдруг, погасить свет и начать просмотр фильма. Или еще что-то неожиданное и непредсказуемое, что выбивало у Тима почву под ногами.
Мы со многим уже справились. И даже с эмоциями стало легче. Но не до конца. Тим срывается. Ему сложно держать себя в руках в непредвиденных ситуациях, особенно если нет меня рядом. А потом сложно успокоиться. В последний такой срыв в школе, Тим дошел до хрипоты. Мне позвонили по видео звонку. Тим сидел у завуча на руках. Она его покачивала. Соглашалась со всеми его доводами. Но успокоить его никто не мог. На помощь вызвали с урока Машу. Но и это не сработало.
Я забрала Тима с уроков. Дома, в тихой и привычной обстановке, он быстро успокоился. Но я была подавленна и разбита. Как жить дальше? Как посещать школу? Как находиться в коллективе? Вопросы приводили меня в тупик.
Мы пошли на прием к нашему педиатру.
Надо отметить, что наша врач считает первоочередным - это нахождение ребенка в обществе. Школьника - в школе. Она с раннего детства повторяет мне эту важность. И считает, что если для этого необходимо назначить лeкарставо, то она его назначит.
Хотя, она не сторонник этого. И назначает только лишь при острой необходимости. И небольшую дозу.
Значит, необходимость в нашем случае настала.
Я рассказала ей, что теперь Тим ходит в школу только после обеда. На физкультуру и музыку. Это те уроки, которые Тим любит.
Кстати, на музыку Тим несколько лет не ходил. Даже к кабинету близко не подходил. А в этом году музыка стала его любимым предметом.
В общем, врач наша назначила Тиму лекарство, которое назначают детям в Канаде при СДВГ. В выходные мы его не принимаем. Только, когда Тим идет в школу. Все лето мы можем обходиться без него, если дома нет такой нужды. А дома нужды нет.
Врачу было очень важно услышать мнение учителей. Видят ли они перемены. Учителя перемены видят. Тим стал менее импульсивный. Более жизнерадостный и позитивный ребенок.
Прежде, чем начать давать его в школу, я испробовала дома. Как раз выходные были четыре дня. Я не узнавала своего ребенка. Спокойный, рассудительный, уравновешенный.
В общем, насколько раньше я была против них, настолько сейчас «за».
Единственное, они влияют на аппетит и сон. Этого мы больше всего боялись. Это то, чему врач уделяет особое внимание. Потому что, как раз-таки со сном и с едой у Тима проблемы.
Но нам назначили препарат быстрого высвобождения. Действует он часа два. Максимум четыре.
В 12 Тим кушает и уходит в школу. В четыре возвращается и я сразу кормлю его обедом. Проблем с этим нет.
Со сном тоже все хорошо. Тим принимает седативное на ночь. Плюс, у него наладился настолько строгий режим, что в 9:01 он уже сам всегда в кровати.
Надеюсь, этой статьей я ответила на вопросы, которые возникли у моих читателей о новом препарате, назначенном Тиму. Если интересует, что-то еще, спрашивайте. С удовольствием отвечу ☺️