Александра, для своих тридцати пяти годков, была – глаз не оторвать! И фигурка точеная, и глазки искрятся, и чувство юмора хоть отбавляй. Сегодня у них с мужем, Максимом, небольшой “семейный шалман” – двенадцать лет, как-никак! Не юбилей, конечно, но тоже дата.
С Максимом познакомились, как в кино, – на заправке! Ситуация, конечно, “комедия дель арте”. Максим за бензин заплатил, помнит Сашка, как сейчас, – АИ-95, и цены тогда, по сравнению с нынешними, – смешные. Только она собралась за свою “ласточку” расплатиться, как Максим влетел обратно, глаза бешеные: “У меня, говорит, с карточки 89 тысяч списали!”. Ну, тут, конечно, у Сашки волосы дыбом встали. Оказалось, какая-то ошибка произошла. Пока деньги возвращали, Сашка отпаивала Максима кофе, успокаивала, как могла. Вот так и познакомились, как говорится, “не было бы счастья, да несчастье помогло!”.
Все было потом – и ругань, и примирения, и недопонимания. Но поженились они довольно быстро, через полгода после “бензинового” знакомства. Прошли, как в сказке, – “огонь, воду и медные трубы”, Сашка так думала…
Таймер на духовке пиликнул – утка запеклась! Последние штрихи на праздничный стол – и вечер обещает быть романтичным. Детей сплавили к родителям, на столе свечи горят, как маяки. Уточка, румяная и аппетитная, водрузилась в центре стола, между салатами и закусками. И тут – звонок в дверь! “Странно, – подумала Сашка, – Максим что, опять ключи забыл?”.
Побежала открывать.
“Опачки! Здрасьте! Я к Максимке!” – выпалила дама, когда Сашка дверь открыла.
“К Максимке?” – переспросила Сашка, разглядывая “даму” внушительных габаритов, в каком-то леопардовом недоразумении. Наряд был сшит явно на вырост, да и расцветка а-ля “привет из 90-х!”. В ушах у дамы болтались огромные пластмассовые серьги фиолетового цвета, а про макияж лучше вообще промолчать: голубые тени а-ля “вырви глаз” и яркая помада “алые паруса”. Настоящая деревенская баба-вамп!
Сашку чуть не порвало от смеха, ее даже немного наклонило вбок. Хотелось ржать в голос, но если дать слабину, то до туалета она просто не добежит.
“Проходите, я на минутку отойду”, – с трудом выдавила Сашка и, как угорелая, понеслась в туалет. Выбора не было: или заржать, как лошадь, или обделаться прямо в коридоре.
Сделав все дела, отсмеявшись в ванной до колик, Сашка вернулась в комнату. А “милый леопарденок” в это время наяривал утку, смачно запивая вином. Рядом стояла салатница с крабовым салатом, уже наполовину опустошенная.
Саше стало просто до жути интересно: что вообще происходит и кто эта “милая гигантская нимфа”?
Саша присела к столу и обратилась к гостье: “Да вы не стесняйтесь, угощайтесь! А вы, собственно, кто будете?”.
“Я – Люсьена! Из Вологды! Я – невеста вашего хозяина. Замуж приехала выходить!”.
Саша судорожно вздохнула. “Невеста из Вологды? Ну-ну…”.
“А вы, Люсьена, кушайте, не стесняйтесь, – бодро произнесла Саша, – Хозяин Максим должен подойти с минуты на минуту. Вот радость-то, невеста приехала!”.
Саша смотрела на это “чудо” в леопардовом одеянии и понимала: “Ах ты ж, кобель вологодский! Две недели в командировке – и уже невесту нашел? Ну-ну… Я тебе это не прощу никогда!”.
В этот момент ключ в замке повернулся, и Максим замаячил в коридоре. Саша не пошла его встречать.
Он зашёл в комнату и просто прирос к месту, как муха к меду. “Леопардовый наряд” занимал почти все пространство, и выражение лица у Сашки было такое, что лучше бы он сейчас провалился сквозь землю.
Люсьена, увидев “жениха”, бросила утиную ногу и залихватски вытерла жир пятнистым рукавом.
Максиму хотелось провалиться сквозь землю
Но Люсьена опередила его “проваливание под землю”, схватила Максимку за руку – так, что у того кости, кажется, затрещали. Саша аж поморщилась: чего еще ожидать от дамы весом где-то в районе ста шестидесяти килограммов?
Максим стоял, как громом пораженный, и пытался сообразить, как он вообще в такую ситуацию вляпался и что теперь делать?
Саша, на удивление спокойно, пригласила всех за стол. Но по ее взгляду Максим понял: это конец. Она его не простит, унизит и растопчет, как таракана.
Люсьена висела на его руке, как гиря на цепи, а он был в полном ступоре. Понял, что командировки и “много горячительного” до добра не доводят. Он сам был в ужасе от мысли, что, неужели, он мог вот с ЭТИМ… предать Сашу? Но тут же осознал, что “мог”, да еще как! Самара, Рязань, Волгоград… Шесть лет командировок – и везде находились вот такие “Люсьены”. Он посмотрел в глаза Саше, и увидел там… улыбку. И понял все без слов: в этом доме его больше не ждут.
С поникший головой Максим поплелся собирать вещи. На сборы ушло минут тридцать. Вышел с чемоданом в руках и опущенной головой, как побитый пес.
Вдруг Саша громко крикнула: “Максим!”.
Он с надеждой обернулся.
“Хозяин, Максимушка, невесту-то забыл!” – захохотала Саша.
“Не юродствуй”, – пробубнил Максим, как проклятье.
Саша махнула рукой: “Иди уже, горе луковое!”.
Они оба вышли: Люсьена в леопардовом “гламуре” и уже почти бывший муж.
Саша проводила их взглядом, а потом плюнула на пол. “Тьфу! – вырвалось у нее, – Ну, вот как это теперь развидеть?”.
Вот тебе и небольшой праздник! Муж оказался полной помойкой. Но, как говорится, “Бог не выдаст, свинья не съест!”. И раз уж так получилось, то лучше сейчас, чем потом.
Решено! Завтра же подает на развод и начинает новую жизнь. И никаких больше “Максимов” и “Люсьен” на горизонте! Только она, любимая, и ее собственное счастье! А уточку она, пожалуй, все-таки съест. Жалко же выбрасывать, в конце концов!
Всем самого хорошего дня и отличного настроения .