Бывший муж пришел ко мне домой после пятилетнего разрыва и думал, что я буду рада встречи с ним

Я готовила себе ужин, когда в дверь постучали. Осенний вечер окутывал квартиру тишиной, прерываемой лишь треском камина. Пять лет одиночества научили меня ценить такие моменты — никаких сюрпризов, никаких обманутых ожиданий. Только я, книга и запах корицы.

Стук повторился — настойчивый, будто знали, что внутри кто-то есть. Я узнала этот ритм еще до того, как рука повернула ручку.

Он стоял на пороге, улыбаясь той улыбкой, от которой когда-то таяла. Пальто забрызгано дождем, в руках букет роз. Точь-в-точь как в день нашей свадьбы.

—Привет, Лер, — произнес он, словно прошло не пять лет, а пять минут. Голос все тот же — бархатный, с легкой хрипотцой. Когда-то я готова была слушать его часами. —Ты ошибся дверью, — ответила я, пытаясь закрыть вход, но он уперся ладонью в косяк. —Неужели не хочешь поговорить? Его взгляд скользнул по интерьеру — картины на стенах, фотографии путешествий, гитара в углу. Все это появилось после него. Как и я — другая.

Он шагнул внутрь без приглашения. —Я много думал о нас, — начал он, протягивая розы. Красные, как платье, в котором я была, когда он бросил меня, уходя к той... Как ее? Да какая разница. —У тебя есть две минуты, — сказала я.

Он говорил о сожалениях, о том, как осознал, что потерял. О том, что я — единственная, кто его по-настоящему любил. Я слушала, глядя на его руки — все те же нервные жесты, перстень-печатка, который он так и не снял после развода.

—Ты все та же, — вздохнул он вдруг, и от этих слов меня будто ошпарило.

Нет. Не та. Та умерла в ту ночь, когда он, прихватив чемодан, бросил: «Ты слишком много требуешь». Слишком много — это просьбы не изменять. Не врать. Не исчезать на недели.

Я выжила. Научилась спать без снотворного, не вздрагивать от звонков, смеяться не для галочки. Купила эту квартиру. Завела собаку. Полюбила вечера.

— Уходи, — прервала я его монолог. Он замер, будто не расслышал. — Лера, я... — Ты пришел, потому что она тебя бросила? Или деньги кончились? — спросила я мягко. Он побледнел. Точно. Всегда эгоист, всегда жертва. — Я изменился, — прошептал он, но я уже видела — нет. Все те же оправдания в глазах. — Знаешь, что изменилось? Я стала счастливой.

Он попятился к двери. —Ты? Без меня?

Я рассмеялась. Искренне. Подумала: «Я свободна. А это лучше».

Дверь захлопнулась.

Чай уже остыл. Как и мои чувства к нему.