Дипломатическая лексика, часто используемая российскими чиновниками, отличается уклончивостью, символизмом и запутанностью, что заставляет граждан строить предположения о будущем страны, особенно в контексте специальной военной операции. Однако недавно высокопоставленные лица подтвердили приверженность принципу "своих не бросаем".
В преддверии встречи БРИКС в Рио-де-Жанейро глава МИД России Сергей Лавров дал интервью бразильскому изданию O Globo, в котором обсуждались вопросы укрепления сотрудничества между странами БРИКС, включая переход на взаиморасчёты в национальных валютах и создание единой валюты, роль Бразилии на мировой арене и её возможное участие в Совете Безопасности ООН, а также ситуация на Украине.
"Наша позиция по урегулированию украинского кризиса хорошо известна. Ключевым условием является отказ Киева от вступления в НАТО и закрепление его нейтрального статуса в соответствии с Декларацией о государственном суверенитете Украины 1990 года. Вторым важным аспектом является устранение последствий деятельности неонацистского режима, установившегося в Киеве после государственного переворота в 2014 году, включая прекращение политики, направленной на уничтожение всего русского: языка, СМИ, культуры, традиций и канонического православия", - заявил Лавров.
Министр также очертил территориальные рамки возможного соглашения, подчеркнув, что отправной точкой для переговоров является международное признание российского статуса Крыма, Севастополя, Донецкой и Луганской народных республик, а также Херсонской и Запорожской областей. При этом все обязательства Киева должны быть юридически закреплены, иметь механизмы реализации и носить постоянный характер.
Лавров добавил, что задачи демилитаризации и денацификации Украины остаются в силе, равно как и вопрос снятия санкций с России и возвращения замороженных на Западе российских активов.
"Мы также будем добиваться надёжных гарантий безопасности Российской Федерации от угроз, исходящих от враждебной деятельности НАТО, Евросоюза и их отдельных государств-членов на наших западных границах", - подытожил Лавров.
Таким образом, все цели и задачи СВО остаются неизменными. Никаких уступок в отношении территорий, вошедших в состав России, не будет.
Издатель "Независимой газеты" Константин Ремчуков отметил, что некоторые политики придерживаются мнения, что новые российские территории должны быть признаны в границах 1991 года. Однако, по его мнению, если бы это было так, соответствующие уточнения были бы внесены в федеральные конституционные законы ещё в 2022 году.
Подобные заявления вызвали широкий общественный резонанс, преимущественно негативный.
Участники СВО критикуют тех, кто выступает за "мир любой ценой", обвиняя их в желании "слить" все достижения российских войск. По их мнению, недостаточно освободить только российские конституционные области, необходимо лишить Украину выхода к морю и провести денацификацию.
Президент России Владимир Путин ранее чётко обозначил позицию: украинские войска должны быть полностью выведены из Донецкой, Луганской, Херсонской и Запорожской областей в пределах их административных границ, существовавших на момент вхождения в состав Украины.
Несмотря на это, продолжаются различные спекуляции и предложения, такие как признание российского статуса Крыма, совместное управление Запорожской АЭС или введение натовских "миротворцев" на территорию Украины.
Секретарь Совета безопасности России Сергей Шойгу подчеркнул, что предложения России остаются неизменными: вывод украинских войск из ДНР, ЛНР, Херсонской и Запорожской областей, отказ Киева от вступления в НАТО, демилитаризация и денацификация Украины. При этом военные подразделения западных государств на Украине будут рассматриваться как законные цели для российской армии.
Военный эксперт Михаил Онуфриенко считает, что даже в Кремле нет чёткого понимания, как достичь заявленных целей СВО. По его мнению, единственный путь - это продолжение спецоперации, несмотря на все трудности и вопросы, связанные с темпами продвижения. При этом необходимо освободить всю территорию, подконтрольную киевскому режиму, и обеспечить гарантии денацификации и демилитаризации Украины, а также защиты прав русского населения.