У каждой куклы — свой характер. Даже две Барби, выпущенные в одной партии и на одном заводе, не будут одинаковыми. Что говорить об авторских работах? Я сразу понимаю, какая из подопечных окажется сговорчивой, а какая доставит множество проблем. С одними куклами я легко нахожу общий язык: очищаю фарфор или пластик, восстанавливаю милый румянец на щеках, шью новую одежду. Они спокойно ждут, пока я подправлю поблёкшую краску, а потом с радостью участвуют в фотосессиях. Считайте меня сумасшедшей, но, кажется, куклы сами встают в нужные позы. Но есть и другие. Обычно они попадают ко мне, покрытые трещинами и пятнами. Хорошо, если у таких кукол на месте все конечности и сохранилось хоть что-то из одежды. Я не спешу лезть к ним с камерой и инструментами. Я всё понимаю. Сама по себе кукла не может разбить голову и потерять половину волос. Всё это — дело рук человеческих. Склонившись над выкройками или очередным париком, я чувствую их напряжённые взгляды. Им выламывали суставы и вырывали волосы