Читать я научилась, когда мне было 3 года с небольшим. Летом 1985 года.
К слову сказать, особо читать меня никто не учил. Считали - бесполезно, я была упрямая, вредная и совершенно неподдающаяся дрессировке.
Но у меня была двоюродная сестра, на три года старше. Ей перед школой и стали показывать буквы. Конечно, сестра была моей противоположностью: правильная, спокойная и усидчивая. Но все равно процесс шёл медленно.
Как-то мы собрались с дедом и сестрой смотреть черно-белый фильм про Тимура и команду, но пришла бабушка, выключила телевизор и сказала, что ей надо с Анютой заниматься буквами. Дед предпочёл скрыться в ванной, где у него была оборудована курилка, предоставив мне в одиночку возмущаться и отстаивать свои права на получение информации, доказывая, что важнейшим из искусств для нас является кино. Но приговор бабушки был однозначен и суров: вырастишь, выучишь буквы, прочитаешь книгу и узнаешь, что же это за команда такая с Тимуром вместе. Для убедительности бабушка достала с полки небольшую серую книжку с красной пятиконечной звездой на обложке.
Звёзды я любила страстно. Особенно красные. В магазине «Октябрь» продавались такие пластмассовые - по 2 копейки за штуку. Прозрачные как леденцовые петушки на палочке. Их мальчишкам пришивали на шапку или рубашку для красоты, для этого у звёзд даже было специальное ушко. Я как-то нашла под качелями-лодочками в парке 10 копеек и с помощью деда купила себе пять таких звёздочек. Вот только никто не согласился мне их пришить. Тогда мы с дедом приклеили их на моё парадно-выходное платье клеем «Момент». Надежно приклеили - мама два дня ругалась.
Вот такая же красивая звезда алела на обложке книги. И сразу стало понятно, что книга очень хорошая. Это я ещё по музыке перед фильмом догадалась, уж очень она была героическая. Я открыла книжку, полистала, посмотрела картинки... но их оказалось мало и нарисованы как будто карандашом - не поймёшь толком, что же там происходит.
Мне больше всего понравился большой рисунок на всю страничку: девочка с косичками держится за колесо, какие на кораблях бывают, а вид у неё такой же, как у меня, когда приходится доказывать, что я не валялась в грязи, а училась ползать по пластунски, и белое пальто сестры надела специально, потому что это не пальто, а маскировочный халат. Перед девочкой стоит решительный мальчик и протягивает ей руку. С мальчиками дружить интереснее, это я давно поняла, когда впервые пошла в детский сад. Там мы с мальчиками играли в партизан, и я даже под пытками щекоткой отказывалась говорить, сколько у наших танков, и во всю глотку предрекала победу Красной Армии, доводя до белого каления воспитательниц…
Под картинками были буквы. Сначала мне показалось, что я их не знаю, и может быть это вообще не буквы, а цифры... но потом я каким-то непонятным образом узнала, что девочку зовут Женя, а мальчик и есть тот самый Тимур, и он ей говорит, чтоб подобрала сопли и не орала.
Во мне вспыхнул азарт и украинское папино упрямство (в нашей семье оно называлось другим словом, но тогда никто не знал, что через много лет это станет оскорблением). Я решительно открыла первую страницу, засунула в рот кончик левой косички и, водя неотмывшимся от солидола пальцем по строчкам, начала читать.
Когда пришло время ужинать, бабушка схватилась за сердце - она поняла, что не слышала и не видела меня часов шесть, с самого обеда. И это был дурной знак. Потому что последний раз такое случилось, когда я проверяла, боюсь ли я вида настоящей крови, порезав себе палец и осваивая с помощью пояса от бабушкиного халата способы бинтовки раненых, которые (кто бы мог предположить) пригодятся мне через двадцать лет под Курчалоем, когда я буду санинструктором.
Обнаружили меня в зале, под креслом с фонариком в руке. Почему под креслом? А вы попробуйте шесть часов подряд читать! Почему с фонариком? А если на большой свет прибегут взрослые и отнимут книжку?!
Бабушкин радостно-свирепый крик «Мааааша!» слился со звуком захлопнутой последней страницы книги. И пока на меня не обрушилась Ниагара упреков и причитаний, я резво вставила: «зато я теперь знаю, чем закончился тот фильм!»
- Какой фильм? - опешила бабушка.
- Про Тимура, Женю, Ольгу, Мишку Квакина и отца-командира.
- Откуда знаешь? - бабушка подозрительно сощурилась.
- Из книжки! Ты же сама сказала - прочитай и узнаешь!
Бабушка не терпела вранья. Но и оскорблять меня недоверием не рискнула. Она села на кресло, посадила меня на колени и попросила рассказать, что же я прочитала в книге.
Признаюсь, прочитала я не всё. Некоторые слова никак не складывались, и я их пропускала без сожаления, иногда целыми абзацами. Но бабушка вынуждена была согласиться, что феномен на лицо: внучка, которую она рассматривала только как самую вероятную причину роста продаж успокоительных капель в соседней аптеке, самостоятельно научилась читать без всяких усилий со стороны многочисленных взрослых, силы которых были брошены на растопыривание кругозора и развитие когнитивных функций старшей из внучек.
Это был вечер моего триумфа. Настолько всепоглощающего, что сестре пришлось пребольно укусить меня за руку, чтобы я особенно не задавалась.
Потом мы читали с дедом «Двух капитанов», отмечая, лежа на полу, по большой старой карте путь шхуны «Святая Мария», потом была «Повесть о настоящем человеке», где мне пригодилось понимание, как трудно ползать по-пластунски. А потом мама просто не успевала подсовывать мне книги «про героев, войну, любовь и чтобы обязательно с хорошим концом»...
Иногда мне очень жаль, что я уже по сто раз прочитала самые интересные книги. Но ещё жальче, что то самое упрямство не передалось по наследству моим детям... хотя, может быть, нужно просто дождаться внуков?;)